Чтение онлайн

— Монна Росси, достаточно, — ей на плечо легла рука маэстро Л'Омбре, — дальше я сам.

Его пальцы соскользнули вниз и жёстко впились в локоть, вынуждая отступить. Маэстро отпустил её, только когда она сделала шаг назад и укрылась за его спиной. Только тогда он направился к маэстро Позитано, снимая шляпу, и что-то произнёс негромко, так что слов не смогла разобрать ни толпа, ни Миа. Но выслушав его, глава Гильдии изменился в лице, как-то приосанился, махнул рукой своим людям и велел им расходиться

А Миа успела заметить, что когда маэстро направлялся к главе Гильдии, то он не опирался на палку, которая заменила ему трость, а сжимал её в руке крепко, как оружие. И нисколько при этом не хромал. Но пока они разговаривали, Миа видела, как маэстро снова опустил палку и опёрся на неё, как будто вспомнил в этот момент, что ему положено хромать. Она смотрела на это отстранённо и не могла пока осознать, что всё это значит. Потому что, когда толпа разошлась, на неё, удушливой волной запоздало накатил страх, заставив похолодеть руки и ноги. В голове пронеслись вереницей страшные картинки: как разъярённая толпа бросается и забивает их лопатами, а потом заталкивает в самую большую стекольную печь. И желание сбежать с этого проклятого острова стало почти невыносимым.

Глупая это была затея — явиться сюда вот так! Ох, и глупая! Какая же ты Дамиана бестолковая каракатица!

Маэстро и глава Гильдии некоторое время разговаривали, а затем неторопливо направились мимо угольной кучи в сторону одной из фабрик. Народ постепенно расходился. Кто-то плюнул в сторону Дамианы, пообещав разобраться по-своему с проклятыми цверрами, но она благоразумно отвернулась и не стала отвечать. Оглянувшись, маэстро махнул Дамиане, велев следовать за ним, а своим людям оставаться на месте

Отряхнув руки от золы, Миа пошла за мужчинами, чувствуя, как подгибаются и дрожат колени, словно они набиты ватой, а под подошвами туфель с неприятным звуком хрустят кусочки спёкшейся золы, напоминая о трескающихся в огне костях. Во рту всё ещё было липко и мерзко от охватившего её страха, а ноздри разом ощутили десятки запахов: угля, окалины, дыма, кислоты и… магнолии.

О, Серениссима! Что это такое?! Почему её теперь преследует этот запах?

Они вошли в низкие двери одного из кирпичных зданий и стали спускаться по крутой узкой лестнице. Миа видела, как с трудом маэстро преодолел несколько ступеней в подземелье, и снова подумала, что с его хромотой что-то явно не так. Не может же человек хромать по желанию?

Глава гильдии зажёг фонарь и нёс его, высоко подняв над головой, освещая тёмное и пугающее нутро подвала. Миа добровольно ни за что не бы пошла сюда, но выглядеть трусихой перед маэстро ей почему-то не хотелось. Это ведь была её идея — явиться на остров вот так, и она поёжилась, но храбро подобрала юбки и ухватилась за перила

Внизу было холодно, и только увидев на стенах иней и лёгкую дымку тумана, стелящуюся по полу, она поняла, что, видимо, тут находится знаменитый муранский ледник. Стекольщики умеют делать лёд, смешивая какие-то ингредиенты, а затем держат его вот в таких подземельях. И здесь он не тает даже летом. Стекольщики используют его в своём производстве, а излишки продают в в дома патрициев. Но разглядеть тёмный подвал ей не удалось, всё внимание приковал большой стол, а на нём тело мужчины, накрытое грубым плащом стекольщика. Глава Гильдии зажёг ещё один фонарь, повесил его на крюк и откинул плащ

На столе лежало тело Джино Спероне, того самого носатого из её видения. И горло у него было перерезано от уха до уха.

