Чтение онлайн

Все действительно обошлось. Хеллборна это устраивало и не устраивало одновременно. Хорошо, что ему удалось перебраться через ограду посольства незамеченным; плохо, что родные альбионские солдаты его не схватили. Однажды здесь мог пройти враг – очень опытный и опасный враг. Впрочем, ему предстояло еще вернуться. Если он и вернется без приключений, с этим надо будет чтото делать. Специальный доклад в службу безопасности МИДа. Если завизировать у директора ДСС, к нему отнесутся серьезно. Особенно сейчас.

Накануне Грядущей Войны.

* * * * *

Профессор Лайнбрейкер любил общество людей, но жил уединенно. И это было хорошо, очень хорошо. И вся эта операция началась слишком хорошо, и было бы обидно провалить ее изза какогонибудь пустяка.

– Я даже не слышал, как ты подъехал, – заметил профессор, открывая ему дверь. – А слух – это единственное, на что я пока совершенно не жалуюсь. Несмотря на мириады других болячек и многомного громкой стрельбы в славные годы Королевских тибетанских стрелков…

– Я немного заблудился, и поэтому отпустил такси на соседней улице, – пояснил Джеймс.

На самом деле, Хеллборн оставил на соседней улице угнанную машину. Лейтенант рассчитывал вернуть ее (машину) на место за много часов до того, как хозяин проснется. На ничтожный расход бензина никто не обратит внимания, у этой модели был слишком грубый спидометр.

– Выпьешь чтонибудь? – профессор направился к бару.

– Ни в коем случае, сэр! Сегодня я принял как минимум полугодовую дозу алкоголя! Разве что апельсиновый сок…

– Как нетипично для альбионца, – покачал головой Лайнбрейкер. – Каждый раз возвращаясь из Фрэнсисберга я просыхаю несколько дней подряд.

– Дом, милый дом, – вздохнул Хеллборн. – Так вы снова гостили в наших краях?

– Именно так. Где я, потвоему, отыскал ключ?! Пойдем, ты должен немедленно это увидеть! – и Лайнбрейкер опять схватил его за рукав.

Одна из комнат в доме профессора была отведена под фотолабораторию. На столике стоял полевой футляр с катушками и лежали несколько свежеотпечатанных фотографий.

– Вот, я даже не успел ничего проявить. То есть успел, несколько снимков, в честь твоего визита.

Хеллборн опустился в стоявшее рядом кресло и принялся осторожно тасовать колоду фотографий. Чернобелые, но очень хорошего качества. Профессор работал с дорогой аппаратурой и был опытным фотографом, что в его деле было совсем не лишним.

– Узнаешь это место? Вот и твой апельсиновый сок.

– Спасибо, – пробормотал Хеллборн, уткнувшись в очередной снимок. – Это Вторая…нет, это Четвертая Пирамида.

– Совершенно верно!

– Вот центральный зал с алтарем. А это Комнаты Сторон Света. Северная, Западная, Южная…

– Какие всетаки нелепые названия, – покачал головой профессор.

– Строго говоря, они действительно указывают на стороны света, – скривил губы Хеллборн. – Это всего лишь Фрэнсисберг, а не Скоттенбург.

– Неважно. Смотри дальше!

– Где ЭТО находилось? – прошептал лейтенант.

– В Северной комнате, – тоном римского триумфатора поведал Лайнбрейкер.

– Но ведь это идеальный цилиндр! – воскликнул альбионец. – Где именно в комнате он находился?!

– Джеймс, ты шутишь?! Не узнаешь?! Это ведь основание базальтовой колонны! Якобы несущей колонны! Когдя я сдвинул этот блок в сторону, колонна принялась торчать из потолка как сталактит! Ты понимаешь?! Поколения археологов и грабителей могил проходили рядом – и никому в голову не пришло! Да и мне тоже, по совести сказать. Все произошло совершенно случайно. Если бы я не споткнулся…

– Не вы ли говорили мне, что в истории нет места случайностям? – Глаза Хеллборна были готовы сожрать фотографию. – Это судьба, профессор.

– Случайности, судьба… – отмахнулся Лайнбрейкер. – Всего лишь противоположные концы одного и того же кластера темных суеверий… Правда, красиво?

– Да, как будто большая черная монетка…

– Хороша Монетка! – воскликнул профессор. – Диаметр почти два фута, толщина – около пяти дюймов! Сколько она весит?… Надо будет в таблицу заглянуть, плотность черного альбионского базальта…

– И золотые буквы… – продолжал Джеймс. – Латинские буквы, профессор!!! Что это за язык? я не узнаю его…

– Гэльский, – спокойно отвечал профессор.

– Гэльский?!

– Всего лишь гэльский, мальчик мой. Мне пришлось немного покопаться в словарях. Это не литературный язык, какойто простонародный средневековый диалект. Словарь всего лишь помог мне узнать его, но не прочитать.

– Конечно, почему бы и нет? – кивнул Хеллборн. – Среди отцовоснователей не было недостатка в ирландцах. Взять хотя бы соратников веселой принцессы Грейс… Они не сразу смешались с настоящими англичанами…

– Этот человек хотел максимально запутать тех, кто отыщет… Монетку, и ему это удалось! Смешно сказать, – и профессор натужно рассмеялся, как бы придавая дополнительный вес своим словам, – я читаю Вергилия и Платона в подлиннике, свободно говорю на дюжине индейских и китайских диалектов, но совершенно не знаком с языком народа, живущего фактически в окрестностях Лондона! Особенно если сравнивать с моими оппонентами в годы Королевских тибетанских стрелков…

– Но ведь в Британии будет нетрудно найти специалиста по гэльскому языку? – лейтенант наконецто оторвался от фотографии.

– Конечно, но ты ведь понимаешь, я не хотел делиться ТАКОЙ находкой с первым встречным! Ты вообще первый человек на планете, кому я о ней рассказал! Но через два дня из Дублина возвращается мой старый друг, профессор Стэнхоуп…

– Друг?! Вы же с ним как собака с кошкой… простите, сэр…

– Друг, враг – какая разница?! Он настоящий ученый и умеет признавать свои ошибки. А кроме того, этот сукин сын свободно владеет всеми языками Британских островов, даже мертвыми, от шетландского до романоартурианского… Старый черт Вилли Стэнхоуп еще не знает, какой сюрприз его ждет! Да он на потолок без стремянки полезет! Жду не дождусь, это будет незабываемое зрелище!..