Чтение онлайн

Роберт быстро наполнил её тарелку самыми вкусными кусочками и придвинул к ней. Она только мазнула взглядом по аппетитной горке. Едва заметно поморщилась и, схватив вино, сделала большой глоток.

Роберт молча следил за ней. Сэс съела небольшой кусочек корки хлеба и опять запила его вином. Ни еда, ни молоко с мёдом, которое она до сих пор употребляла по его приказу, не удостоились внимания.

– Если вы не против, я пойду, – вяло произнесла жена.

Лэрд не стал возражать. Хорошее настроение стремительно ухудшалось. На попытавшуюся заговорить с ним Анабель он взглянул так, что от его леденящего душу взгляда женщина отшатнулась.

– Ангус, здесь что-нибудь произошло, пока меня не было? – спросил Роберт тестя, нахмурившись.

– Насколько я знаю, нет, – ответил тот.

– Тогда я ничего не понимаю. Но узнаю, – решительно сказал лэрд и поспешил за женой.

Рванувшую с места Анабель удержала твёрдая рука Ангуса.

– Не стоит, – твёрдо произнёс он.

Белокурая головка женщины опустилась, а лицо запылало жаром. Больше она к еде не прикоснулась. Но и не покинула своего места, пока не стали подниматься из-за стола остальные. За этим чутко следил Ангус.

Роберт распахнул дверь своей спальни и поражённо застыл. Она была пуста. Сэс не было, хотя её сундук стоял у стены рядом с его вещами.

Гнев затопил мужчину. Как эта девчонка осмелилась проигнорировать его приказ? Он взлетел по лестницам в мгновение ока.

– Ты осмелилась… – начал он рычать, когда вдруг осекся.

Марта суетилась вокруг Сэс, которая неподвижно лежала на кровати.

– Что произошло? – спросил он.

– Жар у неё. Очень сильный. Горит моя деточка, – запричитала женщина, не переставая протирать ладони и лицо Сэс раствором уксуса.

– Позови Митри. Я отнесу её к себе, – приказал Роб.

– А… – вопрос застрял в горле, когда её опалил гневный взгляд мужчины. Няня пискнула и выкатилась из комнаты.

Роберт взял жену на руки. Она действительно горела. Осторожно прижав драгоценную ношу к груди, мужчина поспешил вниз.

Глава 46. Важный гость

Елена

Восхождение по лестнице, по-другому это действо в моём исполнении не назовёшь, далось мне с огромным трудом. Голова горела, лицо пылало, как будто я засунула голову целиком в духовку. Руки были ледяными и спина мёрзла.

Няня сразу поняла, что со мной что-то не так. Хорошо, что она сегодня не спустилась вниз. Потому что, если бы не её помощь, упала бы я прямо у порога.

А Марта сильная, хоть и пухлик. Она живо, чуть ли не на себе доставила меня к кровати, на которую я и рухнула.

Потолок закружился каруселью. Ни закрытые глаза, ни крепко прижатые к груди руки не помогали. Тошнота усиливалась. При первом же рвотном позыве мне была оказана помощь. Какая она всё-таки молодец. Она действительно настоящая няня.

Мне казалось, что времени прошло долго, но на самом деле несколько минут. Я знала, что лэрд отправится за мной. Он бы медлить не стал. И как бы я себя не накручивала, что я мучаюсь часами, это было не так. Раздался зычный голос Роберта. Он был недоволен. Мне стало смешно, но на мгновение. В таком плачевном состоянии только и пререкаться.

Моё тело резко взлетело в воздух. Горячие руки прожигали сквозь ткань. Оказывается, и тело у меня было ледяным. Хорошо, что Роб такой горячий. А то противный озноб, начинаясь прямо от костей, стал пробиваться к коже, покрывая её мурашками.

Глаза открыть не удавалось. Резкая боль в голове выбивала слёзы. Странно. Я и в той жизни болела так же сильно. Если температура, то под сорок, если ангина, то с потерей голоса, если боль, то интенсивная. Всё по высшей мере.

С ужасом ждала продолжения. Только спина коснулась кровати, моё тело аж выгнуло от судороги, а затем стало крупно бить ознобом.

Продолжалось это недолго. Вплоть до того момента, как меня опять снова опалило зноем Долины смерти.

Назойливое жужжание то низких, то высоких нот, запахи трав, чего-то алкогольного и бальзама, похожего на звездочку, смешались в мареве, в котором я плавала. Пришлось отдаться тьме, чтобы болезнь не высосала из меня жизнь.

Проснулась внезапно. Было очень тихо. У меня ничего не болело, да и других симптомов болезни тоже не наблюдалось, кроме слабости и небольшого першения в горле. В комнате горели свечи (какое расточительство) и жарко алели догорающие дрова в камине. Комната была не моя.

Хотела возмутиться, но из горла вырвался хрип придушенной вороны.

–– Проснулась? – сказали мне прямо в ухо.

Мандраж вернулся. Только чуть иной. Я дёрнулась, но так слабо, что решила: не стоит это моих усилий. Подумаешь, с мужем в одной постели спим. И вообще, я больна.

Роберт поднялся с кровати и подошел к камину. На каминной полке пристроился кувшин, накрытый полотенцем. Осторожно, будто он несёт хрустальную вазу, лэрд перенёс кувшин на стол. Наполнив бокал жидкостью, находящейся в нём, он подошёл ко мне. Меня резко затошнило от приторно-сладкого запаха молока с мёдом.

– Не кривись. Это надо выпить, – непререкаемым тоном приказал лэрд. – Давай я зажму тебе нос.

Делать было нечего. Легче подчиниться, чем спорить. Всё равно, лэрд в проигрыше не бывает. Молоко я выпила (кто бы сомневался?).

Действительно, мне стало лучше. Горло отпустило, да и в голове прояснилось.

– Жара уже нет, – приложил он ладонь тыльной стороной к моему лбу. – Ты где успела так простыть? Опять летала по замку полураздетая? Сейчас холодно, – попенял мне Роберт.

– Эти всё ваши тяжелые длинные вещи, отсутствие белья, нормальных колготок или лосин с гольфами. Всё неудобное, – пожаловалась я и выдохлась.

– А кто тебе запрещает всё это иметь? – с недоумением спросил мужчина.

– Вы издеваетесь? – воскликнула я и тут же закашлялась. – Чёрт!!! – выругалась я с чувством.

– Не поминай лукавого, женщина, – строго шикнул Роберт.

– Да, ладно? – хотела возмутиться, но всё же вспомнила, с кем разговариваю и где нахожусь и приуныла. – Простите.

– Сэс, – я вздрогнула. – Слушай, девочка. Ты здесь, со мной. И я сделаю всё, чтобы тебе было хорошо. Договорились?

Я кивнула. Натянула одеяло до подбородка и затихла.

Роберт поправил одежду – тунику, жилет из коричневой кожи. Подпоясался широким ремнем. Шерстяные брюки обтягивали литые мышцы бёдер. Накинул на плечи короткий плащ (может, пальто, не разбираюсь в этой одежде), украшенный меховым воротником. Тем же мехом был окантован подол. Надел высокие сапоги из мягкой кожи.