— Вот, смотрите, синьор. Рыбаки нашли его утром в воде у старого причала. Он запутался ногой в рыбачьей сети, и потому его не унесло течением, — произнёс маэстро Позитано, указывая рукой на тело.

А Миа подумала, что глава Гильдии опасается маэстро Л'Омбре, раз стал таким подобострастным

— Вы позволите? — маэстро Л'Омбре взял второй фонарь и принялся внимательно разглядывать разрезанное горло.

— Мы так решили, что это обычная поножовщина по пьяному делу. Давеча был праздник — день святого Бенедикта, нашего покровителя. От Гильдии выставили несколько бочек вина, сами понимаете, все были пьяны, — произнёс маэстро Позитано. — Конечно, тут чаще в ход пускают лопату, но и ножом наши ребята тоже, знаете ли, орудовать умеют. Мы так-то сами разбираемся, без городских…

Миа прижалась ладонью к холодной каменной стене, потому что от увиденного её внезапно замутило. Не то чтобы она боялась мёртвых… Но всё вокруг стало казаться каким-то пугающим. Этот подвал и темнота, и холод, и это бледное безжизненное тело с огромным носом, лежащее на столе… Стелящийся по ногам туман, в котором они утопали почти по колено. И глава Гильдии, который смотрел на Дамиану так странно… Недобро. Будто это она убийца. Щурился и тёр седую щетину на своём загрубелом лице. И уродливые шрамы от ожогов на его руках пугали до икоты

А ещё запах. Тяжёлый дух подземелья и лампадного масла…

Запахи льда, холода, окалины и… магнолии.

Откуда здесь это навязчивый цветочный аромат? И почему её душит ощущение того, что там дальше, за желтоватым пятном света от фонаря, их постепенно окружает сгущающаяся тьма? Не просто темнота, как в подвале, а какая-то особая давящая тяжёлая тьма, точно такая, какую она почувствовала в прошлом своём видении близ калитки в соттопортико. И эта тьма как-то связана с этим носатым Джино…

И этот запах тоже: лампадное масло и подземелье… Именно это она почувствовала тогда, в соттопортико, когда впервые увидела Джино Спероне со спичкой в руке у калитки.

— Так что он натворил? — спросил глава Гильдии

— Не могу сказать, пока идёт расследование. Могу лишь заверить, что это касается одной крупной кражи, и свидетели видели вашего Джино поблизости. Он мог быть соучастником. Или свидетелем. Но тут оказывается, он так неожиданно мёртв — странно, не находите? — маэстро посмотрел на главу Гильдии своим испытывающим взглядом.

— Да что тут странного? В нашем деле каждый второй мёртв… неожиданно. Когда ты весь день у печи, как в аду… да и тут, чай, не ангелы работают. Всякое может быть, я за Джино не поручусь, — пожал плечами маэстро Позитано. — Но так-то за ним ничего такого не замечали.

— А кем он был? Чем занимался?

— Так обычным стеклодувом, ничего такого. Вазы делал. Не сказать, чтобы слишком способный, да и не дурак. Середнячок. Он сирота, прибился к нам как-то, начинал подмастерьем.

— Можно ли нам будет осмотреть его дом? — спросил маэстро, склоняясь над телом и что-то внимательно разглядывая.

— Дом? Откуда у него дом?! Так, место в общей клети. На дом он покамест не заработал. Но если вы будете отираться по всей клети, то вряд ли мои ребята поймут. Сегодня так точно нет. Пусть волнения поулягутся. Скажем, послезавтра, — ответил глава Гильдии, потерев переносицу. — Не хочу всем объяснять, что цверры вовсе и не цверры, понимаете?

— Хорошо. Давайте послезавтра. Монна Росси, будьте добры, подойдите, — произнёс маэстро Л'Омбре, глядя на Дамиану. — Ну, что вы застыли?

— Странно, что вам помогает девушка, — произнёс глава Гильдии, продолжая внимательно разглядывать Дамиану