Чтение онлайн

— Конечно, дорогой! Я приду к вам через четверть часа.

Он поцеловал мою руку, и мы разошлись по своим апартаментам. Оказавшись у себя, я велела Камиле подать мне шелковую сорочку и парчовый халат и сообщила, что эту ночь проведу в спальне мужа.

— И это правильно, ваша светлость! — одобрительно кивнула горничная. — На вашем месте я старалась бы так поступать как можно чаще. Говорят, вода камень точит.

Если его светлость привяжется к вам за это время, то уже не сможет с вами расстаться. Мне Жак сказал, что за обедом его светлость так на вас смотрит, так смотрит!

Я фыркнула. Ох, уже и сказочник этот Жак! Но отчего-то эти слова весьма польстили моему самолюбию. И всё-таки я возразила:

— Нам с маркизом совершенно ни к чему привязываться друг к другу. Это —временный брак, и он не может иметь продолжения.

Но Камила в этот вечер была настроена крайне романтично.

— А я слыхала, ваша светлость, что иногда такие браки становятся очень даже настоящими. Матушкина знакомая как-то рассказывала, что ее племянница как раз вот так стала женой сержанта королевской гвардии. Сначала побыла у него в гарнизоне временной женой, а потом, когда он в отставку вышел, он уже не захотел с ней расставаться. Вы, поди, и сами знаете, что временный брак нетрудно сделать настоящим — нужен только пройти через церковный обряд.

Формально сделать это было действительно нетрудно, но на самом деле такие случаи были крайне редки. И уж меньше всего такую практику можно было применить к нам с маркизом.

Камила поняла это и сама и вздохнула:

— Я понимаю, что его светлость не сможет сделать вас своей настоящей супругой, но такие важные господа часто, помимо официальной жены, имеют еще и даму сердца. Так почему бы вам такой дамой не стать? По моему разумению, маркиз Ренуар стоит того, чтобы держаться за него обеими руками в любом статусе.

Я не останавливала ее только потому, что ее разглагольствования отвлекали меня от собственных беспокойных мыслей. Никогда прежде я не оставалась наедине с мужчиной, тем более — ночью. И хотя я не боялась, что его светлость нарушит уговор и покусится на мою честь — это было не в его интересах, — сама ситуация была довольно щекотливой.

И потому, когда я переступила порог его спальни, дрожь пронзила всё мое тело.

— Вы замерзли?
– удивился маркиз.

Я покачала головой, ругая себя за такое проявление страха. Мне совсем не хотелось, чтобы маркиз считал меня истеричкой.

Кровать и в самом деле была огромной, и это несколько подбодрило меня. Если мы расположимся на разных ее сторонах, то, пожалуй, не сумеем друг друга коснуться даже случайно.

— Прошу вас, располагайтесь! — сказал хозяин. — И советую вам хорошенько выспаться — бал потребует много сил. С каждым из гостей потребуется перекинуться хотя бы несколькими ничего не значащими фразами. При этом ты понимаешь, что они приехали сюда отнюдь не из дружеского к тебе расположения, а чтобы было что потом обсудить. Замок Ренуар — источник местных домыслов.

— Но если вы относитесь к балам подобным образом, — я осторожно села на краешек кровати, — то зачем вы вообще устраиваете их? Тратить столько времени и денег только для того, чтобы обеспечить кого-то поводом для сплетен?

Он усмехнулся:

— Верность традициям. К тому же, это еще и способ развлечь самого себя. Может быть, вам тоже понравится наблюдать за гостями — среди них попадаются весьма забавные особы.

Я легла спать, не снимая халата. Остаться в тонкой сорочке рядом с чужим для меня мужчиной было решительно невозможно. Впрочем, и сам маркиз снял только свой камзол. Темноту комнаты разрезал только неяркий свет одного магического кристалла.

Когда я шла сюда, мне казалось, что я не смогу заснуть, но, как ни странно, я провалилась в сон, как только моя голова коснулась подушки.

Но проснулась я раньше, чем наступило утро — от шума за окном. Что-то стукнуло по карнизу, и я вздрогнула и открыла глаза.

Этот звук разбудил и маркиза — его светлость вскочил раньше, чем это сделала я.

Секунда - и в его руках оказалась шпага. Он что, держал ее возле кровати?

Он подошел сначала к одному окну, потом — к другому. Но, кажется, на улице всё было спокойно. По движению его руки в комнате вспыхнули еще несколько магических фонарей, и стало светло.

— Должно быть, это снег упал с крыши, — Ренуар попытался улыбнуться, но я видела — он был встревожен.

И эта шпага, что была под рукой. Чего он боялся в собственном доме, в окружении родных и преданных ему слуг?

И я только сейчас подумала о том, что всё-таки существует пусть и малое, но вероятие того, что маркиз невиновен. И если это так, то его страх вполне объясним.

Но если он не был замешан в гибели своих жен, то почему он вел себя так безучастно? Почему не сделал ничего, чтобы их защитить?

— Простите, я вас разбудил, — он положил шпагу на пол и сделал несколько глотков воды прямо из кувшина, что стоял на столе.

— Ничего страшного, — ответила я. И, может быть, не стоило спрашивать его об этом, но я не смогла промолчать. — А вы никогда не думали, ваша светлость, что смерти ваших жен были отнюдь не случайны?

— Конечно, думал, — после некоторой паузы ответил маркиз. — Было бы странно не подумать об этом после исчезновения одной жены и гибели трех других.

— Вот как? — сна уже не было, и я села в кровати, поплотнее запахнув ворот халата.

— И к какому же выводу вы пришли? Если вы не верите в проклятие Лефевров, то...

Я не решилась продолжить, но он подхватил мою мысль.

— То значит, я должен был подумать, что это — дело рук человеческих. Да, именно так я и подумал, но не нашел никакого подтверждения этому предположению.

Зачем бы кому-то было их убивать?

Он либо намеренно провоцировал меня обвинить его напрямую, либо подобная версия казалась ему столь невероятной, что он и подумать не мог, что кто-то может подозревать его самого.

— Ваши жены были богаты? — я собиралась выяснить это окольным путем, но раз уж мы затеяли этот разговор, то почему бы не спросить его самого?

Он усмехнулся. Он стоял у окна, и мне было не видно его лицо, но я не сомневалась, что в его взгляде в этот момент должны были появиться гнев и обида.

Но он слишком хорошо владел собой, чтобы показать мне это.

— Если вас интересует, какое приданое они мне принесли, то да, оно было весомым. Но поверьте — оно не настолько велико, чтобы ради него один из Лефевров мог решиться на такие страшные преступления. И вы сами однажды изволили упомянуть, что обо мне говорят по всей стране. Поверьте, мне совсем не нужна была подобная слава. Так что если вы всё-таки подозревали меня, то совершенно напрасно. Впрочем, и другого человека на роль преступника я вам предложить не могу.