Чтение онлайн

– А тебе не надоело?! – огрызнулся белголландец. – И никого я не убивал, – уже более спокойным тоном продолжал он. – Казнил преступников, шпионов и врагов государства. Почему ушел? Ротация кадров. Ладно, что я должен сделать, чтобы получить эти пять паспортов и пятнадцать тысяч монет?

Хеллборн снова открыл чемоданчик и достал большую цветную фотографию. Бросил ее на стол.

– Кто эта милая дама? – Хамер даже не прикоснулся к фотокарточке, только слегка наклонился вперед.

– Полковник Надежда Стеллер, заместитель генерала Дюзенберга, старшего офицера советской военной миссии в Харбине. Среди прочих отвечает за транзит советских частей и переброску их в сопредельные страны Альянса. Она ежедневно покидает посольство и много времени проводит в городе, на вокзале, в аэропорту. Передвигается в кабриолете "Руссобалт34", советская военная модель. Поднимает крышу только во время дождя. Часто ее сопровождают сотрудники и сослуживцы, но это именно сослуживцы, а не специальная охрана. Охрана ей не положена. В один прекрасный день – и чем раньше, тем лучше – ты подойдешь к ней поближе и расстреляешь из автоматического пистолета. Я положил тебе в чемодан сразу два, "кольт" и "максим". Если в машине будет ктото из ее сотрудников – совсем прекрасно. Только убедись, что работа доведена до конца. После этого ты будешь свободен.

– А она никуда внезапно не уедет? – спокойно спросил белголландец. – На фронт добровольцем, например. Я читал, что русские это любят… Особенно сейчас.

– Никуда она не уедет, – отрезал Хеллборн. – Отвоевалась. Несколько тяжелых ранений. Ее списали на берег, и дали здесь постоянную должность. Продолжим. Вот, выбери одну из этих карточек. Надо будет бросить одну из них на труп. Тебе какая больше нравится?

(Старый фокус – превратить дешевого исполнителя в полноценного сообщника. Пусть ощутит причастность к общему делу…)

– Что здесь написано? – Хамер снова не спешил прикоснуться к предложенным картонкам.

– "Свободу Свальбарду!" – поданорвежски. "Да здравствует свободная Румыния!" – порумынски. Вот очень хорошая записка – "Бей красных, пока не побелеют! Батька Демон". "Хайль Кенигсберг!" В последнее время русские завели себе немало новых врагов, будет грешно этим не воспользоваться, – ухмыльнулся коварный альбионец. – Так что, Иоганн? Путь к свободе усеян шипами. Эта розочка – последний шип. Тебе ведь не впервой. Скажи "да" – и мы попрощаемся прямо сейчас. Эта квартира – твоя до окончания дела, если захочешь – переедешь. Разумеется, если ты вздумаешь меня обмануть…

– За идиота меня держишь, ублюдок? – внезпно прошипел Хамер.

– Что? – не понял альбионец.

– И одновременно прикидываешься идиотом сам? – усмехнулся викс. – Интересное дело, один из офицеров Альянса организует убийство офицера союзной державы – и обещает после этого спокойно отпустить на все четыре стороны главного свидетеля и исполнителя? Нет, ты точно держишь меня за идиота!

"Дьявол, это же надо было так ошибиться в человеке", – расстроился Хеллборн и прислушался. Дождь за окном и не думал прекращаться.

Гром и молния.

– Интересно, где ловушка? – задумался вслух белголландец. – Динамит в одном из патронов? Рукоятки пистолетов смазаны контактным ядом? Или все гораздо проще – на таможне меня пристрелят гвардейцы твоей китайской подружки? Да, мне приносили газеты, и я очень внимательно читал раздел светской хроники. СИДЕТЬ!

Хеллборн был так удивлен, что и не думал вставать.

– По крайней мере, в этом пистолете я уверен, – продолжал Хамер. – Я знаю, детский калибр, но с такого расстояния пуля вышибет тебе глаз и достаточно глубоко войдет в мозг. И будет больно, очень больно.

