Чтение онлайн

– Я уснул, – Ник взял ее за руку. – Я до смерти перепугался, когда проснулся и увидел, что тебя нет.

– Извини. Я не догадалась оставить записку. Я подумала, что позвоню тебе отсюда, но… не очень-то просто общаться с местными жителями.

– Я узнал, что ты здесь, потому что вождь позвонил мне. Пошли. – Он взял ее за локоть. – Я приплыл на лодке.

– Подожди. Я хочу попрощаться с Сантю и поблагодарить его мать за угощение. К тому же, – Адриенн понизила голос до шепота, – ты не хочешь кое-что узнать, прежде чем мы уедем?

– А что такое? – спросил Ник скучающим тоном.

– По-моему, здесь происходит что-то странное.

– Что именно?

– Я только что видела каких-то мужчин. Ты знаешь о них? Двое из них высокие, со светлой кожей, рыжеватые. А остальные шестеро похожи на полинезийцев. Они видели меня, но не заговорили со мной. И вот еще что, – Адриенн указала на ящики. – Я спросила одного из туземцев, для чего они. Оказалось, что он немного говорит по-английски. Он сказал что-то об устрицах и жемчуге и указал на лагуну. Что, если кто-то уже узнал секрет? Вдруг эти мужчины приехали сюда, чтобы выращивать здесь жемчуг? Ник, на твоем месте я не была бы такой спокойной.

– Пошли, – сказал Ник, явно не обеспокоенный ее рассказами. – Я все объясню по дороге. Нам нужно торопиться. Начинается шторм.

Адриенн поднялась на палубу «Лорелеи». Она не верила своим ушам. То, что только что рассказал ей Ник, было ужасно.

– Значит, все это время, пока я была на острове, ты занимался этим проектом и врал мне. Ты наврал, что туземцы не говорят по-английски. Что в лесу водятся дикие свиньи и ядовитые змеи. Ты специально это сказал, чтобы я не ходила по острову одна. – Ее щеки пылали, несмотря на то, что дул холодный ветер. – Какая я была дура, что поверила тебе!

– Я не хотел рисковать и говорить тебе правду, Адриенн. Я ждал, пока придут бумаги от моего поверенного, подтверждающие права туземцев. Я их получил только вчера.

– Почему же ты ничего не сказал мне?

– Если ты помнишь, я был занят. – Ник кинул на нее пламенный взгляд, который напомнил Адриенн события вчерашней ночи.

Она постаралась отогнать от себя эти воспоминания. Адриенн верила Нику, отдала ему свое сердце и тело, а он не доверял ей настолько, что боялся доверить секрет.

– И ты ничего не заработаешь на этом проекте? Ни цента?

– Ты не можешь в это поверить?

– Да я вообще не могу во все это поверить! – крикнула она и расплакалась. – Ты сказал, что любишь меня. Как же ты мог врать мне, если действительно любишь меня?

– Поверь, мне было очень тяжело. Дорогая, успокойся.

От этого ласкового слова у Адриенн все перевернулось внутри.

– Почему я должна верить, когда ты говоришь, что любишь меня?

– Я думаю, тебе придется довериться мне в этом.

– Но почему я должна это делать?

– Откуда я знаю, черт возьми! – заорал Ник. – Вот что я тебе скажу. Если бы пришлось начать сначала, я бы сделал все точно так же. Никому нельзя доверять. Именно те люди, которым ты больше всего доверяешь, и оказываются самыми большими негодяями. – Лодка качнулась. – Аккуратнее. Идет большая волна.

Адриенн бросилась в каюту, но было поздно. «Лорелея» накренилась, и на них обрушился поток холодной воды.

Адриенн, отплевываясь от соленой воды, смотрела на Ника. Она чувствовала себя ужасно.

– Как я могу понять, когда ты говоришь правду, а когда нет?

Ник что-то ответил, но ветер унес его слова. Дождь лил как из ведра. Ник указал на каюту и крикнул:

– Иди туда.

Адриенн спустилась вниз. Слава Богу, через несколько минут они будут в лагуне.

И что дальше? Она задумчиво смотрела на бушующий океан. Горло ее сжалось, и слезы снова потекли по щекам. Сердце сдавила неимоверная тяжесть. Ей нужно время. Нужно подумать над тем, что сказал ей Ник.

Ник предоставил ей такую возможность. Она целыми днями была одна. Ник постоянно пропадал где-то, скорее всего в деревне.

Пока его не было, Адриенн вспоминала все, что произошло со времени ее приезда. Все, что сделал или сказал Ник. Она поняла, что он наговорил ей кучу лжи. Все больше раздражаясь, она надеялась, что он придет к ней и признается, что это была его самая большая ошибка в жизни.

Но Ник не приходил.

Адриенн поклялась себе, что ни за что не пойдет к нему первая, и решила выкинуть его из головы. Чтобы хоть как-то отвлечь себя, она принялась писать продолжение своего отчета о посещении деревни.

По крайней мере, она попыталась это сделать. Но те семь страниц, которые Адриенн настрочила, представляли собой сумбурное описание, не содержащее никакой полезной информации, за исключением сообщения о том, что деревня должна быть закрыта для туристов. Адриенн не хотела, чтобы кто-нибудь нарушил ход их незамысловатой жизни. Кроме того, там не было ничего такого, чего бы туристы не увидели на Больших островах.

Она позвонила Фостеру и сообщила, что завершила работу. Услышав знакомый голос, Адриенн почувствовала, как слезы выступили у нее на глазах. Она не хотела ему ничего рассказывать, но ей не удалось обмануть его. Фостер сразу понял, что у нее что-то стряслось. Тогда, всхлипывая и заливаясь слезами, Адриенн поведала ему о том, что влюбилась в Ника Хелтона, а он обманул ее.

Фостер умолял ее не принимать поспешных решений, чтобы потом не жалеть всю жизнь, как это делает он. Он попытался утешить Адриенн, но она продолжала плакать и не могла остановиться. Вконец расстроенный ее состоянием, Фостер предложил вылететь за ней, чтобы потом вместе вернуться в Феникс. Но Адриенн воспротивилась. Взяв в конце концов себя в руки, она твердым голосом пообещала, что доберется одна.

Меньше чем через неделю она уедет с острова и продолжит работу в качестве агента на новом месте. А Ник будет сидеть на Айл де Флер и заниматься выращиванием жемчуга.

Господи, как она его любит! Что же ей делать?

За три дня до отъезда Адриенн охватила паника.

Она не спала всю ночь, думая обо всем происшедшем. К утру ярость и возмущение постепенно сменились спокойствием. Адриенн решила последовать совету Фостера и попыталась поставить себя на место Ника. У него действительно могли быть причины скрывать от нее правду о жемчуге. В конце концов, он защищал не себя, а туземцев. Может быть, он и ошибся, не доверившись ей, но его можно понять.