Чтение онлайн

– - Так он в полном и здравом уме. А теперь дай мне слово, что обо всем, что ты сейчас услышишь, ты нигде и никому не скажешь.

– - Что-то я сегодня непрерывно даю честное слово, -- не удержалась я.

– - Не ерничай, -- предупредила Настя.
– - И слушай. Твой отец вел переговоры с одним из наших партнеров. Закончив, он вместе с Полиной сел в "Мерседес". Водителя он отпустил раньше. Отец ездит быстро, на скорости в 120 километров он почувствовал хлопок, и его занесло влево. Он выскочил на встречную полосу и врезался в мачту освещения. ГАИ определило, что у "Мерседеса" на ходу отвалилось колесо. У "Мерседеса" просто так колеса не отваливаются. Сейчас ФСБ разбирается. Этот хлопок мог быть небольшим радиоуправляемым взрывом. А может быть, в то время, пока отец вел переговоры и шофера не было, вывели из строя рулевое управление: Авария произошла через три минуты после его отъезда. Может быть, это было предупреждение, но, может быть, его просто хотели уничтожить.

– - А кому это надо?

– - Не знаем. У нас есть несколько конкурентов. Уже год, как из компании происходит утечка информации, о каждом нашем решении становится известно нашим конкурентам. Кто-то стучит, но кто -- наша служба безопасности определить не может. Они добились своего. И, хотя отец жив, он временно отходит от дел.

– - А что, в компании нет ни одного человека, который смог бы заменить отца на время его болезни?

– - Есть, но нет гарантии, что именно этот человек не работает против компании.

– - Но все, наверное, не могут быть против?

– - Но и не все могут руководить компанией...

– - А я, значит, могу? Но я в этих тендерах, фрахтах -- ни уха, ни рыла. Я эти слова слышала с детства, но я их не понимаю.

– - А тебе и понимать не надо. Компании нужна передышка, Пусть они успокоятся, потеряют бдительность, тебя им бояться нечего. Чего бояться учительницу? И они раскроются.

– - Это, кажется, называется подсадной уткой?

– - Да. Подсадная утка. Иван, объясни ей технологию, я уже не могу: мне надо выпить.

– - Компания учреждена вашим отцом и еще двумя стариками. Все они учредители и акционеры. Сегодня утром он провел собрание акционеров.

– - Как он мог провести собрание в палате?

– - Как -- как? А вот так, -- вклинилась Настя.
– - По телефону. Позвонил, сказал, что это собрание и что обязанности президента будет исполнять его дочь, Бурцева Вера Ивановна. Протокол собрания привезут завтра в компанию.

– - А что, эти акционеры -- полные идиоты? Как они могли проголосовать за меня?
– - спросила я совершенно искренне.

– - А куда им было деваться?
– - Настя ухмыльнулась.
– Контрольный пакет акций у Большого Ивана. Даже если бы они проголосовали против, у отца ведь практически частная компания, он и без них мог назначить тебя исполняющей обязанности президента компании.

– - Поняла. Вам нужен зиц-президент, а все будет решать заместитель отца.

– - Значит, не поняла, -- ответила Настя.
– - Решать будем мы трое.

– - Учительница, секретарша, а вы, простите, кто?
– спросила я у Малого Ивана.

– - Аналитик.

– - А что это такое?

– - Анализ, прогноз...

– - Понятно. Это как прогноз погоды: то ли дождик, то ли снег, то ли будет, то ли нет. Предположим, вы что-то понимаете...

– - Мы понимаем все, -- вставила Настя.

– - Но я не понимаю.

– - Поймешь. Ничего сложного нет. Женщина с высшим, а к тому же математическим образованием, со здравым смыслом и некоторым жизненным опытом может руководить любой организацией. Ты же справляешься с классом, а в нем не меньше, наверное, тридцати человек?

– - Да, до тридцати.

– - В компании работают двадцать семь человек, есть еще филиал, но там решения не принимают.

– - Я уже договорилась о работе на время каникул.

– - Сколько ты будешь получать?

Я сказала им, сколько могу заработать, завысив, конечно, сумму. Настя назвала, сколько я буду получать в компании. Я быстро подсчитала. Мой месячный оклад в компании равняется сумме всех моих окладов в школе за два года.

Я еще не согласилась, но уже знала, что соглашусь. Даже месяц работы в компании решал все накопившиеся проблемы. И еще -- я каждый день буду видеть заместителя. Наверняка он женат. Но, как говорит моя подруга Римма, мужчина -- эстафетная палочка, которую женщины передают друг другу, не всегда добровольно, но это уже технология, а не принцип.

– - Хорошо. Я согласна. Когда выходить на работу?

– - Завтра, -- и Настя облегченно вздохнула.

Утром я встала в семь часов. Приняла душ и открыла шкаф. Кофточек, юбок, платьев у меня накопилось достаточно, я не полнела и не худела уже давно. Но костюмов у меня было всего два. Один парадный, для заседаний педагогического совета и праздников, выпускных вечеров и поездок в руководящие органы. Темно-синий, строгий английский, из тонкой шерсти. И попроще -ярко-красный, шестьдесят процентов шерсти, сорок -- лавсана. Но он был несвежим, я его не успела сдать в химчистку.

Я надела темно-синий костюм, синие лаковые лодочки, в черную лаковую сумочку положила зеркало, помаду и пудру, которыми практически не пользовалась, достала из шкатулки золотые материнские часы "Краб". Отец подарил их матери, когда я родилась. Мы договорились с Настей, что я приеду раньше, и он меня подробно проинструктирует.

Я вышла из дома и, дойдя до остановки троллейбуса, поняла, что оделась не по сезону. Женщины шли в летних платьях, легких брюках и шортах.

В троллейбусе было уже достаточно жарко. Я вывалилась из него распаленной, немного охладилась в метро, но, потом, проехав пять остановок в переполненном автобусе, вышла, чувствуя мокрую от пота кофту. Я достала зеркало, посмотрела на себя и поняла, что в таком виде появляться среди своих якобы подчиненных явно неразумно.

Перед офисом компании был небольшой сквер. Я выбрала самую отдаленную скамейку, рядом с контейнерами для мусора, сняла пиджак и туфли, поставила ноги на холодный асфальт и надела темные очки.

Подъехала черная "Волга". Из нее вышел высокий старик в пестрой рубахе навыпуск, мятых брюках и сандалиях на босу ногу. Если бы Настя не предупредила меня, я бы не узнала в нем Семена Петровича Воронца. Он, как и отец, руководил когда-то главком в министерстве.

Входить в офис вместе с ним мне показалось легче, и я бросилась к нему.

– - Семен Петрович, здравствуйте! Я Вера Ивановна Бурцева.

– - Тоже мне -- Ивановна. Я тебя на горшок сажал. Сними очки, а то сразу кличку "Пиночет" пришпандорят. Пошли!

Два молодых парня с дубинками у пояса и пистолетными кобурами, подчеркнуто щелкнули каблуками ботинок и приложили ладони к вискам.

– - К босой голове руку не прикладывают, -- проворчал Воронец.

– - А вы к кому?
– - спросил меня один из охранников. Я для него только посетительница, потому что старше его на десять лет.