Джеймсу показалось, что его просто парализовало. Это был не страх, не совсем страх, чтото другое, но не менее ужасное. Просто в него уже стреляли из этого самого оружия. И в мозгу даже промелькнула дикая мысль – после того злополучного ранения пистолет приобрел над ним власть…

Это был саксонский "лилипут" калибра 4,25, золотой пистолетик адмирала ван дер Капеллена.

И да, Хамер прав, будет больно. В прошлый раз было больно.

– Он выпал из твоего кармана там, на дирижабле, – рассказывал белголландец. – А я его подобрал. Конечно, с тех пор меня несколько раз обыскивали, но эту малышку было легко спрятать. Я его даже опробовал. Я застрелил из него крысу в подвале. Ты знаешь, что у вас в подвале завелись крысы? Крысы, хахаха! А никто даже и не услышал. И сейчас никто ничего не услышит. Как тебе это нравится, Хеллборн? У меня еще четыре патрона осталось. Ладно, собери все вещи в чемодан. Без фокусов. – Хамер встал, шагнул вперед, вдавил пистолет прямо в правую щеку альбионца и быстро обыскал его. – Этот парабеллум без встроенных ловушек? А кто тебя знает. Возьми двумя пальцами и тоже брось в чемоданчик. Молодец. Теперь закрой чемоданчик и поднимайся. – Хамер отступил на шаг, продолжая держать Хеллборна под прицелом.

– Что ты собираешься делать? – наконецто разлепил губы Джеймс.

– Еще не решил, – признался белголландец. – Может быть, сдам тебя русским. Насколько мне известно, они умеют быть благодарными. Или нашим. Получив такой подарочек, они может быть даже меня простят. Или отведу к твоему начальству. Хахаха! Твои командиры вообще в курсе этой грязной частной операции? Ну все, достаточно. Для начала мы просто уберемся отсюда. Тут гдето могут быть твои сообщники. Кругом. Шагом марш. И не вздумай глупить. Чувствуешь? – Позолоченная сталь уперлась прямо в затылок. – Вот сюда пулька и войдет. И будет больно.

Они медленно спустились на первый этаж. Хеллборн осторожно выглянул наружу. Уже не ливень, но все еще полноценный дождь. Глубокую ночь нарушали только несколько тусклых фонарей. Он поежился и снова уперся затылком в "лилипут". Вздохнул и зашагал дальше.

– Ты поведешь, – сказал Хамер, когда они подошли к машине. – Открывай дверцу, но пока не садись.

Продолжая держать Хеллборна под прицелом, белголландец принялся обходить машину спереди. Джеймс на мгновение опустил взгляд на свои ботинки, в которых уже заметно хлюпало, потом снова посмотрел на своего пленителя. В самый раз, чтобы не пропустить самое интересное.

Лицо Хамера взорвалось красным фонтаном. На какуюто секунду его нос внезапно увеличился в размерах – в несколько раз. Потом гигантский нос исчез. Почти неслышно щелкнул выстрел – крохотная пулька сочно впечаталась в лобовое стекло автомобиля. Рука мертвеца дернулась несколько раз, потом разжалась и пистолет упал на капот, уже забрызганный кашей из крови, мозгов и осколков черепа. Следом за ним упал и сам Хамер – на дорожный асфальт.

Хеллборн продолжал стоять за открытой левой передней дверцей и смотреть в темноту. В его голове внезапно воцарилась пустота – не такая, как у только что помершего белголландца, но всетаки пустота. А тело в очередной раз поразил паралич.

Потом из темноты вынырнул Он, с окровавленным клювом. Сверкнул изумрудным глазом и нырнул кудато под радиатор автомобиля. Секунду спустя оттуда послышался странный звук, причудливая комбинация хруста и чавканья. Еще через некоторое время перед глазами пролетело нечто красное, скомаканное и противное. Как раз в этот момент пустота принялась отступать. "Кишки, – сообразил Хеллборн. – Невкусно".

Следом пришла еще одна мысль. "Чуть выше двух метров, но очень массивный корпус и крупный клюв. И очень яркие цветные глаза. Окрас перьев толком не разобрать, она вся мокрая. Она мокрая… Мокрая курица! Это самочка! Точно, это молодая, но совершеннолетняя самочка".