Чтение онлайн

— Я думала об этом, но я не хочу навязываться. Мне и здесь неплохо. Во-первых, я вдова, а в твоей резиденции нет законной хозяйки. Чревато для твоей репутации, если слухи выйдут наружу. Во-вторых, в этом небольшом дворе очень спокойно, я могу сама управиться. Тебе не о чем беспокоиться.

— Но твой живот становится все больше, и справляться со всем в одиночку будет трудно. Если что-то пойдет не так, или ты почувствуешь себя плохо, за тобой некому будет присмотреть. Разве так можно? Кроме того, ты же знаешь, что я женщина, чего бояться?

— Тише ты, зачем так громко?! Я-то может и знаю, а другие? Я понимаю, ты желаешь мне добра, но нужно соблюдать осторожность. Уже поздно, тебе пора возвращаться.

Линь Ваньюэ открыла было рот, но, увидев решительное выражение лица Юй Вань, проглотила свои слова. Она молча оделась, после чего покинула дом Линь Юя.

На следующий день Линь Ваньюэ послала свою служанку Юйлу в резиденцию Линь Юя, чтобы та следила за снабжением еды и помогала Юй Вань.

Через несколько дней рана на спине полностью зажила, и Линь Ваньюэ отправилась в военный лагерь.

Нанесенный ночными вторженцами отпечаток потихоньку исчезал. Это военный лагерь, в конце концов. Здесь все привыкли видеть смерть.

Остались лишь деревянные таблички, висевшие на установленном месте в военном лагере. Когда дул ветер, они издавали отчетливые стучащие звуки.

В назначенный срок кто-то должен был доставить их в города и разместить на досках ожидания. Некоторые из них заберут, а некоторые останутся висеть в безызвестности.

Линь Ваньюэ встала перед входом в шатер Ли Му и громко доложила:

— Линь Фэйсин просит у главнокомандующего аудиенции!

— Заходи!

Ли Му сидел за столом и не отводя глаз наблюдал за входящей в шатер Линь Ваньюэ. Не дожидаясь, пока она заговорит, он начал первым:

— Ммм, неплохо, ты вроде оправился.

— Благодарю главнокомандующего за оказанное сочувствие, этот подчиненный быстро восстановился от ранения.

— Эта рана — пустяк, не более чем порез кожи и плоти. Я дал тебе время оправиться от раны душевной. Я знаю, что смерть Линь Юя — большой удар для тебя, но ты не разочаровал этого маршала. Теперь ты похож на человека, готового снова взять на себя заботы.

При имени Линь Юя сердце Линь Ваньюэ кольнуло болью, но выражение ее лица оставалось безмятежным. Даже Ли Му не заметил колебания.

— Давай, вливайся. Что ты думаешь об этом ночном вторжении гуннов?

— Отвечаю главнокомандующему. Этот смиренный все обдумал и считает, что здесь точно что-то не чисто, и продолжается это уже очень долгое время.

— Оу? Присаживайся и продолжай.

— Слушаюсь!

Линь Ваньюэ села за стол.

— Помните сражение во время осенней жатвы прошлого года? В той битве было убито шестнадцать штурмовых командиров.

— Мгм.

— Этот смиренный подсчитал число погибших и раненых и обнаружил, что раненых было меньше обычного. Тогда этот подчиненный ничего не понимал. По сути, при такой массовой расправе с командирами среди простых солдат тоже должны быть большие потери, но потом этот смиренный понял, что враг умышленно нацелился на командиров.

— Продолжай.

Ли Му кивнул. Его сердце наполнилось удовлетворением. Линь Фэйсин пришел к такому же мнению, как и у него. Редко и достойно похвалы — кругозор этого семнадцатилетнего юноши был широк, а потенциал неисчерпаем...

— А помните, как перед прошлогодней осенней битвой во время нападения гуннов раздался звук боевого рога, возвещающего об отступлении? Именно этот сигнал свидетельствовал об улучшении в войсках гуннов.

Ли Му ответил:

— Правильно. С тех пор, гунны начали вырабатывать стратегию ведения боя, и с ними стало труднее управляться.

— Этот смиренный за последнее время прочел немало книг. С давних времен гунны были разобщенными кочевниками на севере Ли. Каждый год из-за пастбищ происходили широкомасштабные столкновения, вплоть до воин между различными племенами. Гунны нападали на границу, потому что у более слабых племен плодородные пастбища были в дефиците, что приводило к нехватке припасов на зиму. Именно по этой причине формировались союзы, включавшие в себя от трех до пяти племен. Они совместно совершали набеги на границу Ли в надежде добыть припасы.

— Совершенно верно, — кивнул Ли Му, поглаживая бороду. Он был приятно удивлен прогрессу Линь Фэйсина.

— Однако после того сигнала отбивать атаки гуннов стало сложнее. Раньше их войска были слабыми, разрозненными, без четкой стратегии, поскольку гунны полагались лишь на отчаянное сражение. Но все изменилось после того сигнала. Этого смиренный подозревает, что им тайно помогают другие государства, и сюда могут быть замешаны люди из двора, вступившие в сговор с гуннами!

Линь Ваньюэ намеренно сделала паузу, чтобы проследить реакцию по лицу Ли Му, но выражение его лица совсем не изменилось. Сердце Линь Ваньюэ замерло: возможно, она шла в верном направлении…

Глава 79

Глава 79. Осознание безуспешности усердий

Ли Му все с тем же выражением лица глядел на Линь Ваньюэ в ответ.

Нынешняя Линь Ваньюэ уже давно перестала быть невеждой. Солдат, что не осмеливался поднять глаза на главнокомандующего, словно возродился.

В шатре стояла мертвая тишина.

Ли Му и Линь Ваньюэ так и сверлили друг друга взглядами, пытаясь понять, что на уме у другой стороны.

Молчание было вовсе лишено неловкости.

С одной стороны испытывающий неуверенность, но полный решимости понять истинное положение вещей командир штурмовых войск.

В то время как другой — главнокомандующий, возглавляющий армию из сотен тысяч воинов в течение более чем десяти лет, у которого было намерение испытать глубину мыслей сидящего напротив.

Оба оказались в тупике. Ни один из них не отступался.

Через некоторое время Ли Му произнес:

— На умозаключения не всегда можно полагаться. Помогают ли гуннам чужеземцы, этот маршал не знает, но твои слова об изменнике из двора должны быть подкреплены доказательствами.

Линь Ваньюэ слегка улыбнулась, словно ожидала подобный ответ.

— Само собой этот смиренный не осмелился бы нести подобную околесицу перед главнокомандующим. Этот смиренный лишь хочет поинтересоваться, куда делся зимний провиант?

Ли Му тоже улыбнулся.

— Ты у меня спрашиваешь? Помнится, в прошлом году это ты не снискал успеха в поисках провизии и получил наказание.

Улыбка Линь Ваньюэ растаяла. Она понимала, что у Ли Му, должно быть, была причина молчать, и в груди что-то сдавило. Провизия была утеряна при странных обстоятельствах. Как главнокомандующий северной границы, Ли Му потерял лицо. Хоть она тоже была наказана, это действительно не стоило упоминания.