Чтение онлайн

Ее не повели, ее практически понесли, она отчаянно извивалась и била ногами охранников. Вскоре они скрылись за поворотом, я уже не могла их видеть, но все еще слышала, как вопит девушка.

— А ты чего встала? — За моей спиной вырос уже знакомый охранник с подслушивающим устройством на воротнике.

— Борис сказал — ждать здесь.

— Здесь тебе делать нечего, пошли вниз. — Он потянул меня за руку, но я сразу вырвалась.

— Но Борис сказал…

— Борис тут ничего не решает. — Он проявил настойчивость и снова потянул меня за руку, теперь уже с большей силой. В этот момент у него сработала рация, скрипучий голос сообщил:

— У нее тут целый арсенал под кофточкой: какие-то заточки, дымовухи. Хорошо подготовилась девочка, поднимись-ка сюда.

— Серый, возьми ее. — Меня передали в руки другого охранника. Молодого и довольно хлипкого с виду.

Этот молокосос не придумал ничего лучше, как посадить меня в комнате охранников, где находился пульт и мониторы со всех камер в доме. Я видела, как по коридору бежит Михей, как Захаровна натирает плитку в туалете, как три здоровых мужика склонились над несчастной девушкой в фиолетовой кофточке. Наблюдать с монитора, что они там собираются с ней делать, я не собиралась. Необходимо было действовать, причем действовать аккуратно, чтоб меня никто не заподозрил. Знакомство с Львом Петровичем придется перенести, сейчас надо спасать девчонку. Лучше всего уходить, не вызывая особых подозрений, в момент всеобщей паники, беспорядка и хаоса, и создать такой хаос можно с помощью простой вещи — пожара!

Я оценила обстановку, рядом со мной зевающий охранник, на крыльце еще один, остальные потянулись на расправу с пойманной девушкой, которая скрывала под своей кофточкой какой-то арсенал.

— А в туалет можно сходить? — робко спросила я, обращаясь к своему надзирателю.

— Давай, только быстро, — нехотя согласился он. — Направо вторая дверь.

— Спасибо. — Я вышла из комнаты охранников и поспешила в туалет, где уборщица в этот момент надраивала раковины.

Захаровна даже не повернулась в мою сторону, когда я вошла. Она откручивала крышку пластиковой бутылки, на которой красовалась этикетка «Чистодом». Похоже, средство закончилось, и экономная уборщица активно трясла бутылкой, пытаясь выдавить еще хотя бы каплю чудодейственного геля.

Я подняла голову и увидела ту самую камеру, которая транслировала происходящее в туалете на монитор в комнате охранников. Прикинув, куда мне лучше встать, чтобы максимально сузить обзор с камеры, я зашла за спину уборщицы и спросила:

— Вам плохо?

— С чего ты взяла? — удивилась женщина и вопросительно посмотрела на меня.

— У вас такой болезненный вид. — Хорошо, что наш диалог нельзя было слышать. Я положила руку на шею уборщицы, она вздрогнула от неожиданности и попыталась оттолкнуть меня, но я уже нащупала нужную точку в районе шейного позвонка и резко надавила на нее подушечкой указательного пальца.

Захаровна быстро обмякла. Она еще успела бросить на меня тревожный затуманенный взгляд, потом ее веки опустились, она потеряла сознание.

— Помогите! — заорала я во все горло, аккуратно опуская женщину на кафельный пол. — Помогите! — Выскочив из туалета, я сразу побежала к охраннику. Он по монитору увидел, что произошло с уборщицей, и уже бежал ко мне.

— Что там?

— Ваша уборщица, похоже, надышалась какими-то химикатами, сознание потеряла.

— Жди здесь, — скомандовал парень и неспешно отправился к Захаровне.

Мне нужно было всего тридцать секунд, чтобы провернуть одно важное дельце. Прежде всего, я выдернула шнур из розетки, вырубив все мониторы. Затем открыла свою сумочку, которая все это время болталась у меня на плече, достала зажигалку и упаковку противозачаточных таблеток. Эта упаковка служила контейнером для проноса на вражескую территорию очень эффективного средства для организации пожара. Работало безотказно, еще ни один охранник не решился проверить упаковку с противозачаточными средствами. Это словосочетание действовало на мужчин как-то по-особенному, они считали ниже своего достоинства копаться в чисто женских штучках. Такой подход к делу был мне только на руку, и вот сейчас из упаковки с чисто женскими штучками я достала две большие, с двухрублевую монету, таблеточки. Это была своеобразная спрессованная зажигательная смесь неприятного желтоватого цвета. Основное преимущество этой смеси — замедленное действие, а еще много дыма, едкого дыма. Я успела поджечь обе таблетки, распаляются они долго, сначала шипят и пенятся и только потом начинают выделять неприятный густой дым. Я к тому моменту окажусь уже в другом месте и буду так же искренне напугана неожиданно возникшим пожаром, как остальные. Одну тлеющую таблеточку я положила прямо на стол, на кипу бумаг. Бумага поможет пожару быстрее разгореться. Вторая таблетка полетела на пол и застряла в ворсе ковра.

