Чтение онлайн

— А что ты наденешь вечером? — спросила герцогиня. — Ты же понимаешь, как важно произвести первое впечатление. Надень что-нибудь заметное.

Когда все ушли, Блайд и ее младшая сестра сели рядышком на край кровати и обнялись.

— Как ты умудряешься не заблудиться здесь? — спросила Блайд.

— Этому и ты быстро научишься.

— А какая она?

— Королева? — уточнила Блисс. — Она великая и невероятная, но у нее очень скверный характер.

— Она сердилась на тебя? — спросила Блайд.

Блисс покачала головой и задорно подмигнула сестре.

— Ты же знаешь, как я умею влиять на людей. Это дар, которым наградила меня Мать-Богиня… А дедушка не разрешает молодым людям приближаться ко мне, — вдруг пожаловалась Блисс. — Он еще строже, чем наш отец. А как твоя семейная жизнь?

Блайд посмотрела в бездонные фиалковые глаза сестры, и переживания последних двух месяцев навалились на нее непереносимым грузом. Она разрыдалась.

— Что такое? — Блисс погладила сестру по голове. — Не плачь, сестренка, а то дождь пойдет.

— Мне стало легче оттого, что ты дотронулась до меня, — сказала Блайд сквозь слезы.

— А теперь расскажи мне о своих горестях, и тебе станет еще легче.

— Семья моего мужа игнорирует меня, — начала Блайд. — Кроме Миранды, которую я люблю всем сердцем.

— И?..

— Однажды вечером к нам в дом заявились любовницы моего мужа, — продолжала Блайд поникшим голосом.

— Надеюсь, бывшие любовницы? — спросила Блисс. — Кто они?

— Сара Ситуэлл и Рода Беллоуз.

— Ты хочешь сказать, леди Урода?

Блайд улыбнулась.

— А что еще тревожит тебя?

— Роджер меня не любит, — призналась Блайд. — Он хотел развестись со мной, но все-таки один раз мы делили с ним постель. После этого он ни разу не впустил меня к себе в спальню.

— Вот негодяй, клянусь Гиппократом! — вознегодовала Блисс.

— Это еще не все.

Блисс наклонила голову и приготовилась внимательно слушать.

— Дело в том, что я… я жду ребенка, но муж об этом не знает.

— Мне только недавно исполнилось шестнадцать. Я слишком молода, чтобы становиться тетей, — произнесла Блисс, забавно подражая их бабушке Чесси.

Блайд не смогла сдержать смех, а вот Блисс оставалась серьезной.

— Если говорить искренне, — сказала она, — то Роджер не ребенок и должен понимать, что это могло произойти.

— Так как мы провели вместе лишь одну ночь, он вряд ли рассчитывает, что я могла забеременеть.

— Послушай, Мать-Богиня избирает для своих дочерей разные пути, — сказала Блисс. — Она могла сделать это, чтобы парящий орел навсегда остался рядом со своей бабочкой.

— Я люблю тебя, — улыбнулась Блайд, кладя голову на плечо сестры.

— Никогда в этом не сомневалась, — улыбнулась в ответ Блисс. — Когда ты собираешься сообщить Роджеру радостное известие?

— Не знаю, может быть, когда мы вернемся в замок Дебре.

— Чем раньше, тем лучше, — резонно заметила Блисс. — В противном случае ты изведешь себя ненужными тревогами.

— Мне не хватает смелости, — вздохнула Блайд.

— К сожалению, мне пора возвращаться к королеве, — сказала Блисс. — Но мы увидимся вечером. О, у меня есть для тебя небольшой сюрприз, который я собираюсь показать тебе завтра утром. Ты сможешь отлучиться ненадолго?

— Роджер не станет запрещать мне видеться с тобой. А что это такое?

— Пока не могу сказать. — Блисс поцеловала сестру в щеку и поднялась с кровати. — Ты сама должна все увидеть и почувствовать.

С этими словами она ушла, а Блайд подошла к окну и устремила взгляд в сторону Темзы. Она не могла поверить, что находится во дворце, а вечером будет представлена самой королеве Англии. Разве она сможет уснуть, когда впереди ее ждет такое испытание? Возбуждение было слишком велико, чтобы заняться расчетами, и Блайд с сожалением вспомнила об оставленном в письменном столе дневнике своей свекрови.

Некоторое время спустя она стояла перед зеркалом и придирчиво изучала свое отражение. Черное бархатное платье с низким квадратным вырезом выглядело очень элегантно. Кроме креста Вотана и обручального кольца в виде бабочки, других украшений на Блайд не было. Эта простота и изысканность подчеркивали ее природную красоту.

— Тебе бы следовало надеть более яркое платье, — заметила Дейзи. — Разве ты не хочешь затмить всех этих придворных красоток?

— Я хочу произвести впечатление только на королеву, — ответила Блайд.

— В этом платье у тебя ничего не получится. Давай я помогу тебе переодеться в красное.

Блайд отрицательно покачала головой:

— Напротив, Елизавета оценит мой мудрый выбор.

— Почему ты так думаешь?

— Елизавете шестьдесят один год, и ей вряд ли понравится компания ярко одетой восемнадцатилетней женщины, — ответила Блайд. — Всеобщее внимание должно быть приковано к ней, а не ко мне.

— Черт побери, — усмехнулась Дейзи. — Кажется, я поняла: она может приревновать тебя к своим фаворитам.

— Что-то вроде этого.

— И откуда в тебе столько мудрости?

— Это не моя мудрость, — призналась Блайд. — Мама посоветовала мне одеться именно так во время моего первого появления при дворе.

— А вот твоя бабушка одевается очень ярко и заметно, — возразила Дейзи.

Бабушке Чесси почти столько же лет, сколько королеве. Но не говори ей, что я рассказала тебе об этом.

Дейзи хотела что-то ответить, но тут скрипнула дверь и в комнату заглянул Роджер..

— Ты готова? — спросил он.

Обе женщины обернулись к нему. Блайд с радостью заметила, каким восторгом загорелись глаза мужа, когда он увидел ее. Кажется, ему особенно понравился низкий вырез ее платья.

— Черный цвет — это правильный выбор, — одобрил Роджер. — Подчеркивает твою молодость.

— Благодарю вас, милорд, — улыбнулась Блайд, — но я, напротив, не хотела это подчеркивать.

— И кто тебе это посоветовал? Надеюсь, не твоя бабушка?

— Нет, моя мать.

С каждым шагом звуки музыки, голоса и смех становились все громче и громче. Наконец они оказались в приемном зале королевского дворца, в котором толпились разряженные придворные.