Чтение онлайн

— Вы в порядке? — спохватилась я.

Ингрен с улыбкой кивнул. С удивлением я обнаружила, что не было ни тени ранения там, куда вонзилось щупальце Ардвина.

Но как?!

— Я упомянул, что я крепче, чем выгляжу, — пояснил он. — Но нам пора возвращаться. Мы задержались, и силы сейчас действительно на исходе. Их хватит только на переход на сушу.

Я вздохнула и огляделась. Коралловый Чертог жил своей жизнью. Его ничуть не тронула драма, что разыгрывалась здесь совсем недавно. Его обитатели по-прежнему сновали туда-сюда среди водорослей и занимались своими делами.

— Кем буду? Кем буду? Кем буду? — пискляво вопрошала карликовая сущность с пёстрой рогатой раковиной на спине и тонкими ручонками своими подкидывала вверх ракушки и разноцветную гальку.

На что оно гадает? Оно хочет узнать, кем станет после Туманного Водоворота?

Я тоже хочу узнать, кем буду после возвращения. Прежней Маури точно уже нет и не будет.

Ингрен подал мне руку и помог подняться.

— Хочу предупредить, — негромко сказал он. — Не пытайтесь с кем-либо обсудить увиденное. Мы с вами сможем между собой поговорить, потому что были здесь вместе. Прочие ныне живущие узрят Чертог в отпущенный час. Вы просто не сможете заговорить о нём.

О, я понимаю. Это нечто за гранью понимания. Даже я после возвращения постепенно забуду почти всё, что связано с Чертогом. Точнее, я не знаю пока, что забуду, а что запомню навсегда. Невозможно, я думаю, забыть то, что произошло с Ардвином.

Пусть успокоится его душа…

Ингрен привлёк меня к себе и обнял за плечи.

— Сильно не пугайтесь, — шепнул он.

Кожу защекотало — это по ней побежали голубоватые ниточки, те, что опутывали Ингрена с ног до головы. Это было не страшно.

А вот то, как мы взмыли вверх, прямо в потолок Чертога — это было страшно. Я зажмурилась, но ничего не произошло.

Меня просто накрыло беспамятство.

…Доподлинно неизвестно точно, откуда взялось проклятие рода Шехрани. Когда-то, как говорили мне родственники Ардвина, оно поражало представителей рода сначала каждое поколение, потом через поколение, потом ещё реже и ещё. И было время, когда долгие годы проклятие не напоминало о себе никоим образом, и стали считать, будто оно иссякло навсегда… и, точно в насмешку, оно поразило сразу троих.

Говорят, что предок рода когда-то поймал в сети больную безголосую сирену, и вместо того, чтобы проявить милосердие, он посадил её в бочку и стал продавать ценные чешуйки с её хвоста. Ослабшая беззащитная сирена скоро испустила дух, но и мучитель после её смерти недолго наслаждался нажитым за её счёт благополучием — он превратился в страшную чёрную тварь, чей облик прямо соответствовал его душевному уродству. И море в конце концов забрало его взамен безмолвно погибшей дочери и одарило проклятием его потомков.

Это одна из версий. Есть и другие, но я запомнила именно эту, потому что она ближе всего к действительности — перед искажением тела проклятие искажает душу и лишает человека милосердия, сострадания и доброты к другим — того, что является истинным богатством нашей расы. Человек становится опасен для мира уже на этом этапе. Предок Ардвина был таким изначально, и не найти для проклятия более благодатной почвы, и проклятие само себе её готовит.

Сирен боятся и ненавидят, ведь они враждебны и заманивают мужчин в морскую пучину своими прекрасными голосами. Эби-Ши тоже убила сирену из мести и в качестве трофея вырвала из её горла голосовую мембрану. И то, и то — убийство, но издевательства над беззащитным и схватка с равным, а то и превосходящим тебя противником — вещи всё-таки разные. Первое не вызывает ничего, кроме гнева и отвращения.

Наш мир жесток. И была ли я хоть чем-то лучше Эби-Ши или предка рода Шехрани, когда, ослеплённая яростью и жаждой мести, голыми руками терзала Ардвина?

Не знаю. Пока что я не могу найти ответ на этот вопрос. Очень сложно и очень больно.

Мда.

После пробуждения самое время пофилософствовать о таких вещах!

Но где же я?.. А, я в своей комнате во Дворце-на-Утёсе. Но почему вокруг моей постели стоит ширма?

— Лори, вы проснулись? — тихо спросили меня из-за ширмы.

— Ваше высочество! — воскликнула я. — Да. Проснулась.

— Как ваше самочувствие? Я могу что-то для вас сделать?

— О. Я не знаю пока что. Пока не хочется вставать, но вроде ничего нигде не болит.

— Чувствуете свою магию?

А вот это хороший вопрос.

По привычке потянулась к своей силе и выдохнула с облегчением. Она с готовностью откликнулась. Я начала бояться, что утратила её после пребывания во тьме и в Коралловом Чертоге.

— Чувствую.

— Очень хорошо. Магия течений удивительна. На границах миров она перестроилась так, чтобы сохранить вашу жизнь и человечность. Если вы её не чувствовали, то только по этой причине.

В попытках осознать сказанное я ответила не сразу. Моя магия… перестроилась? Без моего участия? И спасла меня?

Звучит безумно.

— Я ни разу не слышала, что она может и такое. Теперь буду знать.

— Ничего удивительного. Думаю, никто из хозяек течений не оказывался в вашем положении, чтобы узнать об этом свойстве.

— Откуда тогда узнали вы?

Ингрен усмехнулся.

— Мне многое рассказали. В отличие от вас, у меня нет природных сил, готовых защитить меня. Слеза Бездны была готова выйти из повиновения, когда я ослаб, и мне пришлось попросить об одолжении почтенную прабабушку. Она не любит никого из потомков, но отказать всё же не смогла и немного поделилась своей силой. Даже была столь любезна, что поговорила со мной по душам.

— Прабабушку?.. — задумчиво протянула я. Кое-что вспомнила. — Вы про её величество? Королеву-прачку, что мучила нас на призрачном корабле во время испытания?

— Да, я о ней. И наконец-то она решила не блуждать по морям в скорби, а остаться в Коралловом Чертоге. Я очень рад, что она готова обрести покой.

А уж я-то как рада. Почти как за Ардвина. Тоже, наверное, будет подбрасывать гадательные ракушки с вопросом «кем я буду?». После тяжёлых скитаний в облике прачки ответ на этот вопрос должен её интересовать особенно сильно

— А как вы себя чувствуете после всего? Слеза… повинуется вам теперь?

— Всё в порядке, благодарю за беспокойство. Жить буду. Но предлагаю вам обсудить кое-что очень важное, а именно вашу цель, с которой вы откликнулись на моё приглашение. Вы ведь её уже достигли, верно?

Я вздохнула. Да. Я не успела подумать над этим. Проклятия во мне уже нет. Я даже не удивлена, что Ингрен всё понял и сделал выводы.

— Да.

— Почему вы не сказали об этом раньше?

Настроение Ингрена изменилось. Даже ширма не мешала это понять. Голос понизился, посуровел, хотя принц сохранял спокойствие, как и всегда. Стало страшно, но никуда не деться. Достаточно лжи.