Чтение онлайн

– - И сколько времени мы будем сохранять это лицо?

– - Сколько потребуется!

– - Поспи, -- сказала я ему.
– - Ты хотел поспать и тебе надо выспаться.

Я вернулась в свой номер, достала старую записную книжку, в которой сохранился московский телефон моего бывшего жениха Бориса Рапопорта. К этому телефону я вчера, еще в Москве, приписала его лондонский телефон. Я предусмотрительная. Подруги удивлялись, но я никогда не занимала деньги. У меня всегда был неприкосновенный запас, о котором не знала даже мать. Он уменьшался, иногда тратился полностью, но всегда пополнялся. Перед отъездом из Москвы я узнала лондонский телефон Бориса и его двоюродного брата. Я записала телефон посольского сотрудника, знакомого Риммы, еще у меня был телефон представителя Аэрофлота, он был отцом одного из моих учеников, который закончил школу год назад, я его встретила недавно, когда он только что прилетел из Лондона. Перед отлетом я вспомнила всех своих знакомых, которые были связаны с Англией. Вряд ли Борис мог мне помочь, но в данный момент мне надо было с кем-то поговорить. Конечно, он мог быть не в Лондоне, я не особенно и надеялась его застать. Кто же днем сидит дома?

Я услышала женский голос.

– - Алло!

– - Добрый день, -- сказала я.
– - Попросите, пожалуйста Бориса.

В трубке молчали. Меня, наверное, не понимали. Я начала подбирать свои немногочисленные английские слова и не могла вспомнить, как по-английски "просить", сообразила, что можно сказать "плииз", но женщина уже спросила почти по-русски:

– - Это Москва?

– - Нет. Я из Лондона.

Я услышала, как женщина сказала:

– - Борис, рашн леди.

Я ждала.

– - Слушаю, -- сказал Борис. Голос у него был более низкий, чем я помнила, но я не слышала его уже тринадцать лет.

– - Борис, -- сказала я, -- это Вера Бурцева.

– - Вера!
– - обрадовался Борис.
– - Ты из Москвы?

– - Я из Лондона. Я в гостинице. Сейчас скажу, как она называется.

– - Никакой гостиницы. Я хочу тебя видеть!

– - Я тоже.

– - Одну минуту, -- сказал он совсем по-московски.
– Вечером у меня переговоры по гастролям в Австралию. Значит, у меня есть три свободных часа.

– - Мы можем встретиться завтра, -- сказала я.

– - Завтра с утра у меня репетиция, потом обед с американским продюсером. Как я рад, что ты застала меня! Диктуй адрес гостиницы, я за тобой заеду.

Я достала карточку гостиницы:

– - Улица Хаф Мун, по-моему, гостиница "Стар".

– - Знаю, -- сказал Борис, -- это рядом с площадью Пикадилли, -- он задумался.
– - Мне до твоей гостиницы ехать минут сорок, потом мы с тобою поедем в мой клуб пообедать. Нет, это не рационально. Дорога у меня займет почти два часа. Лучше ты доедешь на метро, это близко, а из клуба я тебя отвезу. Ты лондонское метро знаешь?

– - Я поеду на такси.

– - Русские на такси не ездят, у русских мало денег.

– - Такие русские, как я, сейчас, как и раньше, ездят на такси, и у русских много денег.

– - Не заводись, -- рассмеялся Борис.
– - Ты совсем не изменилась. Записывай. Только английскими буквами. Отдашь этот листок шоферу такси и не забудь у него взять чек.

– - Диктуй.

Борис назвал адрес клуба и начал диктовать его по буквам.

– - Я записала. Ты, наверное, забыл, что я изучала английский в школе и в институте.

– - Проверяй по буквам, -- потребовал Борис.
– - Я тоже учил английский в школе и в Консерватории, здесь я переучивался несколько лет.

Борис продиктовал по буквам. В десяти словах я сделала четыре ошибки.

Шофер такси привез меня по адресу, который я записала. Почти квадратные английские такси сразу выделялись из потока машин. Мода их не коснулась, и в этом, наверное, была разумная консервативность.

Клуб располагался в старинном четырехэтажном особняке, судя по форме окон и простоте архитектурных решений, это была постройка конца шестнадцатого -- начала семнадцатого веков. Перед отлетом в Лондон я взяла у Риммы несколько справочников и альбомов по Лондону. Она всегда говорила:

– - От мужиков ничего не остается. Вещи, которые они дарят, снашиваются. От путешествий остаются хотя бы справочники и альбомы.

На доме не было никаких вывесок. Я нажала на медную кнопку звонка. Дверь открыл средних лет джентльмен в темном костюме.

– - Миссис Бурцева?
– - спросил он, заглянув в лист бумаги на пюпитре.-- Есс, -- ответила я почти по-английски.

Я поднялась с ним на второй этаж, он открыл массивную темную дверь, и я оказалась в небольшом зале. Слева была стойка бара, над которой возвышался джентльмен в точно таком же костюме и галстуке, как и встретивший меня.

Шторы на окнах были полузадернуты, и мне показалось, что уже поздний вечер, тем более, что на тех столиках, за которыми сидели мужчины, горели свечи. Ни одной женщины, отметила я. Если бы я встретила Бориса на улице, то никогда бы не узнала его. Полный рыжеволосый мужчина с короткой стрижкой в льняном пиджаке, больше похожем на плащ, чем на пиджак, шел мне навстречу. Наверное, мне надо было протянуть руку, но я обняла его и поцеловала. Сидящий за ближайшим столиком джентльмен пил кофе и читал газету. Он даже не поднял голову, чтобы посмотреть на нас.

Мы сели за столик.

– - Я заказал то, что ты любила раньше, -- сказал Борис, -но сейчас подумал, может быть, твои вкусы переменились?

– - Вкусы не переменились, -- заверила я.

– - Я заказал беф-строганов. Но я могу переменить заказ. Вот карта. Выбирай.

– - Пусть останется то, что ты заказал.

– - Ты совсем не переменилась. Только прическа.

– - Прическа совсем недавно.

– - Она тебе идет. Ты стала совсем не похожа на русскую. Костюм от Версачи.

– - Ты стал разбираться в моде?

– - Не только в моде. Рассказывай. Я хочу услышать обо всем. Я знаю, что ты замужем, у тебя дочь.

– - У меня дочь, но не замужем. Я разведена. Это для тебя плохо или хорошо?

– - Это для меня хорошо.

– - А ты женат?

– - Да.

– - Она из эмигранток?

– - Нет. Она англичанка. Еврейка.

– - Она не из семейства Идкиндов?
– - спросила я.

– - Почему Идкиндов?
– - удивился Борис.

– - Потому что в Лондоне я знаю одного англичанина -еврея, Идкинда, больше никого не знаю.

– - Нет, она из Блюменфельдов. Это немецкие евреи. Ее дед эмигрировал из Германии в 1933 году, как только Гитлер пришел к власти. Она родилась в Англии.

– - А кто она по профессии?

– - Она, -- Борис задумался, -- она жена. Я с нею познакомился в Израиле. Мои родители живут в Хайфе. Она была студенткой медицинского колледжа. Она фармацевт, как и ее дед и отец, но после того, как вышла за меня замуж, она стала женой. Участвует в разных благотворительных фондах. Ее отец имеет несколько заводов по производству лекарств в Англии, в Израиле, в Бостоне в Америке.