Чтение онлайн

– У нас с Риворой договор о мире, - холодно бросил Алан. – Ошибки нет? – Он повернул голову к мэтру.

– Нет, ваше сиятельство, ошибка исключена, - уверенно ответил целитель. Алан боднул головой.

– Смешно, Ривора – маленькое, бедное княжество.

– А кто сказал, что эту пакость творит князь Вилвар? – Заметил король. – Могу допустить, что просто кому-то из горных колдунов поступил заказ. И его выполнили, только и всего. Что касается князя, я уже отправил ему письмо. Мэтр Фар. – Король обратился к целителю. – Лорд Парси выдаст вам золото для исследований. Я верю, что эта зараза вам по зубам.

Мэтр поклонился и вышел из кабинета. Ильмар встал из-за стола.

– Это еще не все, Алан, - король прошелся до окна, выходившее на далекий морской берег. Впрочем, такой ли он далекий для дракона? Что ему несколько сот ярдов.

– Говори, - угрюмо сказал Алан.

– Люди Стривса обнаружили два склада с артефактами неподалеку от замка. Понимаешь, о чем это говорит? И, по донесениям из двух провинций, там кто-то мутит воду.

– Кто-то мутит воду, - задумчиво повторил Алан. Встал с кресла, опираясь на трость. – Я этого ожидал.

Король обернулся.

– Почему мне ничего не сказал? – Его голос прозвучал жестко.

– О чем было говорить? О подозрениях, даже скорее, о предчувствиях? Глупо.

– Расскажи.

Алан неохотно пожал плечами.

– Да нечего рассказывать… Фиолетовые пятна, - он замолчал, а король и Стривс, начальник охраны, тревожно переглянулись. Фиолетовые пятна, цвет обмана, фальши, прикрытого коварства. Именно так «видит» брат короля людей, задумавших недоброе.

– И часто ты видишь фиолетовые пятна?

– Нет, не часто, но в последнее время… - Алан скривился.

– Понятно. Назови имена, а Стривс за ними понаблюдает, - король перевел тяжелый взгляд на своего верного слугу.

Солнце на далеком горизонте потянулось к закату, и в замке зашевелились слуги, таская по коридорам подносы со снедью и выпивкой. Алан, выйдя от брата, направился к себе.

Его апартаменты располагались в другой части королевского замка. Он свернул с галереи и услышал со стороны, как кто-то наигрывает на алатарийской мандолине, Алан удивленно хмыкнул, чуть изогнув губы, и пошел на звук.

Он знал этот маленький зал, где в детстве прятался от наставников за тяжелыми шторами. У него были дружки, малолетние драконята, сынки наместников из провинций, с которыми они устраивали битвы и драки. А потом открывали высокие окна этого зала и взлетали в небо, начихав на угрозы и наказания. Свобода превыше всего. Такой был их девиз.

Только он зашел, как послышался топот башмачков, несущихся по паркету.

– Алан! – И его обняли руки племянницы. – Ты опять пропал куда-то. Где ты был?

Этот легкий силуэт светлой радуги он не перепутает ни с кем. Его Лиона, его восьмилетняя птичка-воробей и храбрая драконица в одном лице. Он не помнил ее младенцем. Пятнадцать лет назад с ним случилась беда, которая обрекла его на ту жизнь, что он сейчас влачил, слепой, и без магического корня силы дракона... Впрочем, по-поводу "влачил", с ним многие бы не согласились. Но что они могут знать о ярости и бессилии в его душе...

– Это секрет.

– Ой, еще скажи, что военная тайна. Ну А-а-алан!

– Ли, не приставай. Лучше скажи, кто так искусно играет на мандолине?

– Ой, ты его не знаешь, его зовут Хелес, он из Алатарии. Его выписал к нам лорд Парси, чтобы обучать нас музыке. А еще лорд Парси купил для нас новый инструмент, но только на нем никто не умеет играть, его называют клавиорик. Там такие беленькие и черненькие клавиши, идем, я покажу.

Племянница потащила его вперед.

– Ли, вначале познакомь с музыкантом, а потом уже я познакомлюсь с твоим клавиориком.

Лиона хихикнула.

– Хорошо, идем, он тебе понравится.

Алан вскинул бровью.

– Твой музыкант красив, как фея Тисанна? Тогда идем.

– Алан! Я серьезно! Он прекрасный музыкант. Я об этом.

Впереди, на другой стороне зала, Алан определил несколько силуэтов. Серый с легким желтым, еще серый с вкраплением малинового, и черно-серый, но с крепкой линией бирюзы. Ух, как интересно.

– Ваше высочество, - в голос зазвучали фрейлины. Во дворце было непреложное правило – объявлять себя перед его высочеством. Предполагалось, что у него отличный, просто волшебный слух. А как еще объяснить способность герцога Эсторского ходить и не спотыкаться? Только с тростью и ходит, причем, не как слепой, обшаривая стены, а уверенно, точно заговоренный. Не иначе, ему кто-то нашептывает.

Эти сплетни упорно поддерживал сам король. Пусть все так и думают. А вот о способности брата видеть силуэты и очертания предметов знали единицы.

– Алан, это наш новый учитель Хелес, - Лиона подвела дядю к уютному уголку у камина, где сидели фрейлины и музыкант.

Мужчина поклонился. Алан ему кивнул.

– Ты хорошо играешь. Покажи свое мастерство, будь добр.

И музыкант заиграл. Его пальцы с легкостью пробежали по струнам, и по залу разлилась мелодия, которая безжалостно захватила внимание и пленила красотой и душевностью. Да, этот музыкант умел играть не только на струнах мандалины, но и на струнах души.

Дамы с восхищением замерли, слушая мелодию южной страсти, а Алан сидел и долго гадал над силуэтом музыканта. Странный у него силуэт, не похожий на другие... Вот и хорошо, будет над чем подумать, он любил хорошие загадки для ума.

Сегодня был банный день. Кто знает, что такое счастье? Никто не знает. Напридумывают себе сказки о миллионах и мазерати, а счастье, это когда две недели ходить в грязи, навозе и жире, а потом оказаться в парной с бочкой горячей воды и куском мыла.

Да, я уже две недели в этой ловушке, из которой надо как-то выбираться. Думай, Аля, думай. Шевели мозгами, или этот день сурка никогда не кончится. Курятник, свинарник, жбаны с горячей водой, песок, черное мыло и закопченные кастрюли.

Я до сих не пойму свой социальный статус. Я раба? Вроде нет. Но почему меня держат в ежовых рукавицах и помыкают? Пыталась ли я отбиваться и бороться за теплое место под солнцем? Пыталась, но кроме скалки в первый день, еще получила пару оплеух от Фелисски, а круговая порука клана кухарок отбила всякое желание дать отпор. Или просто я не из того теста слеплена, из которого делают революции и поднимают бунты.