Чтение онлайн

Услышав наши голоса, Крис просыпается и вытягивает ноги. Затем встает со стула и подходит к кровати. Кладет руку на бортик, нагибается и по-быстрому целует меня в губы. Мне это очень даже нравится. Напоминает о прежних днях: до того, как Крис потерял работу, а я – Криса. Тогда он постоянно целовал меня.

– Как себя чувствуешь? – спрашивает он.

– Хорошо. Готова уехать отсюда.

– Я тогда отправлюсь домой и приму душ. Потом вернусь за тобой.

– Договорились.

Через час Крис возвращается, как раз к приходу доктора, и внимательно слушает рекомендации по дальнейшему лечению. Нам говорят, что можно ехать, и мы начинаем собирать вещи.

– Я привез твой телефон, – говорит Крис, передавая мне мобильник. – Батарея села, поэтому я подзарядил его, пока был в душе. Похоже, сейчас зарядки хватит, чтобы проверить сообщения. Наверное, что-то пришло.

Кладу телефон в карман. В желудке у меня все переворачивается, а сердце бьется чаще: не заглянул ли Крис в историю сообщений или звонков? Обычно он этого не делает, но, возможно, его вынудили обстоятельства. Однако муж не выглядит рассерженным или огорченным и держится спокойно. Крис слишком часто уезжал, и я не волновалась, что он увидит сообщение от Дэниела. Теперь я понимаю, насколько двулично себя вела. Сейчас я бы не чувствовала себя так ужасно, не испытывала бы стыда и угрызений совести, знай Крис о моей дружбе с Дэниелом. Ну почему я не рассказала все Крису?

– Спасибо, – говорю я.

Муж улыбается мне, и мы вместе спускаемся на лифте в холл.

– Побудь здесь, – говорит Крис, указывая на скамейку рядом с дверью. – Я подъеду на машине ко входу.

– Хорошо.

Смотрю, как он уходит, затем достаю телефон из кармана. Ввожу код и слушаю. Первые пять сообщений на автоответчике оставил Дэниел. С каждым новым звонком в его голосе слышится все большая паника. Я по очереди удаляю сообщения. В последнем он говорит, что позвонил в больницу и знает, что я жива.

– Клер, мне правда страшно.

Всего от него пришло семь пропущенных звонков и шесть сообщений. Я быстро набираю ответ.

«Я в порядке. Извини, что заставила тебя поволноваться».

«Ты дома?» – сразу же приходит ответ.

«Пока нет. Я как раз уезжаю из больницы. Позвоню, когда смогу».

«Буду ждать. Береги себя».

Больше я не смогу видеться с Дэниелом. Я знала об этом с того момента, как он сказал, что очень хотел бы быть со мной. После такого нельзя просто притвориться друзьями. Возможно, угроза моей жизни открыла Крису глаза на многое, и я должна внимательней отнестись к тому, что он сказал. Чтобы наладить наши отношения, мы оба должны прилагать к этому усилия.

Может быть, мне стоит рассказать начистоту про дружбу с Дэниелом. Просто выложить все как есть. Смириться со всеми последствиями. Но я знаю, что Крис не поймет этих отношений. Как не поняла бы и я, скажи он мне про женщину, с которой постоянно общается. Про женщину, с которой ему было весело. Которая умела поднять ему настроение. С которой он делился секретами. Которая знает, что его тревожит. Поверит ли он, если я скажу, что мы с Дэниелом лишь друзья?

Может, физически я и не изменяла Крису, но мне этого хотелось, а это не менее ужасно. Ведь я дарила Дэниелу то, что должна была дарить лишь мужу, пускай и безответно: свои эмоции, внимание, обожание, желание. Теперь мне следует на все сто процентов посвятить себя браку, а этого невозможно добиться, если я буду проводить время с Дэниелом. Или хоть как-то общаться с ним.

Крис подъезжает ко входу в больницу и идет за мной. Забирает мою сумку и обнимает меня за плечи.

– Готова? – с улыбкой спрашивает он.

– Готова, – отвечаю я.

Всю следующую неделю Крис не отходит от меня ни на шаг. Он по-прежнему работает дома, но делает это, сидя рядом со мной на диване и положив мои ноги себе на колени. Он закрывает ноутбук, и мы вместе смотрим фильм. Крис разговаривает со мной, обнимает, целует. Я сплю в его объятиях.

Дэниел ничего не написал. Наверное, знает, что я не звоню ему, потому что не одна. Он не навязывается и ни на чем не настаивает, поэтому мне еще сложнее сделать то, на что я решилась.

Жаль, что все не может остаться по-прежнему, но ничего не поделать.

Это нечестно по отношению к Дэниелу.

И нечестно по отношению к Крису.

Мне не следовало так далеко заходить с нашей дружбой.

Когда Крис все же уезжает в командировку, я звоню Дэниелу.

– Привет, – говорю я.

– Привет. – Я знаю, что он улыбается, это слышно по голосу. – Как ты?

– Намного лучше, – отвечаю я.

– Я очень рад.

– Извини, что долго не звонила.

– Не стоит извиняться.

– В какие дни ты отдыхаешь на неделе?

– В четверг и пятницу.

– Можно мне приехать в четверг?

– Конечно.

– Договорились.

– У меня такое чувство, что ты хочешь попрощаться со мной, – шепчет Дэниел.

Мне сложно выговорить это, но все же я отвечаю:

– Так и есть.

– Тогда пускай нам запомнится этот день. Не против?

– Конечно нет, – говорю я, а по щекам текут слезы.

В четверг сажусь за руль своего автомобиля и выезжаю из гаража. Ярко светит солнце, но на улице еще прохладно. Когда я впервые встретила Дэниела, стояло лето. Еще не прошел полный цикл, но скоро точно потеплеет.

Раньше дорога до дома Дэниела казалась мне длинной, но сегодня промелькнула незаметно. И вот я уже подъезжаю. На сердце у меня тяжело, я нехотя выхожу из машины и плетусь к крыльцу. Дэниел ждет меня в дверях, наблюдая, как я приближаюсь. Он улыбается, но довольно сдержанно.

– Привет, – тоже улыбаюсь я.

– Привет, – говорит он.

Я крепко обнимаю его. Он обхватывает меня руками, и так мы молча стоим около минуты. Наконец я прохожу внутрь. Дэниел закрывает за мной дверь, и я следую за ним к дивану. На подлокотнике аккуратно сложен любимый мною плед. Меня это не удивляет, ведь только я им пользовалась.

– Я так беспокоился за тебя, – говорит Дэниел.

– Знаю, – отвечаю я, затем рассказываю про то, что произошло, и объясняю насчет диабетического кетоацидоза.

– Он заботится о тебе? – спрашивает Дэниел. – Делает все, что нужно?

– Да. Он пробыл дома неделю. А теперь вернулся на работу.

Дэниел кивает и отводит взгляд. Знаю, о чем он думает: будь ты моей женой, я ни за что не оставил бы тебя дома одну, особенно после такого. На самом деле оставил бы. Он просто не знает об этом. Крис тоже не хотел уезжать, но я сказала, что так нужно. Мир не остановился только потому, что я заболела.

Я обвожу взглядом комнату, где проводила столько времени. Здесь не было тревог по поводу потерянной работы или рушащегося брака. Никто не обсуждал оплату счетов и не спорил, чья очередь выносить мусор. Мы собрали здесь лишь самые лучшие моменты жизни, не отягощенные проблемами. Кого бы такое не прельстило? Но мы сами обманывали себя, считая, что в наших отношениях нет никаких сложностей.