Проделав все это, я устремилась в туалет, вслед за охранником. Он сидел на полу и тряс уборщицу Захаровну.

— Э, вставай давай, э! — Необычный способ оказания первой медицинской помощи.

— Может, нашатырь? — Я подошла сзади, присела рядом с охранником и пару раз легко ударила уборщицу по щекам. — Или «Скорую» вызвать.

— Какая там «Скорая», сама очухается.

— Нет, все-таки лучше позвать врача.

— Я сейчас. — Парень попытался уйти, но я крепко схватила его за руку и потянула на себя. — Нет, не уходите. — Таблетки еще не успели как следует разгореться, надо было выиграть еще хотя бы минутку. — Лучше помогите мне поднять ее, пол холодный, она застудится.

— Ты чокнутая, что ли. Думаешь, мне есть дело до ее простуды?

— Вы не можете оставить нас! — Я продолжала цепляться за парня, а он, растерянный, пятился назад.

— Да ты точно больная.

В тот момент я услышала мужской крик:

— Пожар!

И почти в унисон ему сработала противопожарная сигнализация. Оглушительный рев сигнализации известил всех обитателей роскошного особняка о пожаре. Мы с охранником выскочили из туалета, едкий дым валил из комнаты охранников, два подоспевших сотрудника службы безопасности уже скинули с себя пиджаки и, размахивая ими во все стороны, пытались затушить пока еще небольшие языки пламени. Воспользовавшись замешательством парней, я, перепрыгивая через ступеньки, поспешила на второй этаж. На ходу достала еще одну таблетку, подожгла и бросила на ковер в угол коридора, чтобы обезумевшие охранники, которые, как мыши, вылезали из всех щелей особняка, случайно ее не затоптали. Я спешила в ту комнату, где издевались над несчастной девушкой в фиолетовом. Навстречу мне уже несся бугай с прослушкой на воротнике. Завидев меня, он грозно рявкнул:

— А ты что здесь делаешь?

— А куда бежать-то, внизу огонь… — Я выглядела такой перепуганной.

— Вниз давай! — Он подтолкнул меня, я упала на пол. — Поднимайся, дура! — Охранник схватил меня за воротник и попытался поднять, я нарочно долго копалась, пытаясь подняться. Облокачивалась и снова падала, увлекая за собой разъяренного охранника. Мимо нас пробежали его коллеги, в руках они держали оружие. Все спешили вниз, к месту событий. — Вставай, — снова рявкнул мой противник и попытался встать на ноги.

На лестнице уже послышался топот, несостоявшиеся актрисы с криками и визгами спускались вниз.

— Сергей, что происходит? — кричал кто-то с третьего этажа.

Обстановку нагнетала орущая противопожарная сигнализация, третья таблетка уже начала действовать, второй этаж стало постепенно заволакивать дымом.

Наконец-то мой мучитель сдался, пытаясь оторвать меня от пола, и поспешил к своим, на подмогу. Я же немедленно вскочила с пола и побежала в комнату, где оставалась несчастная девушка. Дверь комнаты была открыта настежь, на полу сидела она, уже без кофточки и без юбки. Колготки порваны, на животе кровавые царапины. Лицо девушки перепачкано дешевой косметикой, глаза красные от слез, губы дрожат, взгляд, как у перепуганного котенка. Левой рукой она осторожно придерживала свою правую руку, которая была неестественно изогнута, что говорило о переломе.

— Быстро, уходим! — Я помогла ей встать. — Уходим, уходим.

Она была растеряна и ужасно напугана. Шла неспешно, постоянно оглядываясь на меня.

— Вы кто?

— Я твое спасение.

На первом и втором этажах уже творилось что-то невообразимое, девушки в панике сбивали с ног растерянных охранников и спешили выскочить на улицу. Клубы едкого дыма заволокли все вокруг, дышать было тяжело, глаза слезились, видимость пропала, я сама уже с трудом различала фигуры мечущихся в панике людей. Кто-то открыл входную дверь, разбил окно, грохот падающего стекла многих напугал, кого-то даже ранило.