Чтение онлайн

Веревки были затянуты очень туго, так чтобы ему не удалось их ослабить. Пальцы на руках почернели и не сгибались. Гейбриел почти оглох на левое ухо, то ли от ударов по голове, то ли от засохшей в ухе крови. Правым ухом он пока еще мог слышать. Это позволило ему расслышать орудийную канонаду, прогремевшую этим утром. Этого оказалось достаточно, чтобы услышать более скромные залпы, после чего в каюту быстрым шагом вошел Рекальде, который не побоялся замарать свои перчатки, двинув Гейбриела в челюсть так, что тот на несколько минут полностью отключился.

Теперь Данте приоткрыл свой здоровый глаз, проверяя, здесь ли еще испанец. Рекальде выглядел спокойным, как сытый удав. Наверное, до сих пор он только развлекался. Не успел Гейбриел так подумать, как его крепко схватили за волосы и резко дернули голову вверх. Крик боли, сорвавшийся с его губ, был вовсе не притворным. Всякий раз, когда этот подонок хватал его за волосы, Гейбриелу казалось, что он сейчас лишится скальпа.

— Вижу, вы уже пришли в себя, сенсор Данте, — на хорошем английском языке произнес Рекальде. — Ну-ну! Если вы опять надумаете плюнуть в меня, я прикажу Йоргу отрезать вам язык.

Гейбриел посмотрел на Йорга. Огромная уродливая скотина. Рядом с ним даже Люцифер выглядел хрупким, нежным мальчиком. Кулаки у этого Йорга были размером с кувалду, широченные плечи бугрились крепкими круглыми мышцами. Он лениво проходился кулаками по всем ранам на теле Гейбриела. Данте не горел желанием увидеть, как этот левиафан действует клинком.

Рекальде отпустил волосы Гейбриела, довольный выражением его глаз.

— Мудрое решение.

Гейбриел хотел опустить голову, но передумал, заметив, что рука в перчатке сжалась, как бы снова нацеливаясь схватить его за волосы.

— Я не из тех, кто верит в совпадения, — наклонился к нему Рекальде, обдав Гейбриела запахом чеснока. — Мы не случайно захватили тебя и твоего брата в бухте у Гаваны. Не случайно пираты напали на наши корабли у берегов Эспаньолы. И не было простым совпадением то, что наша флотилия дважды за день подвергалась атакам. Должен признать, обе засады были отлично подготовлены.

Капитан Рекальде выпрямился и сцепил руки за спиной.

— Неудивительно, что твоя семья прославилась своей отвагой и дерзостью. Однако, если бы у этого чертова корабля скорость была больше, я смог бы прекратить эту комедию прежде, чем два наших прекрасных судна завлекут в смертельную ловушку.

— Вам нужно было поставить меня у руля, — прохрипел Гейбриел. — Я бы с радостью загнал вас прямо в самую гущу сражения.

Йорг со зловещим выражением лица сделал шаг вперед, но Рекальде поднял руку.

— Нет, это очень великодушное предложение, и я его принимаю. Вы действительно можете подняться наверх, сеньор Данте. На самом деле вся ваша команда уже там и ждет, когда вы к ним присоединитесь, чтобы повести их на встречу с пресловутым Пиратом Волком. Йорг, развяжи джентльмена. Поосторожнее с его руками, они так распухли, что кожа может лопнуть, если ее хоть слегка коснется твой клинок.

Гейбриел и не почувствовал, как нож разрезал веревки.

Руки и ноги у него были как свинцом налиты, когда их освободили от веревок. Он был уверен, что не сможет подняться самостоятельно.

Рекальде дал знак двум стражам, ожидавшим в коридоре. Солдаты поспешили в каюту, взяли Гейбриела под руки и потащили к трапу. Они поднимали его по ступенькам, ноги у него были как деревянные. Добравшись до палубы, они остановились, пропуская вперед капитана Рекальде, который первым поднялся на шканцы.

И тут от ужаса даже подбитый глаз Гейбриела открылся сам собой. Он вскрикнул от изумления. Потрясенные видом своего обычно элегантного капитана, члены его команды в ужасе громко закричали.

