Чтение онлайн

– Они должны присутствовать, Гриф, – сказал лорд Хит, качая головой.

Гриффин медленно снял плащ.

– Что ж, хорошо.

Гриффин предложил херес, когда все расселись в гостиной на втором этаже. Бокал взяла только тетушка Примроуз. Ее кожа приняла сероватый оттенок, и Гриффин был благодарен Харриет, что она села рядом с Примроуз на голубую шелковую тахту.

Лорд Хит не стал смягчать слова:

– Ваша племянница исчезла из академии сегодня после концерта, на котором присутствовало совсем немного гостей.

Гриффин со вздохом облегчения опустился в кресло.

– И это все? Вы не представляете, сколько раз она сбегала и сколько хлопот доставила всем своим родственникам.

– Полагаю, Шарлотта и другие воспитательницы академии обыскали сад? – спросила леди Паулис, передавая Харриет пустой бокал, чтобы та наполнила его снова. – Это чадо сведет меня в могилу раньше времени.

– Тогда, возможно, это лишь чья-то шутка, – сказал сэр Дэниел, передавая Гриффину сложенное письмо. – Это просунули под двери академии через час после того, как одна из учениц обнаружила пропажу мисс Эдлин. Ваша светлость, не получали ли вы подобного послания?

Леди Паулис вздохнула:

– Учитывая, сколько писем остается без внимания в этом доме, его могли просто не заметить. Что она пишет, на сей раз?

Гриффин медленно покачал головой:

– Оно вовсе не от Эдлин. Это требование выкупа в размере тридцати тысяч фунтов стерлингов за ее возвращение.

– Могу я взглянуть? – спросила Харриет. – Я знаю почерк каждой девочки в академии. – Но, прочитав письмо, она лишь покачала головой. Ей стало страшно. – Почерк мне незнаком.

– Она не упоминала, что познакомилась с кем-нибудь на танцах или еще где-то? – спросил сэр Дэниел.

– Мне она ничего не говорила, – сказал Гриффин с задумчивым выражением лица. – С другой стороны, вынужден признать, я последний человек, с кем она станет делиться такими подробностями своей жизни.

Лорд Хит взглянул на него:

– Последний раз ее видели в платье сизо-серого цвета, с открытыми плечами. Волосы были забраны черным бархатным ободком.

Харриет нахмурилась:

– А на ободке посередине лунный камень.

– Он принадлежал ее матери, – тихо сказала леди Паулис. – Она верила, что он защитит ее от невзгод.

– Ах, Бога ради, – воскликнул Гриффин, – только не говорите мне, что вы верите в эту чепуху! Она купила этот ободок год назад на ярмарке у цыгана, чтобы тот погадал ей на будущее. Этот цыган и сказал ей, что камень принадлежал матери Эдлин.

– Какой ты злой, – прошептала леди Паулис. Гриффин пришел в бешенство:

– А мне кажется, что еще злее поддерживать девочку в ее заблуждении. Ее мать ни разу не пришла к дочери за все это время, мы вообще не знаем, кто она такая.

Мой брат так и не назвал ее имя. Если бы этой женщине было не наплевать на дочь, она бы связалась с Эдлин за прошедшие девять лет.

– Быть может, она не в состоянии найти нас, – сказала леди Паулис, идя на попятную.

Гриффин тоже смягчил тон:

– Замок Гленморган стоит на одном и том же месте уже несколько столетий. Как можно заявлять, что человек, оставивший ребенка на его пороге, забыл к нему дорогу?

– Мать могла заболеть, – сказала леди Паулис. – А возможно и так, что Лайам согрешил с женщиной, которую… впрочем, это не первый раз в роду.

Примроуз готова была вот-вот расплакаться. Сэр Дэниел бросил взгляд на Гриффина:

– Возможно, нам стоит учитывать при расследовании вопрос с матерью Эдлин.

– Что за человек способен похитить молодую девушку? – воскликнула в сердцах леди Паулис, промокнув глаза платком, услужливо предложенным Харриет.

Харриет обняла Примроуз за плечи:

– Мы найдем ее, я обещаю. Прошу вас, не плачьте. Я знаю Лондон как свои пять пальцев, я знаю такие места, о существовании которых большинство горожан и не подозревает вовсе.

– И в которые вы не пойдете, – сказал Гриффин, строго глядя на сэра Дэниела. – Что вы хотите от нас? Что нам надлежит делать? С чего начать? Я чувствую потребность в действии, разговорами здесь не помочь.

– Ваша светлость, расследование уже начато. В настоящее время я бы хотел задать вам вопросы, на которые возможно, вы не сможете дать мне немедленные ответы. Никогда не помешает вернуться туда, куда вы водили Эдлин. Представьте, что вы актеры и играете роль. Не исключено, что это поможет вам вспомнить что-нибудь или кого-нибудь, с кем девушка могла подружиться.

Гриффин встал. Ему было явно недостаточно отвечать, на чертовы вопросы. Он должен принять участие в расследовании. Он дядя Эдлин, он, в конце концов, ее опекун. И пусть они никогда не говорили этого друг другу, они не могли друг друга потерять. Она стала для него угрюмой феей с того самого дня, когда он таскал ее по замку на плечах и позволил ей покачаться на чугунной люстре.

Только теперь Гриффин понял, что Эдлин хранила от него секреты. Заметив, что сэр Дэниел наклонился к Харриет и говорит с ней с некоторой фамильярностью, предполагающей давнишнее знакомство, Гриффин почувствовал укол ревности, но не рискнул расспрашивать.

– Мисс Боскасл сказала мне, что мисс Эдлин могла поделиться с вами своими тайнами, – сказал сэр Дэниел.

– Я постараюсь вспомнить все в мельчайших подробностях, – ответила Харриет, – но мы лишь несколько раз беседовали наедине.

Харриет думала, сможет ли сдержать слово, данное герцогу. Однажды ей стоит нарисовать карту лондонского дна, куда лишь самым выдающимся преступникам удавалось проникнуть, и далеко не каждому из них случилось вернуться оттуда живым.

В Лондоне были сотни тайных мест, где можно было спрятать похищенную девушку. И еще больше скрытых от посторонних глаз уголков, где могла спрятаться юная девушка, не желавшая быть найденной. Впрочем, Харриет была согласна с сэром Дэниелом, что Эдлин забрали против ее воли.

Она нахмурилась, когда поняла, что лорд Хит и Гриффин не только на ногах, но и направляются к двери.

– Мы прогуляемся на лошадях с Дрейком и Девоном, – объяснил герцог, отвечая на ее вопросительный взгляд. – Оставайся с Примроуз. – Он посмотрел на высокого мужчину, который не сдвинулся с места. – Полагаю, вы обе будете в безопасности с сэром Дэниелом.

Харриет хотелось поехать с ним. Боль в его глазах напомнила ей зверя, в сердце которого попала стрела охотника. Если вытащить стрелу, зверь может истечь кровью или броситься на нее, борясь за жизнь. Герцог не остановится, пока не найдет племянницу.