Чтение онлайн

– Здесь есть какаято живность? – заинтересовался адмирал.

– Ящерки, насекомые, не более того, – небрежно сообщил Хеллборн.

Труп ПопугаяУбийцы на всякий случай убрали с "главной площади" и спрятали в одном из холодильников в "продуктовом бункере".

– Ну вот, мы уже пришли, – объявил "Рузвельт".

После недолгих, но горячих споров, лагерь для союзных военопленных был восстановлен. Уже без виселиц и отрубленных голов, решили не переигрывать. Но с грязевыми ямами. За "колючку" снова загнали только что освобожденных корейцев и филиппинцев. "Так надо", – сказал им надпоручик Тай Кван До, лично изорвавший свой мундир и забравшийся в "болото" вместе с другими согражданами. Самых ценных белголландских пленников (капитана Стандера, например) перевели на субмарину. Остальных виксов увели в джунгли, на самый конец восточного "рога". По лагерю бесцельно слонялись, изображая бурную деятельность, еще несколько десятков переодетых корейцев и полдюжины европейских офицеров из клуба "ФортАльянс". Этого должно было хватить. На какоето время.

Против всякого ожидания, благородный европейский адмирал заинтересовался "болотом" и подошел поближе. Даже не поморщился, отметил Хеллборн, и поспешил за высоким гостем.

– Здесь всего лишь азиатское быдло, – небрежно заметил Джеймс, на какуто секунду встретившись взглядом с надпоручиком Брюсом. За последний час тот измазался в грязи еще больше. – У нас имеются европейские и американские офицеры, они содержатся в отдельном бараке. Если вы желаете…

– Потом, – столь же небрежно отмахнулся ван дер Каппелен.

– А вот обманывать нехорошо! – внезапно вмешался в их беседу новый участник. – Здесь тоже держат европейцев и настоящих белых людей!

Голос доносился из ближайшей грязевой ямы.

– В самом деле? – удивился адмирал и направился на источник звука. – Кто здесь?

– Лейтенанткоммандер Дэвид Корниш, сэр, КоролевскоИмператорский Флот, собственной персоной, – поведал голос. – Кто бы мог подумать!

Заговорщики всетаки подобрали Корнишу достойную роль в спектакле.

– За что вы его так? – покосился европейский гость в сторону Джеймса.

– За регулярные нарушения дисциплины, герр адмирал, – неохотно доложил "штабскапитан".

– Не стесняйтесь, мистер Рузвельт, скажите адмиралу всю правду! – продолжал Корниш. – Когда вы подходили к нашему бараку, я помочился на ваш мундир. Прямо из окна!

– Это правда? – удивился ван дер Каппелен.

– Вынужден признать, мин херц, – хмуро кивнул "мистер Рузвельт". – Но это далеко не самое интересное, что случилось на нашем острове за последнее время…

– Он признался! – воскликнул Корниш. – Он нашел в себе смелость – и признался! Вы смелый человек, мистер Рузвельт, я всегда это знал!

Хеллборн еще больше помрачнел, повернулся к ближайшему охраннику и рявкнул:

– Солдат! Навести порядок!

Переодетый кореец немного понимал австраланс, поэтому и был поставлен на эту должность. В мгновение ока он оказался возле грязевой ямы Корниша. После чего принялся колотить прикладом по бамбуковой решетке под аккомпанемент явных ругательств на совершенно незнакомом Хеллборну языке. Точно не корейском. Какойто малайский филиппинский диалект. Молодец, парень. Соображает.

– Ну что ж, продолжим, – пожал плечами герр адмирал, бросил короткий взгляд на пленников за колючкой и зашагал дальше. Хеллборн поспешил за ним, адмиральская свита – за Хеллборном.

– Я хотел бы навестить полковника ван дер Гила, – внезапно спохватился высокий гость.

– Да, конечно, – согласно кивнул Хеллборн, после чего окинул взглядом своих офицеров. Так, бедняга Гордон вряд ли сможет поддерживать светкую беседу. – Капитан ван Саравак, вам пора на дежурство.

Гордон все понял, козырнул и тут же испарился.

– Капитан Эйвиндссон, проводите наших гостей в клуб. Мы присоединимся к вам чуть позже.

На входной двери офицерской столовой теперь красовалась новая надпись – " Club Officieren Haven van Sultan". Полковник Кэнди плакал, когда рисовал ее. Но он честно выполнил свой долг, и теперь старый ветеран тоже скрывался на подлодке. Нет, он готов был броситься в бой. Но ему не позволили. С превеликим трудом отговорили.

– Следуйте за мной, герр адмирал, – снова обратился к высокому гостю Хеллборн. Остальные офицеры ушли с Эверардом. Кроме майора Дюпонта, тот попрежнему не отставал от своего командира.

Они уже подходили к штабквартире, когда на ступеньки вышла капитан Мэгги Хан из Манчьжурской Армии Милосердия. Сладко потянулась и зевнула.

– Девушка помогает полковнику по хозяйству, – смущенно пробормотал Хеллборн. – Вольнонаемная китаянка из Манадо.

– Понимаю, маленькие человеческие слабости, – снисходительно кивнул ван дер Каппелен.

Явление второе, те же и Мэгги. Ей удалось убедить товарищей по оружию – пьеса сильно выиграет от этой сцены. Под самое утро у Хеллборна и Брюса оставалось слишком мало сил, чтобы спорить. И они согласились.

Капитан Хан облачилась в какойто легкомысленный оранжевый халатик. Когда она потянулась, халат приподнялся настолько выше колен, что дальше просто некуда. Мэгги сама его сшила, споров верхние полоски с доброго десятка трофейных триколоров ВосточноИндийской Конфедерации. Синие и белые полоски тоже пошли в дело. "Если маскарад затянется, я смогу переодеться, – заявила манчьжурка. – Мне идет, не правда ли?" Да, скоросшитые халатики ей очень шли. Но товарищи по оружию слишком устали, чтобы отреагировать на них должным образом.

Заметив приближающихся офицеров (точнее, она сделала вид, что только что их заметила), Мэгги вприпрыжку поскакала навстречу.

– Баас Лоренс, – радостно залопотала она, – баас Андрэ гораздо хорошо!

"Какой очаровательный китайский акцент!"

" В детстве я очень любила играть в школьном театре".

"Да она такая же медсестра, как и я, – подумал Хеллборн. – Да и все остальные – тоже".

" Иностранные языки – мое хобби".

"Мне уже как то приходилось выдавать себя за другого человека".

"Мерзавец умер у меня на глазах!"

"В какую хорошую компанию я попал! Кто все эти люди?!"

– Спасибо, Лю, – пробормотал Джеймс. – Ступай куданибудь на кухню. У нас важный разговор.

– Военные дела, баас? – спросила она и скромно опустила ресницы. – Я не мешать.

И поскакала дальше.

Адмирал посмотрел ей вслед, хмыкнул, но больше ничего к этому не добавил.