Чтение онлайн

– Я готова!

Лола развела руками, шубка распахнулась. Лола была одета в черное прозрачное платьице, скорее, длинную прозрачную блузку в обтяжку. Из нижнего белья – черный, атласный треугольник ниже пупка. На пупке – блестящая бусинка. Сквозь черный шифон просвечивала нежная большая грудь. Острые бордовые соски выпирали так сильно и сладострастно, что, казалось, еще движение, и они разорвут хрупкую ткань.

Николай Александрович не помнил, как он оказался в собственной машине. Он не удивился, почему за рулем – Лола, не спросил, куда и зачем они едут. Он чувствовал только одно, если в ближайшие минуты не будет обладать этой женщиной, он умрет! Он велел остановить машину. Было совсем темно, фонари далеко.

Потом, в неизвестной чужой квартире он владел этой женщиной постоянно. Казалось, наслаждению не будет конца.

Николай Александрович спал. Порошок, подсыпанный в кофе, действовал эффективно. Ему снились фантастические сны. Они были наполнены невероятными, непостижимыми для человеческой психики и физических возможностей эротическими ощущениями и переживаниями. Иногда он просыпался. Лола всегда была рядом. Она быстро разводила растворимый кофе с Валеркиным порошком, Николай Александрович, целовал ей руки, пил кофе и отправлялся дальше в свои эротические путешествия.

Лола, как только переступила порог вонючей халупы, где она сейчас обитала, первым делом сняла с головы этот ужасный грязный парик. По инструкции его надо стирать в теплой чистой воде с шампунем. Но воды почти нет, а та ржавая, холодная муть, что течет из крана – не годится. Фена для просушки парика тоже нет. Шифоновая одноразовая блузка, которую так яростно раздирал в машине Николай Александрович, пойдет на тряпки. Конечно, он здорово ее помучил, видно, давно не было женщины. Дело не только в «кофе». Но в ее работе случалось и не такое. А с этим мужчиной ей было даже приятно.

Лола аккуратно сняла все свои «женские прелести». Нечто, похожее на верхнюю часть купальника, из дешевого китайского силикона она купила на вьетнамском рынке, за МКАДом, в секс-ларьке. «Устройство» работало безотказно, но некачественная резина вызывала сильную аллергию на коже, особенно вокруг сосков. Детская присыпка не помогала. Белые пузырьки лопались, гноились. Кожа сильно чесалась. Накладной бюст следовало после каждого употребления мыть теплой водой. Лола себя помыть не могла. Это ее сильно мучило, от природы она была чистюля и большая умница.

Лола, Лолита Кодряну, родилась в маленьком прикарпатском городке Хмельник. Городок очень скучный, пыльный, несмотря на щедрую южную природу. Лола, как и ее старший брат, Валерий, хорошо училась в школе. Валерка, на семь лет старше Лолы, после армии, уехал в Кишинев и поступил в химико-технологический институт.

Лола до восьмого класса была отличницей. Летом ей исполнилось четырнадцать лет, она неожиданно для себя из нескладного подростка превратилась в очень красивую девушку. Это она поняла, когда ходила играть в бадминтон с отдыхающими в санаторий. В Хмельнике – природные радоновые источники, рядом с ними несколько санаториев. В одном из них, в столовой, работала мать Лолы. Девушка ее побаивалась и не любила. Мать запрещала Лоле играть в бадминтон с отдыхающими мужчинами.

Природа подарила Лоле смуглое, грациозное тело и необычные карие глаза с поволокой. Взгляд старой буйволицы сражал мужчин наповал. Лола даже тренировала этот взгляд перед зеркалом. Мать как-то заметила и заорала:

– Ты что, глазищи зыришь, ведьмой станешь!

А потом исхлестала девку мокрым посудным полотенцем. Но играть в бадминтон Лола не перестала. В октябре мать заметила неладное с дочерью. Отвела ее к санаторному врачу. Лоле в городской больнице сделали первый аборт. После аборта Лола еще больше похорошела. В школе все парни, от восьмого по одиннадцатый класс, не давали прохода.

