Чтение онлайн

Он ждал, что Фанана опять скрючит, но Тон лежал на спине в той позе, в которой ему было удобнее всего. Только красивое лицо было искажено от боли.

– Извини, - пробормотал киборг.
– Запаниковал.

Говорил он едва слышно.

– Запаниковал, - повторил Мордашка.

– Представил, как грустно станет в Галактике без моего отточенного интеллекта и общего превосходства, - Тон сделал попытку улыбнуться.

– Вот уж о чем тебе не следует беспокоиться!

– Наверное, ты прав, - Фанан протянул руку; он что-то держал в ней.

Гарик машинально взял этот предмет.

– Это еще что?

– Это называется пер-со-наль-ная-я де-ка. Детишки в Республике и в Империи знают о них чуть ли не с рождения.

– Смешно до колик.

– Заберешь с собой. Тут кое-какие мысли напоследок.

Холод от колен пополз выше, Гарик вздрогнул.

– Не надо так, Тон. Не последние… Ты сам себя изводишь.

Киборг сумел сипло рассмеяться.

– Тебе лучше знать. Ты у нас специалист в этом вопросе.

– Это что должно означать?

– Я поступаю так, как поступаю, потому что хочу причинить окружающим боль, чтобы не страдать в одиночку. А ты поступаешь так, как поступаешь, чтобы наказать маленького сопляка, который когда-то по малолетству снялся в нескольких дурацких фильмах.

– Нелепица какая.

– Да? Мордашка, по-твоему, сколько ты должен Новой Республике?

– Ну… кое-что.

– За то, что талантлив. За то, что сделал ради Империи.

– Ну да… правильно.

– Неправильно. Ты взваливаешь на сопляка, каким был когда-то, непосильный груз.

– Ну да, долг - вещь тяжелая. Так уж получилось, что я причинил вред, а теперь понемногу оплачиваю счета.

– Этот счет в балансе не нуждается, - в голосе Тона зазвучала прежняя издевка.
– Жизни разумных существ, мальчик мой, не сводятся к цифрам, нельзя их обменивать, словно валюту. Как нельзя сравнивать поступки мальчишки, совершенные по неопытности и глупости, с тем, что взрослый мужчина должен сделать за свою жизнь.

– Тон, ты бредишь!

– Хотелось бы верить, правда? Эй, а мы опять остановились…

Прошло еще немного времени, и за негромким гудением репульсатора Гарик расслышал сиплый шепот:

– Опять он летит…

– "Железный кулак"?
– уточнил Мордашка, задирая голову.

"Звездный разрушитель" суперкласса отматывал очередной виток вокруг орбиты.

Он был похож на наконечник копья, которое принадлежало сверхъестественному герою давно забытых легенд. Корабль плыл в вышине, не заботясь о жизнях, смертях, победах и поражениях здесь, внизу. А когда он решит спуститься с небес, то принесет с собой только гибель и разрушение. Да, подумал Мордашка. В том и суть "Железного кулака". А потом он подумал, что подобные вещи не имеют права на существование.

Он взорвет это чудовище, даже если на поиск уйдет вся оставшаяся жизнь.

– Не слишком-то грозно он выглядит на таком расстоянии, правда?
– Гарик постарался, чтобы отвращение не просочилось в голос.

Киборг не ответил.

– Говорю, не слишком-то грозно он отсюда выглядит.

Тон Фанан молчал.

Мордашка замер на месте, не в силах повернуться и посмотреть, а потом подойти на замерзших ногах, чтобы убедиться, что действительно произошло то, чего он больше всего боялся.

Гравицикл сам подплыл к нему.

Тон не дышал. Глаза его были открыты, киборг смотрел вверх, и на лице его - когда ушла боль и не нужно было больше прятаться за щитом сарказма и деланного самолюбования - было детское выражение. Так ребенок разглядывает звезды.

У Гарика защекотало в носу, и впервые за много лет с тех пор, как сам был ребенком, Мордашка расплакался.

На рассвете Мордашка поднялся с кучи листьев и в последний раз осмотрел своеобразный курган, который сложил накануне: разбитый гравицикл, погибший пилот и комбинация из деки и комлинка, которую Гарик запрограммировал при лунном свете, - и все это накрыто тонким термоодеялом, обнаруженным в бардачке машины. Затем Гарик отправился в путь.

Во время сна все мускулы, сухожилия и даже кости его тела превратились в одну сплошную ноющую от боли массу; тем не менее шел Мордашка быстро. На чувство направления он никогда не жаловался, ориентировался на местности хорошо, и уже не надо было тащить за собой умирающего друга.

Через час он добрался до выпотрошенной ДИшки Фанана. Тела исчезли. Наверное, сыскяри военачальника Зсинжа пришли и ушли, никого не оставив сторожить выгоревшую, потерявшую всякую ценность груду металла. В настороженное чириканье и шорох просыпающегося леса не вплеталось гудение двигателей. Поиски либо свернули, либо перенесли в другой квадрат.

Утро еще не закончилось, когда Гарик доплыл до утопленного в озере перехватчика, залез в кабину и придирчиво и неспешно проводил предполетную подготовку.

Но окончив, он больше не медлил. Времени было мало и оставалось все меньше.

Темная вода вскипела, вдоль иллюминатора побежали цепочки желтоватых пузырей и лоскуты грязной пены. Затем репульсоры справились с илом, в котором увяз "жмурик", и перехватчик всплыл над озером.

Вверх, на юг, через узкую полосу леса, вот и река. Вниз по течению; под брюхом машины вперемешку мелькают вода и земля.

Мордашка послал сигнал и получил ответ, а через несколько секунд его ДИшка зависла над поляной, которую он выбрал вчера для ночевки

И над черным термоодеялом, которым он накрыл друга.

Дальше ждать было бессмысленно, Тон не оживет. Всю прошлую ночь Гарик ворочался в куче прелых прошлогодних листьев, мучаясь сомнениями и нежеланием делать то, что собирался; теперь на эмоции не было времени. Лоран развернул машину, чтобы та смотрела строго вниз, словно пилот собрался таранить планету

Репульсоры взбили листья, подняв небольшой ураган, который в считанные секунды сдул одеяло, скрывающее Тона Фанана.

Органический глаз киборга был закрыт, Мордашка сам закрыл его прошлой ночью, но к импланту все еще шел сигнал от миниатюрного источника питания, и тот горел привычным красным огнем. Интересно, отрешенно подумал Гарик. Что он видит?

А затем Лоран выстрелил.

Лазерные пушки превратили полянку в огромный костер, а гравицикл, тело и протезы - в пепел и кипящий сплав пластика и металла. Мордашка нажимал на гашетку, пока внизу не осталось ничего, что следователи военачальника Зсинжа сумели бы связать с именем Тона Фанана.