Чтение онлайн

– Да, это моя БМВ, выхожу.

Наконец–то! Парни, какие вы молодцы, не то я сейчас буду долбиться головой о руль, зная, что где–то в теплой квартирке меня ждёт горячая кошечка. Стараюсь по максимуму сократить время общения с водителем эвакуатора. Хоть у меня зонт в руке, но он не спасает от порывов ветра, который бросает дождь в лицо. Ноги неприятно отсырели, не дело это, нужно бежать. Забираю из авто сумку с вещами, необходимые документы и бегу по полусвещенной аллейке к дому Нади. В окнах свет. Замечаю девчонку, она изучает прохожих или меня высматривает? Хочу чтобы меня. Улыбаюсь. Ускоряюсь, хорошо, что бежать не высоко.

– Я точно до трусов промок, – смеюсь, как только дверь перед моим носом распахнулась.

– Я тоже, – усмехается с дьявольщиной в глазах.

Вижу, что она переоделась и стоит в маленьком черном платье. Да она мстит мне, специально привлекает излишнее внимание к своим формам, ведь знает мою реакцию на ее тело. А я просто в агонии какой–то, хочу поскорее раздеть её, и впервые рассмотреть эту пигалицу, которая свела меня с ума.

– Заходи, нужно срочно раздеваться и согреваться.

– Надь, прикуси язык, потому что каждое твоё слово звучит для меня двояко. А ты знаешь, каким я могу быть необузданным, когда тебя хочу. Но сейчас не хочу быть похожим на похотливое животное. Разве что тебе самой это нравится, – смотрю насмешливо Наде в глаза.

– Сдерживаешь в себе маньяка–насильника ради меня? – отвечает насмешливым взглядом мне в тон. – Как мило. Увы, мой дом – мои правила, дорогой. Придётся тебе поскакать под мою дудку сегодня.

Надя заглядывает в ванную и достаёт полотенце, демонстрирует его мне.

– Снимай одежду, Жданов, будем греть не только твоё самолюбие, но и заледеневшие лапы перед развратом.

15 глава

– Надь, – сбрасываю пальто к ногам, туфли там же остаются, хочу к ней прижаться, но понимаю, что холодный. Да плевать, оттесняю девушку к ванной, смотрю ей на губы, но держусь, – я ведь скотина, правда? Тебе действительно не понравилось в первый раз? Только тело – предатель?

– Да, – кивает, прижимаясь к моему продрогшему телу, – так не понравилось, что вот встречаю тебя в маленьком черном платье, которое ещё ни разу не надевала и ждала повода надеть. Жданов, ну ты же вроде профессор, а такой глупыш иногда.

Её руки стягивают мой свитер.

– В душ вместе? – мои глаза изучают её упругие полушария, которые влипли в мою грудь. Черт, хочу к херам стащить это слишком сексуальное платье и увидеть тело Нади, почувствовать её кожу своей.

– Нет, – качает головой, испытывая взглядом, – я уже была там, пока ждала тебя. Твоя очередь. И не задерживайся, – она обходит меня и подталкивает в сторону душевой, игриво улыбается прежде, чем выпорхнуть из ванной, закрыв дверь.

Стою, как идиот, и пялюсь на закрытую дверь. Она хочет моей смерти? Она вообще представляет, что со мной происходит последние полчаса? Сомневаюсь. А если это ее какой–то коварный план, то моя месть будет мучительной для нее. Стаскиваю мокрые вещи, из трусов вываливается полуокрепший член. Так и кончить недолго. Воздержание ничем хорошим не заканчивается. Ступаю под душ, рукой касаюсь члена и за несколько мучительных минут, сцепив зубы, передергиваю. Легче не стало, но зато яйца не так ноют. Моюсь быстро, и это помогает согреться. Выхожу из ванной и наспех вытираюсь полотенцем. А потом смотрю на кучу влажных вещей. Забрасываю их в стиралку, запускаю программу быстрой стирки. Ага, чувствую себя, как дома. Кручу головой по сторонам, замечаю тонкий бордовый халатик. Нет, в таком виде я не выйду. Смеюсь, тру бровь. Плевать.

Выхожу из ванной, в чем мама родила. Смотрю в сторону порога, но своей сумки не замечаю.

– Надь, где моя сумка?

Надя оборачивается и довольно улыбается, лицезрея моё тело.

– Подумать только, после секса и пары оргазмов имею честь видеть тебя обнажённым, – этой девчонке всегда есть, что сказать. Склоняет голову на бок и улыбается, – перекусишь сейчас или позже?

