Чтение онлайн

Я не смог сдержать улыбку — если не я сам, то сани должны были непременно ее впечатлить.

— И вовсе я не замерзла!

Сердито возразила она.

И я понял, что она согласится.

— Готовы выиграть главный приз? — спросил я. — Только тогда придется рисковать.

Если будет страшно, можете кричать.

Она отважно кивнула, и мы отправились к месту спуска. Я сел на сани спереди —так управлять ими было гораздо удобнее. Девушка разместилась сзади — без всяких охов-вздохов о том, что это неудобно и неприлично.

А потом мы помчались, и я забыл обо всём. Снег нёсся в лицо, ветер свистел в ушах, а полозья скользили по склону как по маслу. Каждым следующим саням разрешали спускаться только после того, как предыдущие освободят дорогу — если столкнуться на такой скорости, можно было сильно пострадать. Но того, что мы прокатимся так далеко, никто не ожидал, и в месте, где уже начинался подъем на противоположный берег, толпился народ. Конечно, при нашем приближении зеваки бросились врассыпную, то это только еще больше осложнило ситуацию — за считанные секунды принять решение, куда повернуть, было слишком трудно.

Я дернул поводья вправо, и сани, начав заваливаться на бок, врезались в огромный сугроб. Но девушка не закричала даже тогда, хотя, когда я, вскочив сам, стал помогать ей подняться, я услышал, как прерывисто она дышала. Я ожидал упреков с ее стороны, а услышал совсем другое.

— Мы же выиграли, правда?

Я кивнул:

— Полагаю, что так. Но победителя объявят только через час, когда соревнования будут завершены. Предлагаю потратить это время на то, чтобы подкрепиться. На площади есть отличная таверна, где подают превосходных жареных карпов.

Конечно, сказать о пирожных или простом травяном чае было бы приличнее, но я почему-то был уверен, что сытный ужин впечатлит мою спутницу куда больше. И не ошибся.

— Только я заплачу за себя сама! — воинственно заявила я.

Я усмехнулся:

— Ну, разумеется. Только позвольте мне попросить кого-нибудь посторожить мои сани.

Искать сторожа мне не требовалось — мой лакей Матис уже ожидал меня. Я передал ему сани, и обернулся к незнакомке:

— Может быть, вам нужно предупредить кого-то, куда вы идете?

Она покачала головой:

— Нет, в Монтерси я приехала одна.

— Вот как?
– на сей раз я был удивлен. Молодые девушки, даже дочери лавочников, редко путешествовали без сопровождения. — И что же привело вас сюда?

Мне показалось, что в этот миг в ее взгляде промелькнуло что-то странное — то ли замешательство, то ли страх. Но подумать об этом я не успел, потому что она сразу же ответила:

— Я здесь проездом. Мой дядя-священник недавно умер, и я еду в столицу искать работу.

Так она сирота? Без родных и друзей в Монтерси? Из семьи священника? Я с трудом сдержался, чтобы не показать, как обрадовали меня ее слова. Лучшую кандидатуру отыскать было просто невозможно!

И если она ищет работу, то у меня есть что ей предложить!

Конечно, мне следовало отказаться от предложенного ужина. Пойти в таверну вместе с мужчиной, с которым я даже не была знакома, было не просто моветоном, а вопиющим нарушением правил приличия.

Но я была голодна, а его слова о превосходном жареном карпе лишь подогрели мой аппетит. К тому же, я хотела получить наш приз, но дожидаться его вручения на морозе было выше моих сил.

Нет, на денежный приз, который должен был достаться победителю, я ничуть не претендовала — сани были не мои, и взнос, уплаченный за участие, — тоже. Но в добавление к мешочку с монетами за победу полагалась большая жестяная коробка настоящих шоколадных конфет. Мне нечасто доводилось их есть — они были слишком дорогими — но я очень хорошо помнила их сказочный вкус. И теперь мне хотелось побаловать ими не только себя, но и мадам Преваль, и ее труженика-сынишку, и даже мадемуазель Тьери. Это было бы отличное лакомство к праздничному столу.

Поэтому я мысленно остановилась на компромиссном варианте — я вполне могу посидеть за одним столом с этим мужчиной, но при этом не стану называть ему своего имени, ибо каждая приличная девушка знает, что знакомиться с мужчинами на улице недопустимо. Но если мы не познакомимся, то приличия формально будут соблюдены, разве не так?

И потому его вопрос о том, что привело меня в Монтерси, вывел меня из равновесия. Разумеется, я не собиралась говорить ему правду (да ему, наверно, не было до этой правды никакого дела), а потому сказала только то, что ранее услышала от меня и мадам Преваль. И совсем не поняла, почему вдруг мои слова вызвали у него такой интерес.

Впрочем, думать об этом мне было некогда — жареная рыба и впрямь оказалась великолепной, и я набросилась на нее, ничуть не заботясь о том впечатлении, которое мой аппетит мог произвести на сотрапезника. К его чести, он ничуть не докучал мне расспросами и тоже отдал должное принесенным хозяйкой яствам.

После рыбы он предложил попробовать здешние пироги, но я решительно отказалась. Голод я утолила, а сдобу за куда более умеренную плату я могла поесть и у мадам Преваль.

Мы вернулись на берег реки как раз к тому моменту, когда устроитель соревнований стал объявлять победителей и призеров. Нас он объявил так: «Самый элегантный мужчина и самая красивая девушка Монтерси!» Мой спутник получил бархатный мешочек, а я — вожделенную коробку конфет. Ну, что же, это было отличное начало ярмарки!

— Благодарю вас за чудесный вечер, сударь! — на радостях я решилась произнести несколько вежливых и ни к чему не обязывающих слов.

Жестяная коробка была сказочно красива, и я испытывала восторг, держа ее в руках.

— Позвольте мне проводить вас, мадемуазель! — похоже, он придал моей банальной вежливости совсем иной смысл.

Но если он полагал, что коробка конфет дает ему право рассчитывать на какую-то особую благодарность с моей стороны, то совершенно напрасно! А за свою часть ужина я заплатила сама.

— Благодарю вас, сударь, — на сей раз я постаралась произнести это так холодно, как только смогла, — но вы и так потратили на меня слишком много времени. К тому же, мне не хотелось бы, чтобы хозяйка, у которой я остановилась, увидев меня с мужчиной, подумала обо мне дурно.

Я заметила, как дрогнули в молчаливом смешке уголки его тонких губ, и рассердилась еще больше.

— Я вовсе не хотел обидеть вас, мадемуазель! — воскликнул он и отступил от меня на шаг.
– Напротив, я хотел сделать вам необычайно выгодное предложение! Вы же сказали, что ищете работу.