Все матросы «Доблести», голые по пояс, были привязаны за руки и за ноги к вантам и реям, создавая живой щит вокруг верхней палубы.

Гейбриела отвели на квартердек, где его также привязали за руки и за ноги, как расправившего крылья орла, на виду у всех, у кого есть подзорная труба. Он громко ругался, пока его привязывали, матросы тоже шумели и бранились. Сначала этот шум развлекал Рекальде, но потом он ему надоел, и он дал знак своим солдатам, которые принялись свирепо колотить привязанных людей по голым спинам, плечам и животам. Они хлестали их плетьми и били ремнями до тех пор, пока сами не оказались в поту, смешанном с кровью, а громкие крики истязаемых людей сменились жалобами и стонами.

— Ну вот, — заявил Рекальде, стоявший на квартердеке за спиной у Гейбриела. — Уверен, ваша семья будет рада увидеть, что вы живы и… в некотором смысле здоровы на данный момент. Нам стоит нанести им сейчас визит. Я особенно жажду возобновить свое знакомство с вашей сестрой, — пробормотал испанец, потрогав свое изуродованное ухо. — Во время нашей последней встречи я пообещал ей это. Уверен, вся моя команда с нетерпением ждет, когда мне будет оказана такая честь. И прежде всего, думаю, не терпится Йоргу. У бедного парня такой огромный ствол, что даже портовые шлюхи его боятся, но думаю. Железная Роза примет его с радостью, если от этого будет зависеть ее жизнь. А как считаете вы, сеньор Данте? Сестре ваша жизнь дорога настолько, что она готова пожертвовать своей?

— Пошел ты к черту! — фыркнул Гейбриел. — Отправляйся прямиком в ад!

Рекальде тяжело вздохнул и кивнул Йоргу, который поднял бадью, полную рассола, приготовленного для засолки мяса, и швырнул ее в Гейбриела. Брызги рассола попали на человека, висевшего рядом с ним. Спина этого матроса была исполосована плетью, и он издал вопль, от которого задрожали все сто двадцать членов команды «Доблести», привязанные к снастям.

Гейбриел не издал ни звука. Каждая мышца, каждая жилка в его теле сжались от невыносимой боли, когда соленый рассол проник в его открытые раны. Наконец он смог перевести дух и приоткрыть глаза. В этот момент раздался приказ поднять все паруса, и Гейбриел почувствовал, как «Доблесть» рванулась вперед. Они отделялись от остальной флотилии и направлялись к маленьким островкам. Более того, они уходили не одни. За ними в кильватере следовали три самых мощных военных корабля флотилии с открытыми орудийными портами и палубами, подготовленными к бою.

— Гейбриел, — прошептала Джульетта, — Господи милостивый, это Гейбриел… там, на вантах.

Крисп пошевелил губами, но не издал ни звука. То ли ругательства были слишком уж грубыми, то ли ему просто не хватило воздуха в легких.

С борта «Железной розы» раздался выстрел, чтобы дать знать Симону Данте и Джеффри Питту, что им нужна поддержка. Но у них не было возможности быстро предупредить их о «Доблести», находящейся среди четырех испанских кораблей. Джульетта направила к отцу человека в шлюпке с сообщением, и это было до того, как «Железная роза» ощетинилась орудиями, чтобы встретить надвигавшуюся угрозу, и они увидели живой щит на палубе галеона. Пока что ни «Мститель», ни «Голубка» не показывались в проливе. Похоже, они все еще разбирались с первыми двумя галеонами.

Там нужно разоружить пленных или даже отправить их на сушу и приставить к ним охрану, исключив возможность захвата ими галеонов и удара с тыла.

Джульетта понимала, что одна она не может сражаться против четырех военных кораблей. У нее просто не хватит огневой мощи. А если испанцы захватили быстроходную «Доблесть», то она лишается и такого преимущества, как скорость «Железной розы», потому что их с братом судна очень похожи по конструкции. Попытайся она увеличить скорость, точно так же увеличит скорость и «Доблесть».