Жена главного советника. Клинок Мугунхва
Шрифт:
Что-то не складывалось. Да, мы всегда выступали против подавляющего большинства, но это обученные воины. Рано или поздно, нам бы точно пришлось бежать, а я была абсолютно спокойна, поскольку видела, что Джи Мин противостоял лишь двоим. На кураже даже не подумала о том, что куда-то делись остальные.
Эти мужланы разбросали всё, что можно, выбивая долги из простых граждан. Узкая улочка превратилась в какую-то свалку из вещей и кухонной утвари. Впрочем, сейчас мне это было только на руку.
Небольшой котелок как раз мог послужить прекрасным оружием, если подойти к сопернику сзади и огреть его посудой по голове, что я и сделала, освобождая брата от лишних минут борьбы.
— Я бы и сам справился, — прохрипел он, тяжело дыша.
— Знаю, — поставила котелок на пол и посмотрела на крышу, где ещё совсем недавно сидел наёмник. — Не заметил ничего подозрительного?
— Как-то не до наблюдений было, — Джи Мин на всякий случай проверил, дышит ли его оппонент. — А что?
— Здесь были наёмники, — говорила шёпотом, повторяя его тон. — Даже не скрывали своего знатного происхождения.
— Скорее всего, хорошо маскировались. Для такой грязной работы господ не берут.
Может быть. Вот только эти точно были не из бедных.
— Хорошо вышколены. Я погналась за одним из них, когда он метнул в меня нож.
— Куда попал? — моментально напрягся брат.
— За кого ты меня принимаешь?! — возмутилась совершенно искренне. — В любом случае, я его догнала, но лица разглядеть не сумела. Это был настоящий мастер меча.
— Будь он таковым, ты бы уже была мертва.
— И правда, — здесь нельзя было не согласиться. — Но у него была возможность избавиться от меня. Не стал. Только руку оцарапал, демоново отродье.
— Покажи, — просьба прозвучала, как приказ. — Мён Су, чем ты думала?
— Самой бы знать… Ай! — поморщилась, как только Джи Мин случайно задел рану. — Аккуратнее.
Он уже готовился высказать мне всё, что думает, но мы услышали характерный звук — удар колокола.
— Бежим! — пришлось схватить родственника за руку, чтобы он, наконец, замолчал и начал передвигать ногами.
Нужно было возвращаться домой, причём как можно скорее, если мы не хотели быть замеченными. Совсем скоро все горожане отправятся на молитву, а слуги начнут готовиться к новому дню в полной мере.
Только бы успеть…
ГЛАВА 3: Строевая подготовка
«Нелюбимый ребёнок всегда много ест»
Мён Су
Не помню, как и когда мы с Джи Мином разбежались. Очнулась лишь только в моменте, когда оказалась дома.
Ну и ну…
Вон Ён принялась хлопотать надо мной и едва не завизжала, когда увидела мою рану. Я вовремя успела закрыть ей рот. Не хватало ещё, чтобы она весь дом разбудила.
Обычно я сразу засыпала после подобных приключений, но сегодняшняя ночь стала исключением. Долго думала, кем может быть этот странный господин и пыталась вспомнить черты его лица, сопоставляя их с приходившими к отцу в дом мужчинами.
Да, я подглядывала, иначе бы просто умерла от любопытства.
Не было ни одного похожего.
Конечно, высока вероятность, что всё исказилось в темноте…
Когда сон всё же взял своё, я только и делала, что бежала от незнакомца по крышам и переулкам. В горле саднило, а вместо нормального дыхания из груди вырывались жуткие хрипы. Стойкое ощущение скорой смерти не позволяло мне останавливаться, ведь преследователь буквально наступал мне на пятки. Я не видела его, просто знала, что это так.
Трижды просыпалась в холодном поту и пыталась отдышаться.
Не удивительно, что к утру под моими глазами залегли тени.
— Госпожа, вы больны? — Вон Ён обеспокоенно осмотрела меня и с опаской покосилась на перевязанную руку. — Лекарь говорил, что в раны может…
— Попасть болезнь, знаю, — её трескотня отзывалась болью в висках. — Со мной всё нормально.
— Но вы так бледны!
— Не выспалась. Всё хорошо, Вон Ён. Давай не будем об этом. К тому же матушка наверняка уже придумала для меня новое занятие.
— Госпожа Ри никогда ничего не придумывает. Вас действительно ожидает подготовка к браку. Сегодня вас объявят невестой перед всеми членами семьи.
— Счастье-то какое, — проворчала в ответ и опустила руки в медный тазик с прохладной водой.
Капли стекали по кистям, затем по лицу и шее, даруя истинное наслаждение. Боль отступила, забрав с собой и сонливость, что давало надежду на то, что сегодня я точно продержусь.
Иногда хотелось уколоть мачеху каким-нибудь забористым выражением, однако это бы точно расстроило отца. Для него мы были самыми любящими и родными друг другу людьми, так и должно было оставаться.
Практически не позавтракав, я проследовала за служанками. С сегодняшнего дня начиналась моя официальная подготовка, как будущей невесты и жены.
Будто я всю жизнь чем-то другим занималась.
Отец, брат и мачеха уже сидели в общей гостиной, как я про себя окрестила эту комнату, и дожидались меня. Редко, когда мужчины и женщины оказывались вместе на одной половине.
Села, поджав ноги под себя, и поклонилась присутствующим. Руки вытянуты, глаза направлены в пол.
Преимущество недосыпа — я вообще не нервничала, а потому спокойно дождалась момента, когда отец разрешил мне подняться:
— Встань, дочь моя, — лишь после этого я заметила свиток в его руках. — Бён Чхоль из семьи Мун просит твоей руки. Я дал согласие.
Последние слова были сказаны с такой горечью, что мою грудь сдавило спазмом от невозможности прямо сейчас кинуться отцу на шею и убедить его в том, что всё будет хорошо.
Мой добрый, нежный папа. Невозможно представить, как ему тяжело отпускать свою единственную дочь, да ещё и к тому, кого он сам бы удавил.
— Милая моя девочка, — отец подошёл ко мне и с несвойственным ему трепетом погладил меня по голове, — Бён Чхолю нужна была невеста из знатного рода с искрой. Он выбрал тебя.
В глазах и носу защипало от этого простого, но такого тёплого жеста.
— Благодарю вас за оказанную честь, отец, — пришлось поклониться ещё раз, чтобы скрыть подступающие слёзы.
Моё сердце просто не выдерживало вида разбитого родителя. Казалось, он постарел на несколько лет.
Надо будет поговорить с Джи Мином, чтобы он успокоил папу и уверил его в том, что я в безопасности. Мои слова всё равно переубедить не смогут.
Когда извещение членов семьи о моей свадьбе подошло к концу, за меня взялась мачеха. И взялась основательно: