Чтение онлайн

Митч усмехнулся.

– Да, вижу. Через пару лет тебе будет несладко.

– Знаю.
– Райан потер рукой грудь, пытаясь ослабить сжимавшие сердце оковы.
– «Maxim», значит? Черт, и откуда это взялось? – Райан покачал головой.
– Это пугает меня до чертиков. Слава богу, хоть ты здесь – примешь на себя часть удара.

– На меня, приятель, не кивай. Я не родитель, поэтому сохраняю за собой право закрыть глаза на проблемы, касающиеся половой зрелости и секса. И перевожу все стрелки на тебя, - ответил Митч.

Райан скорчил мину.

– Не упоминай слова «половая зрелость» и «секс» с привязкой к моей девочке.

Митч тем временем копался в кухонных шкафах в поисках неизвестно чего.

– Где Кэти и Роджер?
– спросил Райан, наблюдая за ним.

– Мы отправили их за завтраком. Мама слегка.. нервничает.. со вчерашнего дня – как узнала о авиакатастрофе. Ей слишком тяжело с этим справиться. Не знаю, сядет ли она когда-нибудь снова на самолет. Может, она навсегда здесь застрянет.

– Боже помоги, - пробормотал Райан.

Он любил родственников жены и ценил то, что они прилетали из Сиэтла каждый раз, когда нужно было помочь с Джулией, но у всего есть пределы.

Тем временем Митч нашел в кладовой коробку хлопьев «Фрут Лупс».

– Черт!
– Он прислонился к столу и насыпал полную горсть хлопьев. – Последний раз я ел их еще ребенком.

Райан поглядел на коробку.

– Это, наверное, еще с тех времен. Не помню, когда я это купил.

– Все те консерванты? Они не портятся. – Митч уперся в столешницу.

Пока Митч жевал несвежие хлопья, Райан опустился на один из кухонных стульев и помассировал пульсирующий от боли лоб. Очаг головной боли находился прямо за глазами — результат отсутствия сна, слишком длительных поездок и, вдобавок ко всему, стресса.

– Дерьмово выглядишь, - пробормотал Митч.

– Тоже мне новость! Как будто я сам об этом не знаю.

Райан не брился, был в несвежей вчерашней одежде а за последние пару часов его эмоции сменяли друг друга с сумасшедшей скоростью.

– Наверное, Моник выжала из тебя все соки.

– Она меня чуть не прибила, когда я сказал, что уже уезжаю.

– Она мне нравится, - сказал Митч. – Когда она тебе надоест, передай ее мне.

– Ты не ее тип, - усмехнулся Райан. – Ее не привлекают парни, которые все время торчат на улице.

Митч мельком глянул на свои поношенные джинсы и грязные походные ботинки.

– Ты хочешь сказать, что я не стильный?

Райан посмотрел на своего шурина. Митчу нужно была подстричься, потому что его светло-каштановые кудри уже доставали до воротника, а козлиная бородка – его последний эксперимент – выглядела совершенно жалкой.

– Я говорю, что в твоем левом мизинце недостаточно класса для Моник.

– А у тебя, значит, достаточно?

– Нет, недостаточно. Но она еще это не поняла.
– Он сжал виски. – Я ей нужен только для секса. Скоро она сообразит, что я неблагодарный сукин сын, и тут же пошлет меня куда подальше.

Митч рассмеялся.

– С этим не поспоришь.

Поднимаясь, Райан сдержал зевоту.

– Ты еще побудешь здесь?

– Да, немного. По крайней мере, пока отец с матерью не вернутся.

– Хорошо. А я пойду упаду. – Проходя мимо Митча, Райан похлопал того по плечу.
– Спасибо, приятель.

– Само собой.

Поднимаясь по кухонной лестнице, Райан на полпути остановился и оглянулся. Они все начинали налаживать свою жизнь, но отсутствие Энни сводило на нет все усилия, а недавняя катастрофа опять напомнила им, что они потеряли. И неважно, признавали ли Митч с Джулией сей факт или нет, но для них это был тяжелый удар, воскресивший в памяти события пятилетней давности.

Райан сжал пульсирующую от боли голову и пошел наверх. Воспоминания крутились в голове, когда он плюхнулся на свою кровать. В тот последний день, утром, он высадил ее в аэропорту, поцеловал на прощание, погладил ее пока плоский живот и улыбнулся при мысли о секрете, которым она поделилась накануне вечером, потом наклонился и в последний раз вдохнул сладкий аромат сирени, исходивший от Энни.

Он отдал бы все на свете за еще один час с нею.

Райан прикрыл веки. Слезы, о которых он не подозревал, обожгли глаза. В последнее время Райану с трудом удавалось вспомнить ее лицо. Она навсегда останется в его сердце и душе, но ее образ становился все более расплывчатым, а воспоминания о ней - нечеткими. Даже голос Энни – голос сирены с хрипотцой, которому всегда удавалось задеть какие-то струны глубоко в его душе – было трудно вызвать в памяти.

Он с силой ударил рукой по груди. Часть его очень хотела, чтобы эта острая боль прошла. Другая же часть цеплялась за нее, как за спасательный круг. Однажды Райан уже потерял жену и теперь не мог даже вынести мысли о потере той малой толики, что осталась после Энни.

*** 

1. Mon cher (фран.) – дорогой

2. Je me suis ennuy'e de vous (фран.) – я по тебе соскучилась

3. N’'etait pas par le pass'e assez (фран.) – одного раза мало

4. Bien (фран.) – ладно, хорошо

5. Merde (фран.) – черт!

6. Fils de chienne! (фран.) – сукин сын.

7. Hybride (фран.) – гибрид 

– Тук-тук.

Кейт подняла глаза и улыбнулась при виде стоявшего в дверях человека. Впервые за эти дни, а то и недели, ей захотелось улыбнуться. Лучи полуденного солнца проникали сквозь окна ее офиса, расположенного на четырнадцатом этаже «Маккеллен паблишинг», и, когда хозяйка кабинета откинулась на спинку стула, солнечный свет окутал ее теплым сиянием.

– Том.

Том Адамс, главный редактор, уселся напротив Кейт.

– Похоже, ты уже осваиваешься.

Кейт оглядела тесный офис. Вдоль одной стены высились стопки журналов, а к книжной полке была придвинута полупустая коробка. Кейт успела выставить несколько фотографий Рида и обломок горной породы - кусок обсидиана, который она нашла во время пешей прогулки пару месяцев назад. На столе лежала куча разных бумажек, а прислоненная к стене картина в раме ждала, когда же ее повесят на эту самую стену.