Чтение онлайн

– Вот же я!..
– Розалинда выбежала на аллею и упала прямо в распахнутые объятия матери.

Аделина, вдовствующая баронесса Лавуан, поцеловала дочь в темную макушку, оправила платье на ее хрупкой и стройной фигурке. Коснулась спутанных волос и покачала головой:

– Деточка, благородной леди не престало носиться по саду за бабочками, - голос Аделины был тихим и мягким, как лебединый пух.
– Тебе семнадцать, пора вести себя как подобает благовоспитанной даме.

Розалинда подняла взгляд на мать и взглянула в ее голубые, как незабудки глаза - такие печальные в последние годы. Смерть мужа на поле битвы словно выбила почву из-под ног этой некогда прекрасной дамы. Посеребрила ее волосы инеем, стерла с лица улыбку и прочертила скорбные морщинки на белоснежном лбу.

– Ах, матушка, но мне совсем не хочется взрослеть, - пропела Розалинда.

Вырвалась из рук матери и закружилась на месте. Пышные юбки взметнулись в воздух, обнажив изящные щиколотки в белых чулочках.

– Тебе придется, - вымученно улыбнулась мать.
– Твой единственный шанс на счастливое будущее - это удачное замужество. Грех не воспользоваться шансом и не поискать себе пару среди собравшихся гостей.

– Ах, мама, сегодня такой замечательный день. И мне совсем не хочется возвращаться к тем скучным задавакам, которых ты именуешь потенциальными женихами. Все они глупы как пробки и хвастливы как деревенские петухи.

Розалинда нахмурила изящные бровки и притопнула от досады ножкой. Умоляюще взглянула на мать, но та осталась непреклонной.

– Поверь, те молодые люди, что сидят за нашим столом, не так уж плохи, - твердо заявила баронесса.
– Понимаю, после двух лет, проведенных в пансионе, тебе тяжело смириться с реальностью, но выбора нет. Воротить нос сейчас не в наших интересах.

Розалинда подавила горестный вздох и поделилась с матерью сокровенным:

– Мне бы хотелось продолжить обучение. Те знания, что дал мне пансион, недостаточны для полноценного звания мага.

Прежде чем ответить, Аделина встала за спиной дочери и достала из привязанного к поясу кошелечка расческу. Баронессе не хотелось, чтобы Розалинда заметила, как горестно осунулось ее лицо. Слишком больно было рассказывать любимому чаду о тех трудностях, что постигли их семью после гибели отца.

– Почему ты молчишь, мама?
– удивленно спросила Розалинда и мужественно сцепила зубы: ее волосы так сильно спутались, что никак не хотели расчесываться. Ох уж эти кудри, сколько с ними мучений.

Занятая прической дочери, Аделина незаметно утерла перчаткой слезы и приготовилась к серьезному разговору.

– Боюсь, ты не сможешь продолжить обучение, деточка, - начала она с главного.
– Твой огненный дар слишком слаб, и казна не станет вкладывать в тебя средства. А платить за обучение из своего кармана нам не по силам.

– Неужели наше положение настолько бедственно?
– удивилась Розалинда и тихонько ойкнула, когда мать принялась втыкать в ее голову шпильки.

В пансионе девушки носили обычные косы, и с непривычки девушке было сложно свыкнуться с современной модой, диктовавшей свои правила. Дворцовые модницы сооружали из своих волос настоящие муравейники и затейливо украшали их цветами, жемчугом и драгоценными каменьями.

– У нас возникли трудности со средствами, - на одном выдохе пробормотала Аделина.
– Боюсь, не временные. Твой отец вложил все в борьбу с парламентом, он искренне верил в победу и короля. И обманулся в своих ожиданиях. Все, что у нас осталось, это поместье в Сан-Бине и дом здесь, в Керси. Все это придется продать, чтобы оплатить обучение твоего брата. А мои драгоценности достанутся тебе в приданое. Вот и все, доченька. Кончились балы, путешествия и веселье. Даже на новые наряды для выхода в свет у нас не осталось денег.

Розалинда всего день назад вернулась из пансиона, находившегося далеко за пределами военных действий, и не предполагала, чем обернулось для ее семьи подписание мирного договора. Только однажды она покидала свое убежище - чтобы проводить отца в последний путь. Но ни на похоронах отца, ни в дальнейшем - в письмах, мать никогда не распространялась о финансовых вопросах. Теперь же юной дочери погибшего барона предстояло узнать всю горькую правду.

Розалинда, позабыв о прическе, обернулась и, не мигая, уставилась на мать.

– Меня несказанно удивила бедная обстановка в нашем доме, но мне подумалось, будто вы попросту не успели обзавестись новой мебелью и посудой. Старое платье я надела по той же причине, ведь за один день ни одна модистка не возьмется сшить новое. А идти на бал в форме пансиона - совершенно нелепо... Что же стало с нашими векселями, ценными бумагами? Поверить не могу, что мы лишились всего...

Аделина тяжело вздохнула. Уложила последний локон в прическу дочери и развернула ее за плечи.

– Те вклады, что не были истрачены, обесценились. Король не победил в войне, он пошел на уступки. И вынуждает подданных сделать то же самое. Мы больше не воюем с Севером, но корона не вернет нам ни наших мужей и сыновей, ни потраченных денег.

– Почему ты сообщила мне об этом только сейчас?
– пробормотала Розалинда и побледнела.

– Все искала подходящего случая, - призналась Аделина.
– Не так-то легко сообщать детям, что они стали нищими. Теперь вы с братом надеетесь только на себя. Он - на карьеру военного. А ты, милая, на удачное замужество.

Розалинда опустила голову и начертила мыском туфельки известный ей одной символ на белоснежном песке, что устилал дорожки и аллеи королевского парка.

– Но почему именно замужество?
– пораздумав с секунду, она вновь обратилась к матери.
– Пусть огненный дар во мне не так силен, зато лекарский дар не слабее, чем у других жителей Хартии. И я вполне могу стать лекарем.

Баронесса горько усмехнулась и в который раз подумала, что ее дочь еще слишком наивна и неопытна. Как объяснить ей, что теперь их жизнь изменилась до неузнаваемости? Как помочь вписаться в новые рамки и смириться с жесткими правилами выживания?

– Просто иметь дар мало. Чтобы именоваться лекарем, нужен диплом, - поведала Аделина и смерила дочь полным тоски и боли взглядом.
– А чтобы поступить в академию, снова нужны деньги и связи. У нас же нет ни того, ни другого.

Розалинда схватила узкую ладонь матери и тепло пожала.

– Но матушка, у отца наверняка осталось много друзей. Помнишь того важного господина, что часто приезжал к нам на ужин? Если мне не изменяет память, он как раз занимает должность ректора в королевской академии лекарей. Так почему бы нам не обратиться к нему?