Железное пламя
Шрифт:
«Серебристая, в седло! – заревел Тэйрн, снося мои щиты, будто они были тоньше пергамента. – Виверны!»
Мы с Ксейденом потратили секунду на единственный взгляд вдаль с утеса. Все внутри меня рухнуло, когда я поняла, что надвигающаяся серая туча – это не гроза, а рев в ушах – на самом деле шум крыльев. Одно мгновение – вот и все, что мне нужно, и я уже поворачивалась, ускорялась, летела по промерзшей почве и по мосту из задней лапы Тэйрна к нему на плечо.
«Сколько?»
Я нацепила летные очки и, впрыгнув в седло, швырнула этот вопрос на мысленную тропу, объединяющую всех нас четверых.
«Сотни», – ответила Сгаэль.
«Печально».
Я загоняла воздух в легкие размеренными глотками, чтобы сохранять спокойствие, но рука все равно дрожала, когда я застегнула ремень на бедрах. Стоило раздаться щелчку, как Тэйрн наклонился параллельно утесам и мощно толкнулся вперед, отбросив меня в седле. Мгновение – и он уже набирал высоту тяжелыми могучими ударами крыльев.
Поднявшись, чтобы получить максимальное превосходство в высоте, Тэйрн накренился влево и сделал небольшой круг, пока мы не вышли навстречу летящей орде. Затем он поднял крылья против ветра, резко оборвав наше движение и бросив меня на луку седла, и воспарил на сотню футов над замерзшим полем, оставив между нами и краем утеса расстояние в две длины его тела.
«Можно в следующий раз предупреждать?» – обратилась я по нашей личной связи.
«А что, ты упала?» – бросил он в ответ, мерно поднимая и опуская крылья только для того, чтобы удерживать нас на месте.
Я решила придержать свои остроты, когда справа появились Ксейден и Сгаэль, держась на почтительном расстоянии от крыла Тэйрна.
«Сочувствую, что она не сказала».
«Вопросы чувств подождут, пока мы решаем вопросы жизни и смерти».
Справедливо.
Мне стало нехорошо, когда в орде начали проявляться отдельные силуэты, и откровенно подурнело, когда между их крыльями появились просветы вечернего неба.
«Тридцать секунд», – спрогнозировал Тэйрн.
Я отпустила луку и подняла руки ладонями вперед, открывая дверь Библиотеки для энергии дракона и давая ей затопить каждую клетку своего тела, пока гул энергии, который я чувствовала на краю чар, не заменился гулом электричества, которым я становилась.
«Они замедляются», – предупредил Ксейден, когда орда рассеялась, чтобы образовать нечто похожее на строй, как с ужасом пришлось признать мне.
К горлу прилила желчь, когда я видела одного, двух, трех, четырех…
«Могу насчитать минимум дюжину вэйнителей».
«Семнадцать», – поправил с резким рыком Тэйрн.
Семнадцать темных колдунов и орда, которая могла потягаться с силами Аретии, против… нас двоих.
«Нам конец, если чары не работают, если я облажалась с переводом».
«Не облажалась», – ответил Ксейден бесконечно увереннее, чем я себя чувствовала.
От энергии, ищущей выход, жар прилил к коже, но я держала ее под контролем, готовая к бою, когда от орды отделились три виверны и подлетели ближе. Они зависли на расстоянии длины хвоста от края утеса – чешуя тусклая и серая, в крыльях просвечивают дырки, словно они еще не до конца сформировались.
«Они чувствуют чары», – сумела сказать я, прежде чем сердце окончательно оставило тело, вылетев куда-то вниз, ниже пяток, ниже…
Наездник на средней виверне…
«Тогда пусть в них и умрут», – ответила Сгаэль.
С такого расстояния я различала лицо смутно, но нутром знала, что это он. Мудрец из Рессона, поселившийся в моих кошмарах.
Его голова заметно повернулась от меня… к Ксейдену.
«Он был в Рессоне», – сказала я.
«Знаю», – по нашей связи пронеслась раскаленная ярость.
Мудрец поднял посох, а затем взмахнул, как дубиной, показав на нас.
«Я люблю тебя, – шепнул Ксейден, когда ближайшая ко мне виверна ударилась о стену чар и ушла в штопор, чтобы набрать скорость и подняться снова, поравнявшись с другими двумя, летящими прямо на нас. – Даже если ты перестанешь верить всему, что я говорил, пожалуйста, верь в это».
«Не говори с ней так, словно вам грозит смерть», – рявкнул Тэйрн, поставив вокруг нас двоих собственные щиты – непроницаемую стену из черного камня, – блокируя Ксейдена со Сгаэль.
Я сделала глубокий вдох, всеми силами удерживая силу в руках, а чувства – под контролем, когда виверна набрала скорость и вновь понеслась к границе чар.
Время замедлилось до промежутка между ударами сердца, мое дыхание замерзло в разгоряченной груди.
Затем виверна пересекла невидимый барьер, и все мое существо замерло, когда ее крылья ударили раз. Второй.
«Готовься к пике. – Тэйрн повернул голову, раскрывая пасть, когда виверна приблизилась на расстояние длины своего тела, и я приготовилась к маневру. – А, нет. Пике отменяется».
Крылья и голова виверны обмякли, а за ними – и вся туша, будто кто-то выхватил из нее жизнь. Тварь упала, по инерции пролетев в сорока футах под нами, врезавшись в поле и прочертив перед остановкой глубокую борозду.
«Лучше убедиться…»
«У нее остановилось сердце, – сказал Тэйрн, уже вновь повернувшись к двум другим вивернам за границей чар и орде еще дальше. – Чары действуют».
Чары действуют. Облегчение завело сердце заново.
Мудрец снова взмахнул посохом и издал яростный вопль, отправляя в атаку виверну справа от себя, но спустя несколько секунд ее ждала та же судьба – она упала рядом с первой.
Тэйрн не оглянулся, когда Сгаэль нырнула, опускаясь к их телам, но приопустил щиты.
«Они мертвы», – подтвердил Ксейден секунду спустя, и тут я увидела, как к нам приближается на своем красном мечехвосте Феликс.
Мы в безопасности. Я вскинула руки и выбросила обжигающую энергию на волю. Молния расколола небо, ударив в нескольких футах от виверны рядом с Мудрецом, и я выругалась про себя.