– Ну что, отличница, пойдем в бадминтон играть!

Лола перестала учиться, съехала на двойки. Учителя ставили плохие оценки с большим удовольствием, они не любили и побаивались независимую красивую девушку. Но двойки не портили ее внешность. Лола будоражила всю небольшую провинциальную школу.

Она перестала ходить в школу и мечтала только о том, что уедет в Москву и станет там артисткой или эстрадной певицей. Объективно у нее к этому были все данные, но Лола работала в санатории уборщицей и ждала, когда ей исполнится восемнадцать лет. Мать слезами и подарочком уговорила директора школы выдать девке аттестат о среднем образовании.

К восемнадцати годам Лола сделала пять абортов. Врач сказал «несчастной» девушке, что у нее больше никогда не будет детей. Лолита ликовала, теперь – полная свобода! Она уехала в Москву.

Поздним вечером под дождем Лола стояла с «девочками» на Ленинградке. Нашатырь посадил ее в машину и повез к клиенту. Когда приехали «на хату», включили свет, клиентом оказался брат, Валерка. Они смеялись, вспоминали детство, свой городок. Валерка давно обосновался в Москве. Сначала дворником, в спальном районе.

– Представляешь, нашел во дворе машину «Жигули». Она стояла вся засыпанная листьями, между гаражами года три. Я ее ночью с фонариком облазил, все как новенькое. Только резина от времени просела. На авто-рынке купил номера, регистрацию в ГАИ.

– Офигеть!

– Я новое дело замутить хочу. Зря, что ли, на химика учился. Мне такая, как ты, позарез нужна.

Немного позже Лола притащила Нашатыря. Она считала его «порядочным человеком». За время «работы» на Ленинградке он ни разу не «сдал» «ментам» ни одной проститутки. Платил всегда вовремя и без обмана.

Сашка Каперкин, коренной москвич, вырос в детском доме. У него была какая-то врожденная болезнь, и родители от него отказались. На вид Сашка, действительно, был глуповат, но соображал быстро. Он был послушный, добрый мальчик. Он очень боялся крови. При виде маленькой царапины, на себе или у друзей, он терял сознание. Ватка с нашатырным спиртом приводил его в чувства. Кто-то носит валидол в кармане, а Сашка Каперкин всегда имел при себе нашатырь.

Лола строго, по инструкции, собирала в большой пластиковый пакет, все, что связывало «клиента» с прошлой жизнью. Очки, часы, обручальное кольцо, телефон с зарядным устройством, все документы, портфель с бумагами, маленький компьютер – все это она отдаст «нотариусу», для дальнейшей обработки. Что-то продадут, главные улики уничтожат. Костюм и ботинки еще пригодятся. Ботинки на всякий случай Лола запихнула под кровать. Босиком не убежит.

Периодически Лола меняла схему. Она делала укол, «клиент» выходил из галлюцинаций, он отдыхал, бодрствовал. Но на этом этапе важно было подавить память и волю. «Клиент» должен на все соглашаться, не вникая в содержание, подписывать все «липовые» документы.

Николай Александрович проснулся. Ощущение блаженства и полного счастья не покидало его. Незнакомая квартира была очень маленькая. От кровати до кухни – два шага. Николай Александрович пил кислое, холодное вино, Лола сидела на коленях и мурлыкала как кошка. Она рассказывала тихим, мягким голосом, как она любит «своего Колюню», как они будут счастливы вместе, когда уедут из этой ужасной Москвы. Они купят большой дом у нее на родине, в Краснодарском крае. У них будет много детишек, большое хозяйство. В Краснодаре все живут богато. Конечно, чего греха таить, у нее были мужчины. Но Колюня теперь – единственный, до конца жизни. Лола не предполагала, насколько она права! Николай Александрович внимательно слушал, со всем соглашался и ничего не понимал. Лола мелькала перед ним в тонком шелковом халате. Странно, но Николай Александрович не мог запомнить, какого цвета халат. То он был черный, то – розовый. Иногда переливался всеми цветами радуги так ярко, что от боли слезились глаза.