Жена в придачу, или самый главный приз
Шрифт:
О да, я хотела. До нетерпеливого зуда в кончиках пальцев, до дрожи и близости сердечного приступа. Наверное, именно из-за неконтролируемой жадности и желания его заполучить наплевала на свои принципы и больше не стала спорить. Да и, в конце концов, разве Олдер не прав? Если на меня не потратят ни копейки, почему бы и не принять этот подарок, раз уж он все равно здесь? Уж лучше пусть доспех обретет хозяйку в моем лице прямо сейчас, чем будет, Всевышний знает сколько, дожидаться подходящего покупателя.
Но прежде чем капитулировать окончательно, я лично спросила Эйча, во сколько нам обойдется доспех. И лишь когда тот, помявшись, с сожалением признал, что денег не возьмет, решилась. Конечно, Олдер мог договориться с Эйчем заранее, но я видела, что торговец не врет. Такую досаду, какая отражалась в его маленьких глазенках, просто невозможно сыграть!
Из лавки я буквально вылетала, душа пела и плясала оттого, что в моем арсенале теперь имелся такой потрясающий доспех. Я уже строила планы, как и при каких обстоятельствах стану его применять — в первый раз нужно обязательно воспользоваться им так, чтобы это смотрелось наиболее эффектно. А, учитывая, что завтра мне предстоит выступить против водного мага, использовать новообретенный доспех тоже придется уже завтра.
— Решил отдать мне победу? — ухмыльнулась я Олдеру. — Понимаешь ведь, какой у меня теперь козырь?
— Не надейся, моя прелесть, — он с хитрым видом приобнял меня за плечи. — Лучше подумай, как этот «козырь» правильно использовать.
Здесь он снова был прав. К применению доспеха следовало подойти с умом и тщательно изучить его свойства, чем я и собиралась заняться этим же вечером. Однако прежде чем возвращаться в гильдию, Олдер предложил зайти перекусить. В районе, где располагалась лавка Эйча, имелись несколько недорогих таверн, примечательных тем, что посетителям в них не было друг до друга никакого дела.
Так что на сей раз обошлось без узнаваний и восторженных толп. Бремя славы временно оставило наши звездные персоны, и мы смогли спокойно насладиться поздним ужином.
Сидя за небольшим дубовым столиком и неспешно потягивая безалкогольное пиво, я не могла понять, когда начались эти перемены. Когда я успела так сблизиться со своим главным соперником, когда он занял существенную часть моей души, и когда находиться рядом с ним мне вдруг стало так хорошо. Подобную легкость в общении я ощущала разве что только с Эгри, но она была совершенно другой.
Всякий раз Олдер прекрасно чувствовал мое настроение и давал именно то, что мне требовалось. То заставлял смеяться, то выводил из себя, то стимулировал к действиям и заряжал решимостью, то вообще спасал. Он мог породить во мне целый спектр эмоций, но никогда не оставлял равнодушной. Кажется, за такой короткий срок он успел узнать меня лучше, чем я знала себя сама.
— О чем задумалась? — нарушило ход моих мыслей.
— Да так, — я беззаботно пожала плечами и сделала большой глоток. — Представила, как завтра уделаю Ная.
Не говорить же, что думала о нем? Скорее язык себе откушу, чем в этом признаюсь!
А вот поблагодарить Олдера все-таки стоило. Бесплатно или нет, но он сделал мне такой подарок, о котором раньше я могла только мечтать. Какое все-таки счастье, что я никогда не была «настоящей леди», терзающейся из-за всяких пустяков. Наверняка такая «настоящая» сейчас испытывала бы угрызения совести и порывалась вернуть дорогой подарок обратно.
— Вот тебе мое спасибо, — перегнувшись через стол, я похлопала Олдера по плечу и доверительно предупредила: — Говорю сразу, если передумаешь и решишь забрать доспехи обратно — не отдам.
Олдер негромко засмеялся, а я, опустившись на место, уже серьезно добавила:
— Если бы такой подарок мне решил сделать кто-то другой, я бы его не взяла. Даже бесплатно.
Его смех затих, и теперь карие глаза смотрели на меня с такой же серьезностью.
Через несколько мгновений губы Олдера тронула легкая улыбка:
— А я бы не стал делать такой подарок кому-то другому.
— Потому что я — единственная, обладающая оружейной магией девушка, какую ты знаешь? — спросила и почему-то затаила дыхание.
— Потому что ты — просто единственная, — уже без тени улыбки ответил Олдер. — И самая удивительная из всех, кого я когда-либо встречал.
Мне не раз делали комплименты, и удивительной называли тоже не раз. Но никогда подобные слова не звучали настолько по-настоящему, никогда моя ответная реакция не была настолько яркой — возникло чувство, будто в моей душе после долгой ночи внезапно наступил рассвет. А во всей таверне напротив — некто сгустил полумрак, стер окружающий суетливый мир, оставив лишь маленький светлый клочок, на котором находились мы двое. И пламя двух стоящих на нашем столе свечей вдруг дрогнуло, разгорелось, потянулось друг к другу и переплелось, словно подчинившись неведомой магии.
На улице раздались взрывы, сквозь оконное стекло просочились разноцветные отблески — кто-то запустил фейерверк. Но даже он не разрушил этот момент, а вписался в него и подчеркнул, добавив нужных красок.
В гильдию мы возвращались пешком, пользуясь ночной темнотой и идя по малолюдным улочкам. Где-то в центре все еще громыхал салют, окрашивающий небо радужными переливами, прогретый за день воздух постепенно остывал, делаясь прохладным и волшебно свежим. Мы шли молча, и только наши руки иногда случайно соприкасались, а иногда пальцы Олдера едва ощутимо — и, конечно, так же случайно, — сжимали мои.
— Ты это специально, да? — надеясь, что в сумраке не видно моей широкой улыбки, пошутила я. — Решил меня отвлечь и не дать потренироваться, чтобы я завтра проиграла?
— А ты до сих пор сомневаешься? — сыронизировал Олдер. — Для того чтобы ты проиграла, я даже снабдил тебя лучшими доспехами.
Подавшись порыву, я остановилась, потянула его за рукав, вынуждая остановиться следом, и, глядя куда-то в сторону, признала:
— Несмотря ни на что, это был чудесный вечер. Правда, чудесный. Я даже об отце на время забыла.
На каком-то интуитивном уровне я ощутила, как Олдер несколько напрягся:
— С ним все будет хорошо. И на играх тоже больше никто не пострадает — разумеется, если не считать травм, полученных в честном бою.
Портить эти мгновения, возвращаясь к обсуждению проблем, не хотелось совершенно, но я не могла не спросить:
— У тебя есть предположения, кто может стоять за Кристором?
Сковавшее Олдера напряжение стало еще ощутимее, и ответил он не сразу:
— Есть. Но пока они не подтвердятся, говорить об этом не стоит, — мягко приподняв меня за подбородок и посмотрев в глаза, он посоветовал: — Не переживай понапрасну, моя прелесть, лучше сосредоточься на играх.