Чтение онлайн

Марина продолжала сидеть на кровати все в той же позе. «Не так я представляла себе это событие», – усмехнулась она про себя. А вслух сказала: «Не знаю. Я должна подумать».

– С Новым годом! – голос Гоши в трубке был радостно-возбужденным. – Здоровья тебе и всех благ, самая лучшая на свете сестра! Ты даже не представляешь, какая ты классная, и я желаю тебе наконец-то это осознать.

– А ты когда придешь? – нетерпеливо спросила она. – Обещал еще до курантов, а сейчас уже второй час ночи. Мы ведь ждем, из-за тебя фейерверки запускать не ходили.

– Не ждите! – прокричал брат. – Я зашел дядю Пашу поздравить, а у них тут дочка Катька с подружками празднуют. Так что я с девчонками завис. Еще раз тебя с праздником, сестренка!

– Ну вот! – разочарованно повернулась она к собравшейся за столом компании. – Гоша не придет – он в компании девчонок-студенток остался. Хотя с ними молодому парню, конечно, веселее, чем с нами.

– Да уж понятно, что со студентками любому мужику интереснее, – многозначительно хохотнул захмелевший супруг. – То ли дело новая «ласточка», а не авто с пробегом! Эх, мужики, пусть за всех нас шурин отгуляет! Давайте выпьем за его удачный вечер!

Мужчины за столом одобрительно загудели и начали дружно наполнять бокалы, чтобы поддержать тост. Женщины, наоборот, растерянно замолчали. Понятие «авто с пробегом» подходило к каждой из них. Даже при соответствующем «тюнинге» в сорок лет конкурировать с двадцатилетними, мягко говоря, проблематично.

– Ой, а я про заливное совсем забыла! Сейчас принесу. Первый раз из судака делала – такая вкуснятина получилась! – торопливо защебетала она, пытаясь скрыть досаду и переключить общее внимание с гендерной темы на гастрономическую.

Заливное действительно удалось, но прелесть новогодней ночи для нее после реплики супруга потускнела. И не только для нее: гостьи одна за другой потянули своих мужей по домам, ссылаясь на накатившую от праздничного чревоугодия сонливость. Даже про незапущенные фейерверки никто не вспомнил. Удерживать она никого не стала: ей очень хотелось остаться одной.

Пока она убирала в холодильник остатки салатов, холодца и заливного, муж успел заснуть. Переполненный желудок и солидная доза горячительного вылились в громкий заливистый храп, интенсивность которого, как она знала по опыту, не спадет вплоть до пробуждения благоверного. А ей спать как раз совсем не хотелось. Она взяла с туалетного столика увеличительное макияжное зеркало и уселась с ним на диван в гостиной, включив яркий свет.

Пожалуй, еще никогда она не изучала свое лицо столь пристально. Увиденное не воодушевило: под глазами обозначились отечные припухлости, от внешних уголков глаз разбежались тоненькие лучики морщин, а овал лица отметился первыми признаками возрастного птоза. «Ну да, не иномарка, да еще и с пробегом», – невесело усмехнулась она и пошла в прихожую к большому гардеробному зеркалу. Отражение и здесь напомнило ей о паспортном возрасте наплывшими по бокам «рукоятками любви».

«Неужели для более внимательного взгляда на себя необходим толчок в виде двусмысленной реплики мужа?» – растерянно думала она. Упрекать себя в полном невнимании к своей внешности было бы несправедливо: стрижку, окраску и маникюр она делала регулярно, как и легкий дневной макияж перед выходом на работу. Но ее уход за собой носил скорее гигиенический, а не эстетический характер. С юных лет она слышала от окружающих про свою ладную фигурку и симпатичное лицо, поэтому, возможно, и застряла в одной временной матрице, когда внутреннее ощущение возраста отстает от физиологии лет на десять-пятнадцать.

На экране сверкало и голосило новогоднее шоу, из спальни доносился заливистый храп, а она все сидела в гостиной в глубоком раздумье. У нее не возникло вопроса, почему супруг, к своим сорока пяти распустивший пивной животик и растерявший значительную часть растительности на голове, не растерял при этом юношеского интереса к молоденьким девушкам. С этим как раз все понятно: молодость гораздо больше стимулирует угасающую сексуальность, чем элегантная зрелость. Ей не давала покоя другая мысль: как она, преуспев на профессиональном поприще и в любви к ближним, упустила очень важный момент – должное внимание к себе?

Многие ее подруги и коллеги давно проторили дорожку в салоны красоты и оставляли там серьезные суммы ради качественного апгрейда внешности. Она же, пару раз ознакомившись с прайс-листом на салонные процедуры, принимала единственно правильное с ее точки зрения решение – потратить деньги на дом, подарки близким или отпуск. Смысл слов «мезотерапия», «филлеры» и «ботокс» она, конечно, знала, но исключительно теоретически – ей всегда было жалко на себя денег. Как и времени: даже сидя у маникюрши раз в месяц, она все время нетерпеливо поглядывала на часы. Впрочем, если уж быть честной перед собой, подумала она, дело вовсе не в нехватке денег или времени. Главное, она не видела необходимости в сколько-нибудь значимом внимании к себе. Семья и работа – вот что действительно важно, а погоня за молодостью – это удел женщин с неустроенной личной жизнью.

