Желаем счастья в личной жизни
Шрифт:
— Так, как ты, я его не знаю. — Галина выразительно поиграла бровями. — Не бойся, Марин. Он у нас джентльмен и ради красивой девушки сделает все на свете.
Маринка поняла, что сопротивление бесполезно.
— И когда мне ему звонить? — обреченно выдохнула она.
— Когда хочешь. Можно прямо сейчас.
— При вас не буду. Вы мне помешаете.
— Все, уходим. — Денис поднялся с диванчика. — Но ты можешь и не спешить. Позвонишь завтра.
— Нет уж, тянуть не будем, — покачала головой Маринка. — Вы домой идите, а я ему позвоню.
Она могла не переживать. Никто не жаждал присутствовать при ее разговоре с Чалым. При воздействии на строгого спонсора лишних свидетелей быть не должно. Маринка прекрасно справится с заданием и без посторонней помощи.
11
С завистью Маринка наблюдала в окно, как Антонио, Денис и Галина идут по улице и разговаривают. Счастливая Галка льнет к Антонио, Денис, как всегда, над ней подшучивает. Все трое уже и думать забыли о недавних пререканиях. Почему она не может так же просто относиться ко всему? Нет, ей обязательно нужно мучить себя, переживать из-за вещей, которые другим людям показались бы сущими пустяками…
Маринка достала сотовый и положила его на стол. Тянуть дальше не было смысла. Даже к лучшему, что ребята заставили звонить именно ее. Самое время выяснить, как Петр Александрович к ней относится!
Она быстро набрала номер. Интересно, где он сейчас находится? Дома, на работе, на деловом ужине? Играет с детьми, общается с партнерами? А может быть, ухаживает за очередной молоденькой дурочкой, которую пленили его манеры и положение?
Маринка закусила губу, чтобы не разреветься прямо в трубку. На третий звонок ей ответил высокий женский голос:
— Алло.
— З-здравствуйте, а с-с Петром Александровичем я могу поговорить?
— Как вас зовут? — капризно осведомилась женщина.
— Марина Бекетова из горечанской компании «Третий глаз», — представилась Маринка как можно более официально.
Женщина жеманно вздохнула:
— О господи, опять работа. Петр, возьми мобильник.
«Жена, — догадалась Маринка. — Хотела бы я на нее посмотреть».
— Чалый слушает, — раздался по-деловому сухой голос Петра Александровича.
— Добрый вечер, это Марина Бекетова. Простите, что беспокою вас так поздно, Петр Александрович, но нужно кое-что обсудить.
— А, здравствуйте, Марина. Вы, как всегда, не вовремя. Но пять минут я, так уж и быть, для вас найду.
Маринка понимала, что в присутствии жены Петр Александрович не может говорить иначе, но все равно ужасно обиделась.
— Мм, понятно, — сказал Чалый, хотя Маринка не произнесла ни слова. — Сейчас я зайду в кабинет. Посмотрим, что можно сделать.
Для жены спектакль разыгрывает. Артист.
Когда Петр Александрович оказался вне зоны слышимости супруги, голос его моментально изменился. Деловая озабоченность исчезла, осталось неприкрытое раздражение.
— Ты выбрала очень неудачное время для звонка. Очень.
— Я по делу. Ребята попросили позвонить.
— Какие ребята? А, эти… Ну, что у вас случилось?
Интонация, с которой были произнесены эти слова, напрочь отбила у Маринки желание рассказывать. Но отключаться было нельзя, как никак Петр Александрович их спонсировал. Пока спонсировал.
— У Антона ничего не получилось с Татьяной Моховой. Она его бросила.
— С какой Татьяной?
— Это наша первая клиентка. Та, которая хотела вернуть мужа.
Как и подобает деловому человеку, Петр Александрович с полминуты соображал, о ком речь.
— М-да. Я так и думал, что у него ничего не выйдет.
— Он очень старался, — вступилась за Антона Маринка. — Но клиентка поняла, что с ним она счастлива не будет…
— Ой, Марина, избавь меня от подробностей! — перебил ее Чалый. — Это ваши внутренние дела, они меня не интересуют.
— Мы подумали, что вам нужно это знать, Петр Александрович. Гонорар Татьяны Моховой мы упустили. Прибыли в этом месяце не будет.
— Господи, да кто о прибыли думает? — фыркнул Чалый. — Я, кажется, уже объяснял тебе, что в ближайшие три-четыре месяца не жду от вас доходов. Любой компании надо раскрутиться. Ты-то должна это знать.
Трудно сказать, что задело Маринку сильнее — насмешка Петра Александровича или то, что он никак не отреагировал на ее формальное обращение. А ведь раньше он всегда сердился, когда она называла его на «вы» и по имени-отчеству.
— Значит, мы продолжаем работать в прежнем режиме? — сухо спросила она.
— Работайте, работайте. Деньги перечислю вовремя.
— А меня деньги волнуют меньше всего, если хочешь знать!
— Ах да, я забыл. — В голосе Петра Александровича послышались иронические нотки. — Ты у нас исключительно нематериальное существо. Ладно, Марин, если это все, давай прощаться. У меня дел много.
Все поплыло перед глазами Маринки. Яснее ясного он говорил ей, что между ними все кончено. Но почему? Что она сделала, чтобы оттолкнуть его от себя? Каждую секунду рядом с ним она была счастлива, и видит Бог, не так уж много было этих секунд!
Ему придется объяснить, в чем ее вина.
— Подожди, я еще не все сказала.
— Слушаю.
— Ты можешь объяснить, что между нами происходит? Я всю неделю ждала, что ты позвонишь… или приедешь… а ты…
Маринка всхлипнула. Незавидное положение у женщины, которая спрашивает и требует! Но разве можно молча отпустить его, когда в сердце живет крошечная надежда, что все еще наладится?
— Я был очень занят. Работа, понимаешь… У «Темпико» очень сложный период, конкуренты внезапно проснулись… Я не могу надолго отвлекаться или уезжать из Москвы.
— Один звонок не занял бы много времени.
— Мне было не до звонков.
Маринка ненавидела себя, но остановиться не могла.
— Если есть желание, время найти можно.
— Вот именно, — ледяным тоном произнес Чалый. — Если есть желание.
Спазм сжал Маринкин желудок, на лбу проступила испарина. Она и не подозревала, что от обычных слов может быть так больно.
— Я не понимаю, что я сделала… У нас же все было хорошо…
Чалый рассмеялся:
— Девочка моя, каждую секунду в мире что-то происходит. Ничто не стоит на месте, в том числе и чувства. Неделю назад было одно, сейчас другое, к этому надо относиться философски.