Чтение онлайн

— Они посадили ее в такси?

— Да, начальник.

— Какое было такси?

— Такая маленькая машина черного цвета. Может, это было и не такси.

— Водитель уже ждал?

— Даже был заведен мотор.

— Это были китайцы?

— Не знаю, они были спиной…

— Сукин ты сын…

— Хорошо, я могу выйти из этой вшивой игры.

— Нет, ты останешься, — отрезал Дарелл.

Кефи покраснел от злости, желваки заходили по лицу. В его зеленоватых глазах появился опасный блеск. Он тяжело дышал.

— Спокойно, Сэм, — предостерег Пероззо.

Все собрались в комнате Дарелла. На Пероззо ладно сидел новый деловой костюм, под ним — белая рубаха с длинными рукавами, на шее — широкий галстук каштанового цвета. А Кефи походил на туриста: легкая футболка, легкие брюки, спортивная обувь. Пол стал горячим от солнечных лучей. Воды порта давно бороздили многочисленные суда и суденышки. Море ослепительно сверкало на солнце. С теннисных кортов под окнами доносился громкий женский голос, подсчитывающий очки.

— Есть какие-нибудь мысли, Карло? — спросил Дарелл.

— В полицию бы, но не знаем марки машины.

— Почему не знаем! — воскликнул Кефи. — «Фиат»! Чуть больше обычной модели.

— Почему ты не сказал об этом сразу?

— Сэм не спрашивал.

— Сэм прав, ты — скотина.

— Я не собираюсь выслушивать оскорбления. Я имею право расторгнуть контракт, когда захочу.

— Можешь, но ты не сделаешь этого, — сказал Дарелл.

— У нас есть три версии: Скол и его русские, майор Вон и его китайцы и мадам Хунг с бандой, — не обращая внимания на Кефи, сказал Пероззо.

— Это Хунг. Теперь у нее есть надежное средство, чтобы подчинить или повлиять на меня, — сказал Дарелл. — У нее в руках Дэйдри.

— Тебе пора уходить на пенсию, начальник, — злобно сказал Кефи, — я могу сообщить кое-куда, как ты обращаешься со мной из-за того, что твоя девочка попала в небольшую неприятность.

Дареллу захотелось повалить его и пинать. Но у него созрел план, не совсем приятный, однако другого выхода Сэм не видел.

— Есть вопрос, — сказал Пероззо.

— Какой?

— Ты не велел Дэйдри выходить из отеля?

— Конечно, да и она сама не маленькая девочка.

— Может, она просто пошла в магазин. У женщин такое часто бывает: втемяшилось в голову, и ничем не выбьешь, — миролюбиво сказал Кефи. Он хотел загладить стычку с Дареллом.

— Ты так думаешь?

— Иначе куда ее понесло? — невинно спросил Кефи.

— Ладно. Не будем ссориться. Ты, Карло, с Анной-Марией пойдешь в порт. Постарайся что-нибудь выяснить о яхте, о составе ее команды и так далее.

— Это мне по душе, — сказала девушка. — Может, удастся выяснить что-нибудь о Ли.

Пероззо бросил на Дарелла быстрый взгляд, но ничего не сказал. Молча кивнул и вышел.

— А что мне делать? — спросил Кефи.

— Ты поедешь со мной, — приказал Дарелл. — Попробуем выяснить, откуда взялся этот «Фиат».

— Понял, начальник.

Недалеко от отеля находилось агентство по прокату автомобилей. Через десять минут Дарелл уже сидел в маленьком синем «Фольксвагене». Машина не в лучшем состоянии, но Дарелл не хотел брать огромную американскую машину, чтобы не привлекать лишнего внимания. Бак был полным, Кефи сел за руль.

— Поехали к Санта-Венере.

— Где это?

— Тебе там понравится. Смотри на дорогу, Кефи.

— Больше не задевайте меня, пожалуйста, с Пероззо. Меня это очень злит. Я тогда сделал все, что смог.

— Ладно.

— Я извиняюсь, если сказал что-то не так про Дэйдри.

— Ничего, давай забудем.

Кефи лихо объезжал медлительные автобусы и мотоциклы. Дарелл посмотрел на порт. Белая яхта стояла не прежнем месте. Он оглянулся и увидел сквозь большие Королевские ворота верхушки белых домов и в конце Королевской дороги — купол большого собора Святого Эмило. Небо казалось белым, море было ярко-синим. Скоро они проехали древний форт, построенный в шестнадцатом веке рыцарями Мальты для защиты порта.

— Что мы будем делать в Санта-Венере, начальник?

— Да ничего особенного, Кефи. Там есть старый канал с островком, его называют Римским. Он со всех сторон огорожен прочной каменной стеной. Во времена рыцарей там была столица Мальты. Но когда турки в тысяча пятьсот шестьдесят пятом году завоевали Мальту, его забросили. Во времена Французской революции мальтийские богачи прятались на этом островке.

— У тебя отличная память, начальник, но какое отношение это имеет к нам?

— Никакого. Мы прокатимся мимо дворца Верлада.

— Ты что, разыгрываешь меня?

— Заткнись. Ты мешаешь мне думать. Смотри на дорогу, не сбей кого-нибудь. И необязательно так спешить.

— Я хочу знать, чем мы сейчас занимаемся?

Дарелл не ответил. Он постепенно успокаивался, а Кефи накалялся.

Машина поднималась на высокий западный берег. Иногда дорога проходила по каменным мостам. И вот Кефи въехал через низкие ворота в маленький городок на острове за старой стеной. В архитектуре стен были заметны признаки греческой, византийской и арабской культур. На улицах городка народу было мало: все из-за жары. На Инкуанэз-стрит Кефи повернул к собору Святого Петра. Женщины в черных одеждах и мужчины, пьющие что-то из маленьких чашек, сонно сидели у порогов своих домов. Серый автобус из Валлетты ждал пассажиров на площади Святого Петра. Кефи заглушил машину недалеко от остановки.

— Что дальше, начальник?

— Пройдемся. Оттуда открывается отличный вид на город. Вообще-то я не говорил тебе, чтобы ты сворачивал в ворота.

— Мне плевать, что ты говорил, что не говорил. Я хочу знать, что мы тут делаем?

Кефи подозрительно смотрел на Дарелла и попинал колесо «Фольксвагена».

— Я пытаюсь понять, Кефи, где может быть Дэйдри.

— Хорошо, но почему здесь?

— Она может быть где угодно.

— Зачем ты взял меня? Ты что-то скрываешь?

— Нет, что ты. Если ты не хочешь любоваться видом с северной стены, тогда пошли к Дингли.

— Зачем?

— Там море.

— Что с тобой происходит, начальник?

— Ничего особенного, — очень спокойно ответил Дарелл, сам удивляясь спокойствию. — Убери руку с пистолета и давай его сюда. Ты вроде еще работаешь на меня. Значит, поехали.

— Я в этом больше не уверен, начальник.

— Давай, поехали.

— Пока ты мне не скажешь, начальник…

Дарелл выхватил свой пистолет, Кефи и глазом не успел моргнуть. Маленькая площадь в центре городка была почти пустой. Автобус продолжал стоять. Площадь окружали старые дома. Никакой зелени на площади не было.