Чтение онлайн

Алексей сидел возле окна и просто так смотрел на улицу. Он увидел жену и, невольно повернув голову, посмотрел на настенные часы. Стрелки показывали полдвенадцатого. «Наверное, опять что-то Дима выкинул», — подумал он. Открыв дверь и впустив жену, вопросительно посмотрел на нее. Та, стоя возле двери и в упор глядя на мужа, спросила:

— Ты в курсе, что Дима все-таки собирается поступать в военное училище, что он не оставил в покое эту затею?

— Настя, ты опять задаешь вопросы, на которые сразу не ответишь.

— Я жду.

— Если честно, то понятия не имел.

— Ты правду говоришь или своим обманом хочешь успокоить меня?

— Настя, честно говоря, ты меня поражаешь. С каких пор ты стала сомневаться в моей искренности?

— Значит у меня есть основания задавать тебе такой вопрос. Так ты говоришь, что не знаешь?

— Я уже ответил, мне больше нечего добавить… Он тебе об этом сам сказал?

— Нет. Я только что разговаривала с военруком и он сказал, что Дима после школы будет поступать в военное училище.

— И ты прибежала домой, чтобы удостовериться, знал ли я об этом?

— Да.

Он увидел, как повлажнели ее глаза.

— Алеша, запомни, я никогда не позволю, чтобы он поступил в военное училище! Если он, вопреки моей воле, сделает так, как хочет, я не знаю, что с собой сотворю.

— Настя, успокойся!

— Не могу!.. — плача, крикнула она.

Он усадил ее на диван. Настю трясло словно в лихорадке.

— Давай поговорим начистоту…

— Нет! — крикнула она. — Знаю, что ты хочешь сказать! Я не разрешу ему поступать в военное училище.

— Давай не будем из этого делать трагедии. Придет Дима, поговорим, а если действительно он мечтает стать офицером, не мешай ему. Пусть идет своей дорогой.

— Ты тоже шел своей дорогой и к какому финишу пришел? Хочешь, чтобы и с ним случилось то же самое?

У Алеши невольно сжались кулаки. Слова жены больно врезались в душу. С трудом сдерживая гнев, он тихо, но достаточно жестко произнес:

— Если бы мне судьба позволила начать жизнь сначала, я бы не сошел с этой дороги! Это дорога чести и совести, и я не сожалею о пройденном пути.

— Зато я сожалею! Говори, что хочешь, но сына в военное училище я не отдам!

— Настя, чего ты боишься? Пусть мальчишка осуществит свою мечту. Зачем ему ломать крылья? А если боишься, что и с ним будет такое, как со мной, то зря. Пока он выучится, к тому времени война в Афганистане закончится.

— Я не хочу тебя слушать! — вскакивая с места, в истерике закричала Настя и вышла.

Алексей грустно посмотрел ей вслед. Он прекрасно понимал ее состояние, но не хотел препятствовать сыну и одобрял его желание идти по его стопам.

После обеда пришел Дима. Увидев бледное лицо матери, обеспокоенно спросил:

— Мама, ты что, заболела?

— Сейчас она выздоровеет, если скажешь, что не будешь поступать в военное училище, — подал голос отец.

— А кто сказал, что я собираюсь поступать в военное училище? — делая удивленные глаза, спросил Дима.

— Леонид Аркадьевич сказал, — в упор глядя на сына, произнесла Настя.

— А он откуда знает?

— Наверное, ты сам ему об этом сказал.

— На эту тему, дорогая моя мамочка, я не мог с ним разговаривать по простой причине: ни в какое военное училище я больше поступать не собираюсь. А если бы действительно хотел, то из этого трагедию не стоит делать. Так что, мои дорогие родители, успокойтесь и поберегите свои нервы, которые восстановлению не подлежат.

— По-твоему выходит, что военрук меня в заблуждение ввел?

— Я так не думаю. Однажды на уроке я сказал, что собираюсь поступать в училище, а он, по всей вероятности, подумал, что в военное. Я действительно собираюсь поступать в училище, но не в военное, а в высшее техническое имени Баумана.

Мать, обескураженная таким ответом, пристально посмотрела на сына, пытаясь понять, правду ли он говорит. А Дима, улыбаясь, подошел к ней, поцеловал в щеку.

— Мама, я говорю правду. Закончу школу и вместе поедем в Москву. А сейчас не мешало бы подкрепиться. Мой нюх мне подсказывает, что папа изобрел новое блюдо.

Обедали они молча. Дима, посмеиваясь, смотрел на хмурые лица родителей.

— Можно подумать, что у нас в доме траур!

Мать недовольно посмотрела на него. Дима поднял руки вверх, миролюбиво сказал:

— Понял, виноват, — но немного погодя обратился к матери: — Мама, мне деньги нужны.

— Я же тебе вчера дала! Ты что, уже потратил?

— Если прошу, выходит так.

— И много надо?

— Двадцать пять.

— А не многовато?

— Думаю, нет. Меня пригласили на день рождения.

Настя хотела сказать, что достаточно и десяти рублей, но вместо этого спросила:

— А у кого день рождения?

Дима улыбнулся.

— Военная тайна.

— Если это так, то больше десяти не получишь.

— Мама…

— Я свое слово сказала.

Отец незаметно толкнул локтем сына. Дима понял, что помощь будет, и кротко произнес:

— Военная тайна выше, чем деньги.

— Ну и прекрасно. Вот тебе десять рублей.

Дима положил их в карман.

— Мне еще нужны.

— Зачем?

— В классе на выпускной собирают.

— И по сколько?

— По сто рублей.

— Никаких сто! Завтра я с вашим классным руководителем поговорю. Это безобразие…

— Мама, если хочешь, чтобы я краснел перед ребятами, можешь поступать так, как считаешь нужным. У меня к тебе, мамочка, один вопросик: когда ты заканчивала школу, вы деньги на подарок учителям собирали?

— Ни рубля.

— Не может быть! А подарки учителям?

— Никаких подарков. Цветы и все.

— Тогда, мама, ты от жизни сильно отстала. Времена другие. Некоторые учителя уже заранее говорят, какой подарок им надо сделать. Между прочим, одна родительница, через свою дочь, у меня уже интересовалась, какой подарок надо сделать тебе. Что ты на это ответишь?

Настя возмущенно посмотрела на сына.

— Передай ей, что она ошиблась номером.

— Понял. Дословно передам ваши слова. Но, к сожалению, мамочка, таких патриотов, как ты, в школе единицы. Учителя не святые, а простые смертные. А что касается подарка учителям, лично я здесь ничего крамольного не вижу. Это память о школьных годах.