Жду тебя во Флориде
Шрифт:
– Больше не будет свиданий. Обещай мне, что не станешь видеться с этим антикваром.
– Алекс, Алекс, Алекс, что мне с тобой делать?
– Милая...
И зачем она отрицает очевидное? Она любит его.
– Между мной и Питером никогда ничего не было и не будет.
– Хорошо.
– Знаешь, Алекс, ты меня изводишь своими недомолвками, сукин ты сын! Я говорю серьезно!
– Я тоже.
– Неужели?
– Линдсей, я хочу на тебе жениться.
– Что?! Что ты сказал?!
– Линдсей не верила своим ушам.
– Я сказал, что хочу на тебе жениться.
– Ты?! Ты мерзавец!
– Отчего ты злишься?
– Когда ты решил сделать мне предложение, Ал? Сегодня или вчера?
– Я...
– Ты приревновал меня к Питеру?
– Линдсей, сбавь обороты, детка. Ты нападаешь на меня, а ведь я ни в чем не виноват. Ты даже не представляешь, какую боль причинила мне, согласившись на свидание с этим любителем старины.
– Симпатичный человек. И когда он пригласил меня на ужин, в сотый раз, я сказала "да"...
– Линдсей опустила глаза.
– Пусть этот симпатичный человек держится от тебя подальше.
– Ты уверен, что хочешь быть со мной?
– Я никогда не хотел ничего сильнее. Я люблю тебя, Линдсей. Я всегда тебя любил.
– Я тоже люблю тебя. Ал. Ты был моим лучшим другом, и я.., я не могу без тебя!
Через час, утомленные любовными ласками, Линдсей и Алекс, обнявшись, лежали на кровати.
– Ты все еще хочешь стать моей женой? спросил Алекс, целуя Линдсей в губы.
– Конечно.
– Тогда давай поженимся в День Святого Валентина.
– Как скажешь, милый, - нежно проворковала Линдсей и уткнулась лицом в плечо Алекса.
Теперь-то она точно знала, что любит этого человека больше всего на свете и хочет провести с ним всю свою жизнь.
ЭПИЛОГ
– Мы собрались здесь, чтобы соединить этого мужчину и эту женщину священными узами брака...
Алекс, счастливый и умиротворенный, ловил каждое слово пастора. Рядом стояла Линдсей, и теплый морской ветер развевал ее волосы.
– Согласен ли ты, Александр Хейл Трент, взять в жены эту женщину и любить и почитать ее в горе и в радости, пока смерть не разлучит вас?
– Согласен.
– Потом священник обратился к Линдсей. У нее перехватило горло от волнения, и она смогла только кивнуть в ответ на его вопрос.
– Кольца, пожалуйста.
Дрожащими пальцами Ион протянул кольца.
Через несколько мгновений священник торжественно объявил:
– Властью, данной мне Богом и людьми, объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.
После, взяв жену за руку, Алекс прошествовал к выходу мимо Рика и Стефани, увлеченных разговором.
– На твоем месте я бы не стала сдаваться, - убежденно говорила Стефани. Как твой адвокат, я должна сказать, что ты поступил довольно опрометчиво, написав в газету, но, откровенно говоря, я сама поступила бы так же. Мы все обдумаем и...
Снисходительно улыбнувшись, Рик весьма оригинальным способом заставил ее замолчать - он ее поцеловал.
Сияющий Ион обратился к женщине, стоящей рядом с ним:
– Когда Ал сказал, что собирается жениться, я подумал: "Самое время!" Когда он пояснил, что женится на Линдсей, я подумал: "Слава Богу! Хоть кто-то поставит моего братца на место".
– Замолчи, Ион, прошу тебя!
– отозвалась женщина и посмотрела на него ясными зелеными глазами.
– Если наша дочь унаследует твой характер, я...
– Рэйчел, дорогая, ты хотела сказать "наш сын"!
– расхохотался Ион, обнял жену и погладил ее по слегка округлившемуся животу.
– Знаешь, даже в моем характере есть хорошая черта: я умею признавать свои ошибки. И я тебя люблю.
– Я люблю тебя, Линдсей, - шепнул Алекс, прижимая ее к себе.
– Ты можешь мне верить.
– Знаю, - тихо ответила она, и две светлые слезинки потекли у нее по щеке. Слезы счастья.