Железный прапор
Шрифт:
– Лучше бы я себе нюх расквасил…
– Пошел, пошел!..
Где пригибаясь, где ползком Сашка устремился в дебри. Так ползать мог только тертый разведчик, загребая по-пластунски, словно плыл по воде.
– Во погреб-то, Ихтиандр енисейский, по суши не догонишь! – улыбнулся Крюк.
– Проф… Так, Крюк, смотрим за клиентами, пока Малыш брюхо по камням чешет. Орлику докладывать что-то надо. Ждет…
Они устроились поудобнее и устремили взоры к враждебному (плюньте в глаза тому, кто скажет, что там бывали и дружественные – это полная фигня, детский лепет) кишлаку. Жизнь в горном селении текла вяло, как-то нехотя, без драм и трагедий – обычный, накатанный тысячелетиями уклад. Скучный и неинтересный. Тоска…
– Смотрим по часу, – произнес Игорь. – Давай, Виталь, начинай, а я покемарю малехо – в глаза хоть спички вставляй. Лады?
– Командуй, Бурый, а лучше ложись спать… Я уж тут как-нибудь сам посмотрю, без молодых-зеленых… Спи давай, «замок»…
Шло время. Крюк наблюдал за предполагаемой базой «духов», отмечая наиболее важные подворья и считая ее «гарнизон», а Малыш исследовал ближайшие сотни метров, изображая из себя Маугли. А в таком близком здесь ярко-голубом, похожем на выстиранную простыню небе бежали, иногда цепляясь друг за друга, изумительно-белые курчавые облака. Такую чистоту можно увидеть только здесь, высоко в горах. И не понять ее низинным, равнинным жителям со слов… А воздух! Бальзам! Мечта для прокуренных глоток. И тишина. Оглушающая, умиротворяющая и дарящая надежду на долгую жизнь тишина. Благодать и умиротворение. Если бы не война… Неужели в этом райском уголке она тоже смогла найти свое пристанище? Нет, не верилось разведчику, хоть и отмечал натренированный глаз и «АКМы», на плечах висящие, и оборудованные к осаде огневые точки, и даже минное поле на близких подступах – «душки» ходили за дувалом по определенной системе.
«А сюрпризы-то уложили по "улитке". То-то сами спиралями бродят – не иначе на "лягухи" наступить боятся, на свои же, – отмечал про себя Крюк. – Вот и ладненько. Вояки, бля! А маскировки ноль. Дети гор…»
– Слышь, «замок», а они вообще ничего не боятся или охрану объектов во время боевых действий уже отменили, а я это пропустил?
– Наверное, уверены в своих силах и безнаказанности. Чересчур уверены… Неспроста это. А-а, че гадать-то! Смотри, может, и высмотришь чего-нибудь.
Игорь смотрел в такую чистую бездонную синь, но видел другую, не менее бескрайнюю, такую далекую сейчас и такую родную для души одессита. Только пахло по-другому и не было чаек, да еще не покачивало. Хотя нет, качка была, только другая, от усталости. И бороться с ней сил уже не оставалось… Медленно проплывающая отара курчавых, похожих на овец облаков, тихий убаюкивающий шепот листьев. И-йэх-ха! Медведь рисковал получить бытовую травму – вывих челюсти от зева… …Сладкую дрему прервал толчок под ребра.
– Медведь, – пробился сквозь сон шепот Крюка. – Просыпайся, военный.
– Что?
– Там зреет что-то. «Духи» зашевелились. Наверное, собираются куда-то.
Приблизив к глазам кишлак линзами бинокля, Игорь рассмотрел на небольшой площади посредине селения, как собравшиеся несколько десятков мужчин-афганцев брали что-то из открытых ящиков, явно армейского происхождения, и собирались в небольшие группы, отдаленно смахивавшие на отделения и взводы. Набиралось что-то около роты и даже более – не менее двухсот вооруженных чем попало диких горцев.
– Сколько времени? – 17.30.
– Так сколько я проспал?..
– Семь с половиной часов – нормальный здоровый сон беззаботного юноши.
– А?..
– А ты нам с Малышом не нужен был для наблюдения. Мельтешил бы, командовал… А так спокойненько отследили все, что было нужно.
