Чтение онлайн

Я знала, что переступила черту. Чувствовала, что вот-вот он нанесёт решающий удар.

Но этого не произошло.

Руджери остановился напротив меня, свирепо вглядываясь в моё лицо. За его плечом маячил Марко, не решаясь подходить ближе.

– Миссис Руджери, – сквозь зубы прохрипел Фауст, крепко сжав челюсти. – вы сейчас подниметесь со мной в эту чертову квартиру, а я сделаю вид, что ты не позорила меня на улице.

Это был шанс. Заманчивый, а потому я ни за что бы на него не согласилась.

– Ты убьешь меня там. – прошептала я, сорванным от крика голосом. – Просто оставь меня в покое.

Руджери замер, будто переваривал сказанные мною слова, а после одним рывком перебросил меня через плечо и потащил к стеклянным дверям. Я колотила его по спине, не боясь того, что нас кто-то услышит.

– Моя жена. – бросил Фауст, подскочившему к нам в холле растерянному консьержу.

– Отпусти! – вопила я, пытаясь вырваться.

Престарелый консьерж проводил меня полными печали выцветшими глазами.

Фауст затащил меня в лифт и нажал кнопку семнадцатого этажа. Я уже не кричала и перестала бить его по спине, смирившись с тем, что меня ждёт, когда лифт остановится.

Он точно меня убьет.

Двери разъехались в стороны, и Фауст подошел к неприметной двери среди десятка таких же. Достал ключ-карту, удерживая меня на плече одной рукой.

Когда мы оказались в квартире, Фауст наконец-то поставил меня на ноги. Вымокшая до нитки я смотрела на него затравленным зверем, пока мой муж запирал входную дверь.

Два замка и цепочка.

Колени подкосились, и я принялась расстегивать застежку на туфлях, плюхнувшись на пуфик и совсем не беспокоясь о том, что испорчу обивку. Пальцы дрожали от холода, а намокшие волосы спадали на лицо.

Руджери тяжело выдохнул поблизости, разуваясь. Я отставила туфли в сторону и поднялась, встретившись с Фаустом взглядом. На его левой щеке виднелся красный след от моей ладони.

Я с трудом сглотнула ком, вставший попрёк горла и поправила полы пиджака.

Несмотря на стерильную чистоту полов и коридора, я чувствовала, как грязь приклеится, проникая в кожу. Сырые холодные ступни прилипали к полу, выстланному плиткой.

– Ну, давай, придуши меня. – я задрала нос, пытаясь выглядеть готовой к нападению. На деле же слезы комом застыли поперек охрипшего горла.

Руджери кивком указал мне пройти дальше и его молчание пугало больше, чем крики.

Я послушно прошла в гостиную. Она была завалена коробками из-под лапши и обрезками чертежей. Бумага застилала пол клочьями, вдоль стены расположилось два черных блестящих плоттера. Даже обеденный стол превратился в хаос из бумаги вокруг компьютера.

Чем дальше я проходила, тем более неправильным мне казался хаос в квартире.

В доме, где он меня оставил, царил идеальный порядок. Каждое полотенце было сложено по размеру, предназначению и материалу ткани, не говоря уже об остальных вещах.

Разбросанный мусор навевал вязкое ощущение страха.

Фауст подошел к кухонному гарнитуру, сбросил с него пару упаковок из-под готовой еды в урну и включил электрический чайник.

– Здесь мой кабинет. – бесцветным голосом заговорил Руджери, ища что-то в ящиках. – Мы занимались разработкой новых накопителей, которые позволят военным удешевить производство отслеживающих устройств. Это новое поколение хранения информации. Маленькая деталька, способная перевернуть мир. – Чем дольше Руджери говорил о своих делах, тем он больше походил на поехавшего головой гения.

– Зачем ты мне всё это рассказываешь? – я не знала, куда себя деть. От холода и страха стучали зубы.

Фауст залил кипятком самый обычный пакетированный чай и обернулся ко мне с двумя кружками в руках. След от пощечины всё ещё ярко-красным пятном пылал на его лице.

– Потому что ты ведёшь себя недопустимо. – глухо отозвался Руджери, протянув мне чашку с чаем. Я опасливо взяла её из рук мужа.

– Я не буду извиняться.

Хотела сказать, что и он не был святым, но не стала.

Руджери смерил меня надменным взглядом, а я пожалела о том, что вообще открыла рот.

– Я пытаюсь по-хорошему. – прорычал Фауст, теряя терпение.

– Плохо получается. Или ты хорош только со своей девкой?

Фауст шагнул ко мне, от испуга кружка выскользнула из моих рук, разлетевшись по полу десятком осколков и кипятком.

– Что ты творишь? – на выдохе прошептал Руджери, запустив свободную руку во всклоченные непогодой волосы.

Я смотрела на свои ступни, раскрасневшиеся от горячей воды.

– У нас был уговор. – я чувствовала, как слёзы застилали глаза. Секунда и я смотрела на разбросанную по полу бумагу вперемешку с осколками будто бы через аквариум. – Я не ставлю под угрозу твою репутацию, а ты – мою. Или Аурелия не в счёт?

– Ты уже уничтожила всё, что могла. Мужчины врут женщинам, чтобы получить то, что они хотят, Рафаэлла. Так было и будет всегда. – его слова прозвучали как приговор.

В кармане пиджака зазвонил мобильный. Я направилась обратно в поисках туалета. Фауст угрожающе бросил мне в след:

– Мы не договорили!

Я судорожно дергала за ручки дверей в коридоре. Сначала наткнулась на спальню. Постельное бельё было разворочено, как осиное гнездо. К горлу подкатила тошнота, и я продолжила поиски.

Адреналин подталкивал меня в спину, когда казалось, что всё это бессмысленно.

Позади послышались неторопливые шаги Руджери, когда я наконец-то захлопнула дверь ванной комнаты и заперла её на замок.

Фауст постучал. Не громко, но этого хватило, чтобы я едва не выронила телефон на кафель.

– Да? – прохрипела я. Включая трясущимися руками воду.

– Ты нашла то, что я просил? – послышался обеспокоенный голос Таддео Монтолоне из динамика. Фауст вновь постучал в дверь.

– Да. – я шмыгнула носом, стараясь говорить как можно тише, будто это могло скрыть от него мою ложь.

– Завтра в Беллум. Шесть вечера. Отвяжись от охранника. – четко инструктировал меня Таддео, не зная, что я сползла вниз по стене, кусая пальцы. Чтобы не разрыдаться в голос.