Чтение онлайн

Сначала барьер стазиса медленно исстаял, как ледяная корочка, если принести замёрзшую воду к огню. Потом дайнеке Алькарро зашептала свои заклятия, и чем дольше она это делала, тем более живой выглядела женщина. Амулет попросила только, чтобы снять стазис, и вернула заполненным наполовину. Возвращался цвет к лицу пострадавшей, затем начали подрагивать светлые ресницы, потом она начала ровнее дышать. Но в отличие от мага, не очнулась, а как будто из стазиса сразу погрузилась в сон. Драконица сказала:

— Я усыпила её. И чтобы не пугать, и для того, чтобы восстановление прошло легче. При её возрасте это необходимая предосторожность. А вам, я полагаю, нужно отдохнуть, плотно пообедать, и пообщаться с супругом, который наверняка уже сгрыз все локти от волнения.

Я поморщилась:

— Сомневаюсь в этом, но скоро узнаем.

Это дайнеке Алькарро никак не комментировала, только сказала:

— Бальтазар ваш телохранитель на сегодня, так что он и проводит в импровизированную столовую.

Тот кивнул, коротко поклонился драконице, и подхватил меня под локоть. Руку я вырвала, но намёк поняла, и поплелась за ним. Лантасса, «передав» меня Чезаре, больше не обращала на нас внимания. Оно и неудивительно, ей нужно было успеть вылечить как можно больше людей, да и амулеты теперь не ходили за нею следом, наверняка она пойдёт в хранилище, пополнять запасы. Хотя, может, они всегда работают в команде с заряжающим? Этого я не знала, но надеялась узнать завтра.

Место, которое дайнеке Алькарро назвала столовой, совершенно не походило на привычные мне комнаты, где обычно собирались для трапезы домочадцы. Столов там было несколько, да ещё и в два ряда. Возле каждого стояли по обе стороны длинные деревянные скамейки, и все сидели со всеми. Причём, увидев нас с Чезаре, какой-то незнакомый мужчина махнул нам рукой:

— О, это вы та талантливая ученица дайнеке Алькарро, которая нашла червоточину в стазисе! Присаживайтесь, я принесу вам поднос с едой.

Я уже почти было начала в самом деле усаживаться, но остановилась. Неожиданно, над моей головой раздался знакомый голос:

— Даэ Коринна замужем, поэтому не может принимать такого рода ухаживания, — я обернулась и увидела сердитого и взъерошенного Рэйнера.

Растерянно спросила:

— Разве это… ухаживание?

Незнакомый лекарь всплеснул руками:

— Рэйнер, вы же длительное время воспитывались в Империи, — укоризненно сказал он. — Это не ухаживание, а банальное желание пообщаться с перспективной коллегой. Уверен, если ваша супруга пожелает, дайнеке Алькарро с удовольствием возьмёт её в ученицы. Но я не буду вам мешать. Если хотите, за обоими поухаживаю и принесу еду, — он ехидно улыбнулся.

Неужели это свойственно всем, кто работает с дайнеке Алькарро? Если так, то я тоже хочу! Сама не заметила, как ответила:

— Я была бы вам благодарна, я пока плохо здесь ориентируюсь.

Мне он открыто улыбнулся, впрочем, так и не представившись. На мгновение, на его лице блеснула серо-стальная чешуя. Я вспомнила, как боялась драконов просто заочно, и мне стало даже стыдно. А Рэйнер пробормотал себе под нос, то ли мне, то ли своему знакомому:

— В Империи это может, и не ухаживание, а в Даланне могут понять превратно. Я тоже рад тебя видеть, Джосейлин.

Но тот уже ушёл куда-то вглубь зала, видимо, за едой. Когда Джойселин отошёл, Рэй вдруг крепко меня обнял, и усадил на скамью. Те, кто сидел за этим же столом, заулыбались какими-то понимающими улыбками, и мне стало немного не по себе. Почувствовала, как щёки заливает румянец. Да чтоб тебя, герцог Геллерхольц! Почему я постоянно из-за тебя краснею… я с тобой собралась разводиться, а ты ведёшь себя так, словно только осознал, что мы женаты…

Но ничего из этого я не сказала. Тем более, что Рэй заговорил первым сам:

— Горжусь тобой. Чезаре передал, что ты заслужила похвалу дайнеке Алькарро в первый же день! И что поймала очередную диверсию от Стефана. Это дорогого стоит, поверь мне.

Я на мгновение замерла. Мне казалось, он будет сердиться, отговаривать меня заниматься целительством, а Рэй… меня похвалил? Но почему? Отец никогда бы не разрешил Белинде работать, тем более с риском для жизни и здоровья. Правда, она просто делала, что хотела, за его спиной, но это уже детали. Не выдержала, спросила:

— И ты не будешь ругаться, что я делала что-то опасное? Не попытаешься запретить мне увлекаться целительством?

Рэйнер странно моргнул, как будто ошарашенный.

— Коринна, я иногда совершенно не могу понять логику, которая тобой движет. То ты думаешь, что в доме должны быть какие-то жёсткие правила, а за их нарушение — наказание, теперь это… я не могу запретить тебе заниматься тем, к чему у тебя явно лежит душа. Да, я предпочёл бы, чтобы ты выбрала более безопасную стезю. Но я же не рабовладелец! Я не могу решать за тебя. Это… просто неправильно, из-за собственных страхов резать кому-то крылья.

Соседи по столу неожиданно начали стучать по нему ладонями. Одновременно, и это походило на какую-то странную форму апплодисментов. Вернулся Джойселин, и поставил перед нами подносы с простой, но сытной пищей. Когда хлопки ладоней о древесину утихли, он сказал:

— А нет, не растерял всё-таки правильного воспитания. Вот и отлично. Такой женой гордиться надо!

Джойселин перебрался за другой стол, чтобы не мешать нам. Я снова не нашлась, что сказать, только коротко поблагодарила, и принялась усиленно жевать мягкое мясо с корнеплодами. Такое обычно не подавала ни Йонна, ни в доме Белинды, так что определить, какие именно овощи я ем, не смогла, но это было безумно вкусно. Или я — безумно голодна? К тому же, пока рот набит, можно ничего не отвечать Рэйнеру.

Потому что пока я решительно не знала, что, собственно, сказать. Его слова казались и правильными, и неправильными одновременно. С одной стороны, мне лично они откликались. Я не хотела бы провести всю жизнь в поместье, рожая магически одарённых наследников. Но это вроде как… неправильно? Так не делают? И решение Рэя почти наверняка не одобрят в обществе…

С другой стороны, общество прекрасно было осведомлено о том, в каком положении я нахожусь. Белинда весьма номинально скрывала, что терпеть меня не может. И ей сочувствовали, а мне шипели в спину, даже когда я ещё была ребёнком. Так стоило ли оглядываться на мнение тех, кто готов полить ядом даже маленькую девочку, если той не повезло родиться от незаконной связи? К тому же, я никогда не стану среди них своей, даже если буду очень стараться.

Когда я пришла к этой мысли, мясо с овощами как раз закончилось, и я облизнула губы, не найдя салфетки. Рэй же молчал всё это время, и тоже медленно ел свой обед. Но как только ложку положила я, сказал:

— Так что тебя удивляет, Кори? Расскажи мне. И, кстати, ты уверена, что хочешь быть целителем, или пока не решила? Спрашиваю не для того, чтобы тебе мешать, просто дарэ Анцгейр согласовывает программу твоего обучения со мной, и, если ты решила выбрать эту стезю, её надо корректировать.