Чтение онлайн

А как же муж?

Этот естественный вопрос возник у Юрия Сергеича, когда он подъезжал к дому, хотя о муже следовало вспомнить с самого начала. Ни один мужчина не потерпит, чтобы его жена разгуливала по магазинам на пару с юным опереточным красавчиком. Следовательно, либо муж Татьяны пребывает в спасительном, но опасном неведении, либо в семейном статусе Татьяны произошли перемены, о которых ее начальник ничего не знает.

Или знает?

Юрий Сергеевич принялся вспоминать. Обрывки разговоров, фразы, случайно услышанные в курилке, едкий шепоток сплетниц, повторяющиеся слова «любовница» и «развод» — все то, что живо наполняло жизнь его отдела в последний месяц, внезапно сложилось для Нестеренко в ясную картину. Надо же быть таким идиотом! Да в отделе не говорят ни о чем другом, кроме как о разводе Татьяны. Ее муж ушел к другой, оставил бедняжку с двумя детьми. Мохову нет дела до того, с кем его жена будет распивать элитный коньяк сегодня вечером!

Беспокойную ночь провел Юрий Сергеич. Странное, необъяснимое чувство терзало его. Как будто его обманули, оставили с носом, одурачили и выставили на посмешище. Этот белозубый герой-любовник, непозволительно молодой и оскорбительно красивый, не имел никакого права обнимать Татьяну и платить за ее продукты. Он, Нестеренко, знает ее пятнадцать, да что там, шестнадцать лет и все это время восхищается ею! Разве не он должен был стоять рядом с Татьяной и угощать ее коньяком? Он, а не этот желторотый юнец заслужил право утешить ее после измены мужа. Возмутительная несправедливость! Пятнадцать лет мечтаешь об одной-единственной женщине, а когда приходит время, ее нагло уводят у тебя из-под носа.

Юрий Сергеич не сознавал, что, встреть сегодня Татьяну одну, без Антона, ему бы в голову не пришло считать себя несправедливо обиженным. Он бы продолжал по-прежнему втайне любоваться Моховой и мечтать ни о чем; узнав о ее разводе, он бы посочувствовал, поцокал языком, но не подумал бы о том, что можно что-то предпринять самому. Красавец Антон своей голливудской улыбкой и черными кудрями разбудил в сердце Юрия Сергеича страшного зверя ревности. Он превратил его в человека, готового сражаться за женщину.

Утром Нестеренко проснулся с больной головой и твердой решимостью раз и навсегда изменить жизнь. Он не уступит Татьяну какому-то смазливому юнцу без боя. Пусть он не молод и (что греха таить) далеко не так красив, но он может предложить Татьяне гораздо более ценное — искреннее чувство, верность, преданность, понимание. В постельных делах он тоже не промах, хоть и приближается к пятидесятилетнему рубежу. Не латиноамериканский любовник, конечно, но редкие подруги разочарованы не были. Здоровый образ жизни и режим творят чудеса не хуже виагры.

Бреясь, Юрий Сергеич придирчиво разглядывал свое отражение в зеркале. В молодости он считался видным парнем, но годы нарисовали глубокие морщины на круглом лице, проредили волосы, наметили небольшое пузцо. Однако серые глаза смотрели задорно, зубы были свои, а пузцо легко сгонится за месяц-другой занятий в тренажерном зале. Юрий Сергеич чувствовал, что ради Татьяны готов даже бегать по утрам.

В самом радужном настроении Нестеренко выехал на работу. Ему предстояло важное совещание у генерального директора, но цифры и отчеты меньше всего занимали его. Естественно, на совещании все пройдет без сучка без задоринки, ведь документы собирала Татьяна. А по уму и работоспособности на заводе ей нет равных. Изумительная женщина! Ради такой стоит не спать ночами забывать про колбаску и совершать прочие безумства. Он будет за нее сражаться и докажет всем (в первую очередь сестре), что способен самостоятельно устроить личную жизнь!

После совещания, на котором воодушевленный любовью Нестеренко блистал как никогда раньше, он вызвал Татьяну к себе в кабинет.

— Как все прошло, Юрий Сергеич? — поинтересовалась она.

— Как всегда прекрасно. С вашими документами я и к президенту без страха пойду, не то что к директору.

