Чтение онлайн

– Понятно.

Она ушла, стуча каблучками по кафелю, оставив дверь открытой.

После сытного ужина, не идущего ни в какое сравнение с баландой, шикарного душа, ненавязчивого медицинского осмотра, я переодетый во всё новое, от носков до спецовки лежал на кровати и думал: « Где я? На радиоактивном руднике? Сколько мне суждено здесь протянуть? Как сказал Валерий: от силы месяц. Или в какой-то секретной лаборатории, где над нами скоро будут проводить эксперименты? Вспомнился американский фильм «О, счастливчик». Стало страшно. Слишком обходительное отношение, к человеку, приговорённому к высшей мере наказания. Не сходится что-то. В Союзе в те времена так не церемонились». Но главным успокаивающим фактором моего сознания оставалась мысль: ничего не может идти в сравнение со смертью, а особенно в ожидании её, сидя в одиночной камере без какого либо движения и общения. Незаметно я заснул, убаюкав себя таким позитивным размышлением. Сказывалась бессонная ночь и усталость дороги.

Стук. Не грохот замков, не крики «Подъем!», а именно стук, не громкий, но настойчивый разбудил меня. Сказать «войдите» я постеснялся, поэтому вскочил и, не надев тапочки, подбежал к двери. В коридоре всё та же девушка.

– Пойдёмте, я Вас провожу к начальнику.

Майор Сотский оказался дружелюбным, общительным и весёлым человеком. Он скорее походил на председателя колхоза, чем на офицера какой-то секретной организации. Форма на нём сидела, как рабочая одежда, а не как мундир. Около шестидесяти, полного телосложения, седовласый мужчина с мясистыми пальцами и большой залысиной спереди. Серые добрые глаза, потерявшие с возрастом искорку задора, ещё излучали какую-то домашнюю теплоту. Он располагал к себе. На столе лежала открытая папка с моим делом.

– Ну, здравствуй, Алексей. Можно я уж так, по-простому?

– Здравствуйте, – я пожал плечами в знак согласия.

– Меня Александром Ивановичем все зовут. Не убивец. Это хорошо. А то последнее время людоедов одних шлют, – переворачивая листы, то ли пошутил, то ли в серьёз сказал он. – Скажу тебе честно: работа у нас тяжёлая, но стратегически очень важная для нашей страны. Поначалу будет нелегко, не отрицаю, … привыкнешь, все привыкают, тем более молодой ещё …

– А успею привыкнуть-то? – спросил я с сарказмом.

– В смысле?

– В смысле радиации, при ней же долго не живут.

Александр Иванович рассмеялся.

– Это ты про ту надпись на воротах? Она и защитные костюмы, всё предназначено для отвода глаз, вроде маскировки. Действует безотказно. Любопытные стараются долго не задерживаться. У нас по всему забору значки радиационного загрязнения наштампованы.

Ему хотелось верить.

– А в чем работа заключается, Александр Иванович? Я понимаю, что не в том положении, при котором есть выбор, но….

– Хорошо, что понимаешь. Работа – проще не куда. Твоими орудиями труда, Лёша, будут лопата, тачка и ещё раз лопата. Но судя по твоему делу, со временем, ты пробьёшься и в бригадиры, ведь организаторские способности у тебя на лицо.

– Вот вижу здесь твоё заявление. Ты полностью осознал его содержимое? Никаких связей с внешним миром. Отсутствие любых прав и свобод. И это на всю жизнь.

– Да, – грустно подтвердил я.

– Но не расстраивайся совсем, может когда-нибудь законы поменяют, может ещё чего. Лично я считаю, что приговаривать человека к смертной казни за хозяйственные преступления – перебор. Надежда всегда есть.

Завтра утром поедешь уже непосредственно в бригаду и «вперёд с песней». Самое главное не нарушай правил. Хотя там особо и не разгуляешься, но всё же.

– Далеко ехать-то?

– Сорок восемь километров отсюда, – с хитринкой сказал майор и улыбнулся.

Мы ещё поболтали ни о чем. Как я не мудрил, пытаясь наводящими вопросами выведать подробности своей работы и быта, ничего не получилось. Или моя былая хватка ослабла, или майор был непробиваемым и лишь прикидывался добродушным простачком. Но всё равно: впечатление от беседы осталось хорошее.

Глава 8.

Как уже многие из Вас, Дорогие читатели, догадались, я – не профессиональный писатель. И если кто-то в дальнейшем ждёт в моем повествовании наслаждения от классически построенных предложений или красивого слога, то прошу Вас здесь и остановиться. Это скорее мемуары, чем шедевр русской литературы. Можно сказать – фантастические мемуары. Потому, что расскажи кто-нибудь мне историю, описанную ниже, я не только не поверил, а ещё бы и обозвал рассказчика невеждой и лгуном. Подобного просто не может быть, оно не реально, ни с точки зрения физики, ни сточки зрения геологии, ни с точки зрения человеческих возможностей вообще. Но всё это я наблюдал своими глазами на протяжении долгих лет….

На следующее утро после завтрака, ко мне в комнату без стука вошёл мужчина в такой же спецовке. На левой груди была пришита бирка, где белым по-чёрному пояснялось: «Зайков А. Ф. Бригада № 9». Лет пятидесяти, ростом чуть пониже меня, худощавый, волосы каштанового цвета были коротко пострижены. Выделялся высокий лоб. Выражение лица казалось злым из-за тяжёлого взгляда. Небольшой перебитый нос и впалые щеки на широких скулах, выдавали в нем бывшего спортсмена или военного. Мысленно я дал ему кличку «Боксёр».

– Здорово! – поприветствовал он, протягивая руку. – Меня зовут Саня. Работать будешь в моей бригаде. Собирайся. Через полчаса лифт подойдёт.

Его басовитый голос звучал дружелюбно, но твёрдо. Я поздоровался и представился Лёхой. Всё же хоть он и начальник, но свой.

– Давно ты здесь? – поинтересовался я, пока мы шли по длинным замысловатым коридорам.

– Четырнадцать лет в этом году будет.

Меня раздирало любопытство, и хотелось засыпать его вопросами, но из гордости я не стал навязываться, тем более бригадир не особо стремился к общению.

Мы подошли к пропускному пункту, и после громкого щелчка электрического засова оказались внутри помещения из железных решёток с застеклённой комнатой охраны. Саня показал пропуск. Вышел старший лейтенант, поздоровался за руку с бригадиром, просмотрел мою сумку, бегло формально обыскал меня.

– Леха, ты проходи пока, подожди на балконе. Мы поболтаем здесь немного. Заодно осмотришься, – предложил Саня.

Заметно было, что они с офицером старые приятели. Снова щёлкнул засов, я вышел, сделал около пяти шагов и потянул на себя ещё одну дверь.

О том, что мне нужно дышать, я вспомнил не сразу. За, так называемым балконом, сваренным из железа и тянувшимся в разные стороны, открывалась бездна. Точнее, передо мной находился котлован правильной цилиндрической формы, около пятидесяти метров в диаметре и освещённый прожекторами. Стены были залиты бетоном. Он уходил вниз на столько, насколько хватало взгляда. Ноги подкашивались, я вцепился в металлические перила мёртвой хваткой. Нежелание показаться трусом и любопытство не дали мне убежать обратно в помещение.