Жгучий стыд залил краской лицо и уши Игоря. Командир, бля, разведчик…
– Да ладно тебе, братишка, – зашептал сбоку Малыш. – Отдохнул немного. И хорошо. Главное, что служба шла. А случится, и ты дашь отдохнуть «дедушкам». Так?
– А я про что? – подтвердил Виталик.
– Лады. За мной не заржавеет… Что там у этих?
– Весь день ползали, что обожравшиеся мухи по куче говнеца, – лениво и независимо. А полчаса назад пошло движение. Там какой-то орел на лошади приехал, ну и намутил – вытащили вон те ящички, с патронами, не иначе, и стали собираться-вооружаться…
– Поползут куда-то, сволочи.
– Сто пудов. Рыл двести…
– Орлик подтянется часа через три, не раньше.
– А толку? Спецназ спецназом, но тридцать бойцов две сотни остановить не смогут, как ни напрягайся. Пупец надорвешь.
– Так что, посмотрим и отпустим?
– А выбора нет, Бурый. Да и приказ…
– Приказ?
– «Себя не раскрывать, вести наблюдение за объектом…» Взводный уже знает. – Крюк похлопал ладонью по радиостанции. – От твоего имени передал.
– Что-то еще?
– Ждать взвод к 21.00. Наверное, будет передавать дальше. Такая толпа «духов» на большие пакости способна. [22] – Ладно, будем ждать. Бля! А эти суки будут где-то наших пацанов мочить!..
22
Тогда «духи» еще собирались в большие банды. Только к 85 году эти отряды трансформировались в небольшие, человек по 15-20, рейдовые группы – все же наши десантники делали свое дело.
– Сделать-то все равно ничего не сделаешь. Так что сиди, смотри и переживай себе в тряпочку, – проворчал Сашка. – Орлик взвод приведет, он и решит, что дальше, а может, и приказ какой-то получит из бригады к тому времени.
– Ты меня не уговаривай, Малыш, я и сам все понимаю. Да и вариантов у нас с мышкин фуй…
Пассивное наблюдение угнетало.
– Сашка, что у нас на флангах?
– Есть кое-что…
– Ходил далеко?
– Ходил… – хмыкнул Малыш. – Тут «ходить» себе дороже – всю рожу на кустиках оставишь. Тут только на карачках можно, да и то не везде – все больше на родном брюхе…
– И что?
– Справа, метров через 500, эта нычка заканчивается. Просто сходит на нет плавненько. Оттуда можно спокойно прийти к нам в гости… Я там полежал, посмотрел. Следов вроде бы нет, но…
– Понятно.
– Я туда часа полтора продирался. Так что, ежели чего, будет запас времени…
– Хорошо. Что слева?
– Около четырехсот метров. Потом резко заканчивается. Там то ли овраг, то ли обрыв. Дальше соваться не решился – глубина метра три, понизу течет что-то грязно-мутное, до другого «берега» метров восемь. По дну полно валунов – пока спустишься, пока перелезешь, пока поднимешься, а там чуток повыше будет, уйдет минут двадцать точно. Если за овражком смотрят в оптику, то на этих камешках будешь, что мишень на полигоне…
– Ясно…
– Но туда добраться быстрее – минут 40-45. И еще. По дороге есть несколько почти готовых «лежек».
– Несколько – это сколько?
– Две. И еще одна на самом обрыве.
– Эта фуйня течет?..
– В кишлак.
– Ясно. Итого…
– Мы имеем что-то около километра со слабым правым флангом.
– Хо-ро-ш-шо… – протянул Игорь, углубляясь в свои мысли.
– А спасибо «дедушке»?
– Потом. В бригаде. И не от меня – на это есть другие…
– Говнюк ты, Бурый, хоть и сержант.
– Что выросло, то выросло… Мы, сержанты, все такие…
– Игорь, – вдруг вклинился в их разговор Крюк. – Глянь-ка… …С того момента, как конный, гикающий и улюлюкающий отряд афганцев вылетел из кишлака и наметом устремился по только им известной дороге куда-то в горы, прошло больше часа. Жизнь в селении вернулась в обычное, спокойное русло… Старики степенно слонялись по улицам. Носились детишки… Жизнь продолжалась, но это благолепие не сулило ничего хорошего для троих пацанов, решивших, что они тертые вояки…