Чтение онлайн

Но это было только временно. Повернув ее лицом, он снова поцеловал девушку, его хватка была так же сильна, но его движения гораздо нежнее.

— Ты спасла меня сегодня, — прошептал он, прежде чем поцеловать ее в шею. — Во многих отношениях.

Сесилия не знала почему, но что-то в его манере говорить задело ее за живое. Именно тогда она поняла — они уже виделись раньше.

Глава 4

— Ты был в тренировочном лагере с моим братом, — заявила Сесилия, натягивая джинсы и фланелевую рубашку. — Я была в выпускном классе.

— Разве твой брат не сказал тебе, что я служил вместе с ним? — Спросил Маркус, стоя голый и не стесняясь, одеваясь медленнее, чем она.

— Да, но я не думала, что это было так давно. Мне было восемнадцать, да? Шесть лет назад?

— Что-то вроде того, — пробормотал Маркус.

— Теперь ты выглядишь по-другому, — заметила Сиси. — Твое тело другое. И ты не такой паинька. Тогда у тебя не было татуировок. Что изменило тебя?

— Война, — сказал он, наконец одеваясь. — Это не так-то просто.

***

Маркус

Она вспомнила его. Мужчина не думал, что она это сделает, хотя он, конечно, помнил ее. Это было невозможно не делать. Уже тогда он знал, что она его пара.

Медведи всегда узнавали свою пару, когда впервые их видели, а некоторым было все равно, даже когда они это делали, не имея терпимости к моногамии, но он это делал. Маркусу было не все равно. Стоя в заднем ряду новобранцев, когда привели на присягу в армию после учебного лагеря, он смотрел на семьи и друзей, и он видел ее.

Сесилия не следила за новобранцами. Ее внимание привлекала статуя женщины-солдата — оборотня в человеческом обличье, сжимающую свою медвежью лапу. Девочка улыбнулась, и ее взгляд наполнился тоской. Когда она снова обратила внимание на солдат, в ее глазах плескались гордость и скука. Это заставило Маркуса улыбнуться. Здесь чертовски скучно, даже для альфа-командиров, хотя не все это видели.

Он хотел узнать ее получше, но Сиси была молода, и Маркус отправлялся на войну. Раньше он был частью этого, стремился угодить своим командирам, делал то, что ему было поручено, думая, что он работает на общее благо. Ничто не могло остановить его от выполнения долга, даже пара, но он сделал все возможное, чтобы подружиться с ее братом, чтобы найти ее снова, в один прекрасный день.

Война все изменила. Окруженный ранеными от пуль и сломленными людьми, мужчина очень быстро понял, что добра не существует. Только хаос, хаос, который нельзя контролировать. После истечения четырехлетнего контракта он уволился, оставив все в прошлом. Его первым желанием было найти Сесилию, и он нашел. Маркус выследил ее, в колледже. Сесилия была не из тех, кто открыто улыбается, но он мог сказать, что она счастлива. Ей не нужен бывший солдат. Она заслуживала лучшего.

И он ушел.

Когда Барри позвонил ему, Маркус не мог не прийти, хотя это не было совпадением, что он был недалеко. Он всегда находился рядом с ней, не вмешиваясь в ее жизнь. Но мужчина должен был приехать, когда узнал, что Сиси в опасности. Он должен был убедиться, что она в порядке.

Теперь он рад, что сделал это. Не только из-за того, что они сделали, как бы невероятно это ни было, но и потому, что Сесилия была в гораздо большей беде, чем думала. Охотники на медведей оставили ее в покое, потому что она не была оборотнем, но он задавался вопросом, в действительности, не была ли она той, за кем они охотились все это время.

***

Сесилия

— …и брат познакомил нас, — вспоминала Сесилия. — Это было короткое, просто быстрое приветствие с обеих сторон, но мы виделись.

— Шесть лет — долгий срок, — сказал мужчина. — Я мало что помню из своего военного прошлого. Стараюсь не вспоминать.

Пока Маркус говорил, на его лице появилась тень. Она знала, что он что-то скрывает, но не настаивала. Судя по слухам, война была жестокой. Это заставило ее вспомнить о брате, который все еще сражается, чтобы защитить невинных. Девушка всегда уважала своего брата, но и переживала больше, чем когда-либо.

Она прислонилась к дереву, ее временное наваждение исчезло, и она вздохнула.

— Что нам теперь делать? У нас не так много информации. Я мало знаю об охотниках на медведей. Я сомневалась, что они действительно существуют.

— Многие знают, — сказал Маркус. — Я знал, что они по-прежнему рыщут маленькими группами, но не думал, что они так же опасны, как и когда-то. У меня такое чувство, что они набирают силу, вербуют новичков. Что означает большие проблемы для нашего вида.

— Начиная с Йоханссонов, — произнесла она. — Я рада, что они еще живы, но не понимаю, зачем они их вообще похитили. Охотники на медведей, как известно, убивают медведей во сне. Они не берут заложников.

Мужчина смотрел на Сиси. Под его пристальным взглядом она чувствовала себя еще более обнаженной, чем когда была прижата к нему во время секса.

«О, боже мой, у нас был секс!»

Она только осознала, но это ничего не значит, пока висит угроза. Нет времени для неловких разговоров. Маркус чуть не умер, эмоции были на пределе; они оба нуждались в освобождении. Они получили его, и теперь должны сосредоточиться на спасении Йоханссонов. В каком — то смысле их любовь тоже была противостоянием.

— Я тоже не знаю почему, но у меня есть теория, — сказал он ей. — Давай вернемся в хижину.

— Почему? — Спросила Сиси, стараясь не отставать от него. Мужчина очень торопился. — О чем ты думаешь?

— Увидишь, — сказал он, ничего не открывая.

— Не нужно быть таким скрытным, — пробормотала она.

— Это то, что я делаю лучше всего.

Девушка знала, что он делает лучше всего, она испытала это на себе, но не произнесла в слух.

«Сосредоточься», — приказала она себе. — «Это не какой-то курортный роман. Это вопрос жизни и смерти».

Думая о Майкле, она сжала кулаки, готовая к борьбе. Какими нужно быть тварями, чтобы похитить троих детей.

В хижине Маркус отправился прямо на кухню. Он достал из ящика стола острый нож и поднял руку.

— Какого черта ты делаешь? — Вскрикнула Сиси. У них нет времени на демонстрации.

— Вот это, — сказал он и разрезал руку, позволяя крови стекать по татуировкам на руке. Было почти страшно смотреть, особенно на то, как он продолжал это делать, едва вздрагивая, когда лезвие пронзило его кожу.