Татьяна польщенно улыбнулась. Нестеренко был скор на ругань и скуп на похвалу. Тем приятнее было услышать, что он ценит ее.

— Спасибо, Юрий Сергеич. А что решили на совещании? Что нас ждет в ближайшем будущем?

— В ближайшем будущем нас ждет как минимум хорошая новогодняя премия, мы ее заслужили… Да вы присаживайтесь, Татьяна Васильевна. В ногах правды нету.

Присаживаться Нестеренко просил в редких, исключительных случаях, когда нужно было обсудить особенно сложную проблему. Полная неприятных предчувствий, Татьяна села.

— Кстати, хотел спросить, как вы вчера добрались домой? — хитро улыбнулся Юрий Сергеич. — Дороги от дождя стали просто ужасные. Я, пока до дома доехал, две аварии видел.

Татьяна опустила глаза. Как неудобно вчера получилось. Когда Антон набросился на нее как сумасшедший, у Нестеренко было такое лицо, будто он увидел призрак. Естественно, он все понял с первого взгляда. Антон все сделал, чтобы показать, кем они приходятся друг другу. Кто знает, как Нестеренко отнесется к тому, что у его зама роман с неприлично молодым мужчиной… Конечно, это не его дело, но Юрий Сергеич человек старой закалки и образцовой морали, ни в чем предосудительном замечен не был. С него станется по старой советской традиции объявить ей выговор за аморальное поведение…

— Да, было скользко, — пробормотала Татьяна. — Но я рядом живу, мы быстро доехали.

Юрий Сергеич прокашлялся, и Татьяна, ожидавшая чего угодно, мысленно приготовилась к вопросу, кем ей приходится черноглазый Антон. «Скажу, что сын, — решила она про себя. — Нет, не годится. Я не настолько стара. Скажу, что это его не касается. Я без пяти минут разведенная женщина и делаю все, что хочу».

Татьяна чувствовала, что правда на ее стороне, но на душе все равно было противно. Хорош Антошка, ой как хорош, но разве дело бегать с ним от соседей и знакомых? Другая, может, и гордилась бы, что за ней ухаживает такой орел, и хвасталась бы им перед подругами. Но Татьяне было не до похвальбы. Ей везде чудилось неодобрение — и в глазах Зинаиды, и в словах Катюшки, и в странных вопросах Нестеренко. Может быть, если бы к Антону ее привязывала пылкая и искренняя любовь она бы нашла в себе силы противостоять мнению общественности. Но когда ты думаешь точно так же, как общественность, не стоит ввязываться в борьбу. Антон подарил ей сказку, возвратил уверенность в себе, но впускать его в свою каждодневную жизнь Татьяне не хотелось.

— Повезло вам, живете рядом, — сказал Юрий Сергеич. — А мне далековато добираться.

— Так у вас тоже супермаркет строить собираются.

— Правда? Где?

— На месте старого кафе. Брат моей подруги как раз работает там.

— О, это было бы замечательно, — просиял Юрий Сергеич. — Удобно все-таки в супермаркете продукты покупать.

— Да, с рынком не сравнить. Но зато дороже.

— Дороже, не спорю. Но оно того стоит.

Татьяна начала терять терпение. Сколько можно ходить вокруг да около? Или у Нестеренко совсем ум за разум зашел и он позвал ее для того, чтобы поболтать о преимуществах супермаркета?

Неделю назад Татьяна сослалась бы на срочную работу и прямо спросила, в чем дело. Но сознание того, что Юрий Сергеич видел ее с Антоном, сковывало по рукам и ногам. Ей казалось, что он непременно должен осудить ее. Юрию Сергеичу неведомы человеческие слабости. За все пятнадцать лет, которые они вместе проработали, он ни разу не оступился. А ведь мужчина хоть куда, нестарый, видный и, главное, неженатый. Редкое явление в наши дни. Женщины многие на него заглядывались и к ним в отдел по сто раз на дню забегали без всякой необходимости. Но Юрий Сергеич не дрогнул. Разве он может понять, что, когда сердце у женщины обливается кровью, ей так хочется прислониться к кому-нибудь, почувствовать, что она нужна. Где бы она взяла силы, чтобы жить дальше, если бы не Антон? Но Нестеренко не знает этого и знать не желает.