На столе стоят тарелки с благоухающим ужином, стоят бокалы и бутылка красного вина.

– Надь, а где же девичья скромность? – качаю головой осуждающе.

– Осталась в каморке, в которой ты меня трахнул, – рубит, глазом не моргнув, качает головой и подходит к креслу и достаёт сумку. – Держи, зануда. И садись кушать, спагетти невкусные, когда остынут.

– Стерва, – рычу наиграно, поймав взгляд Нади на мой груди.

Поужинать было бы не лишним, а значит нужно одеться. Ну в самом–то деле – не светить своим достоинством за столом.

Ищу в сумке шорты и майку, тапки. Ничего себе так. А разве с утра я мог подумать о том, что буду вообще в совершенно другом краю моего города? Нет, даже не было подобной мысли. Ироничная улыбка слетает с моих губ. А ведь ещё недавно хотел покончить с этим раздирающим душу чувством. Что в ней такого, что все мысли о ней. Прислоняюсь к стенке, сложив руки на груди, и наблюдаю за мелкой стервой, которая крутит пальчиками наполненный бокал. Играем в гляделки, и в какой–то степени я рад, что в ванной опустошил себя, хотя бы немного. Так скромницы не смотрят. И мне нравится, что в Наде сочетается куча достоинств вперемешку с дерзостью.

– За что выпьем?

– За наш город, – предлагает на первый взгляд странный и нелогичный тост, которвй обретает смысл, когда она продолжает, – за то, что я сюда приехала. И за то, что ты отсюда не уедешь.

Салютнула бокалом, пригубила и улыбнулась.

– Это что сейчас было, Надь? – приподнимаю вопросительно бровь и отрываюсь от стены, иду к столу.

– Ну, дело твоё, конечно, – тут же тушуется, делая ещё глоток. – И решение тебе принимать, – ещё глоток, а затем отставляет бокал на стол и раздраженно бросает, – чёрт, нет, я так не могу. Я не хочу, чтобы ты уезжал. Да, это не моё дело, и да, я эгоистка. Вот, сказала, доволен?

Слушаю её и потираю колючий подбородок. Вот это поворот. Я к нему совершенно не готов. Да я вообще ни к чему не был готов, а теперь всё запуталось и смешалось. Хватаю бокал с вином и осушаю его до дна. А потом беру Надю за руку и тяну на себя.

– Нам ведь в любом случае что–то придется решать с моей работой и твоей учебой, если ты надумаешь не просто кружить мне голову, – касаюсь её прядей, одну накручиваю на указательный палец, тяну лицо девушки к своему лицу. – мне кажется, что я в тебя влюблен. Почему кажется? Вижу по глазам, что интересно. Я просто ни разу не влюблялся. Веришь в это? Меня всегда устраивал секс без обязательств, наука и свободный стиль жизни. Сейчас я в глубокой задумчивости от того, что происходит в моей голове и здесь, – взглядом указываю на сердце.

– Если ты с кем–то на меня поспорил или это какой–то развод, лучше скажи правду сейчас, – девчонка хмурится и ёжится, настороженным и колючим взглядом глядя туда, куда я указал.

– Ты почему такая колючая стала? Тебя кто–то в прошлом обидел?

Она задумалась. С минуту молчала, словно копаясь в себе, потом задумчиво вскинула брови и хмыкнула негромко.

– Родители развелись. Отец изменял, был ходоком по бабам. Я росла в этом дерьме, теперь меня трудно обидеть. Поэтому мне важно знать, что ты сейчас говоришь правду.

Не сладко ей жилось. Такое, к сожалению, бывает сплошь и рядом. Но разговор сейчас не об этом. Я не свожу с нее глаз, едва заметно в улыбке приподнимаются кончики моих губ, когда слышу последнюю фразу. Рука Нади ложится на мою грудь и скользит вниз, она негромко и задумчиво добавляет:

– Мне просто трудно представить, чем такого мужчину, как ты, могла зацепить я.

– Ты знаешь, очень даже интересный вопрос, – заинтриговано потираю затылок, беру бутылку в руки, мне почему–то весело. Наполняю бокалы, один протягиваю Наде со словами, – я пытался думать на эту тему, пытался отрицать это чувство, злился. Задавал себе вопрос: да какого хера я в ней нашел? Не было ответа. И его до сих пор нет. Хотя… возможно я его уже нашел…стоп…нет, потом скажу, когда загребу тебя в постель. Пей.