Так она думала до сегодняшней ночи. А сейчас в ее голове происходил сложный процесс переосмысления. «С чего бы это? – недоумевала она. – Ничего экстраординарного ведь не произошло: я не уличила мужа в измене, он не имел цели меня обидеть. Почему же глупая реплика нетрезвого человека так меня зацепила?»

Размышления привели к выводу: муж, брякнув откровенную бестактность, просто не предполагал, что тем самым перейдет ее личную «красную черту». Она же эти границы никогда не обозначала, и супруг привык к ее заботе и любви как к данности. Как и к тому, что ей ничего для себя не надо – все для него, любимого. А если человек махнул на себя рукой, вправе ли он рассчитывать на любовь и уважение со стороны ближнего?

Сначала от осознания этой истины стало очень больно. Но, поразмыслив, она пришла к выводу, что данная проблема – не из разряда неразрешимых. Здесь как раз все предельно ясно – нужно научиться любить себя. Конечно, не той эгоцентричной любовью, когда свои желания в приоритете по определению, а хотя бы относиться к себе с элементарным уважением. Главное – начать. И не с понедельника, а прямо сейчас.

Она взяла мобильный и проверила баланс своей банковской карты. Солидную сумму, выданную начальником накануне праздника в качестве годового бонуса, она планировала потратить на поездку с мужем в симпатичный загородный пансионат на День влюбленных. Очень радовалась своей затее и держала ее в секрете. Но сейчас разумность подобного сюрприза показалась ей сомнительной. Она прикинула, что этих денег хватит и на абонемент в спортклуб, и на курс антицеллюлитного массажа, и на занятия английским (ну надо же наконец освоить хотя бы базовый уровень!). А еще она обязательно закажет портнихе вечерний комбинезон, увиденный недавно в модном журнале. Одним словом, пусть не оптом, но начнет осуществлять свои желания, так долго задвигаемые на второй план. Это не было стремлением из последних сил противостоять неумолимому времени, чтобы сохранить расположение супруга. Это было решение повернуться лицом к себе и обрести наконец самоуважение, чтобы не вылетать из колеи при каждой мужниной бестактности.

Эти мысли принесли ей удивительную легкость и прилив неведомого прежде интереса к самой себе. Под могучий храп супруга начал подступать долгожданный сон. «Какая волшебная ночь! – умиротворенно подумала она, проваливаясь в сладкую дрему. – И как хорошо и правильно начинается год!».

До отправления скоростного поезда оставалось секунд десять, когда она, на ходу переводя дух, вихрем влетела в вагон. То, что мне предстоят четыре часа бок о бок с этой яркой брюнеткой, стало понятно сразу – больше свободных мест в вагоне не было. Пока она снимала пальто и запихивала на полку большую дорожную сумку, я с любопытством ее разглядывала. Блестящие темные волосы эффектно контрастировали с прозрачными голубыми глазами, обрамленными густыми ресницами, а гладкое короткое каре порождало сходство с Лайзой Минелли в ее лучшие годы. А фигура! Кашемировая водолазка подчеркивала тонкую талию и высокую грудь минимум третьего размера. Я повела глазами вокруг – и отметила, что «Лайза» привлекла не только мое внимание. «Ничего удивительного, – не без доли женской зависти подумала я. – Этакая внешность – настоящий подарок природы. Как говорится, с такой фигурой можно быть и полной дурой».

Эх, как материальна бывает мысль! Противоречивый внутренний мир красавицы-соседки раскрылся во всей красе и стал достоянием всех пассажиров вагона.

Едва опустив в кресло свою накачанную филейную часть, «Лайза» достала смартфон последней модели и принялась усердно клацать по его экрану длинными ногтями с затейливым нейл-артом.

– Вовчик, привет! – голос брюнетки неожиданно оказался пронзительно-высоким. – А чего это ты не звонишь? Что значит по какому поводу? Ты что, записку мою не читал, которую я на кухне оставила? Ну правильно, чего тебе домой спешить! Ой, знаешь, ты про жуткие пробки маме своей свисти, она любую твою лапшу на уши с удовольствием наматывает. Особенно когда ты ей про меня всякие небылицы рассказываешь. Да что ты, правда, не рассказываешь? А с чего бы она ко мне вчера снова прикопалась, почему я на работу не устраиваюсь? Я так понимаю, эта тема является в вашей семейке самой популярной. Вообще-то я ищу работу, и ты об этом прекрасно знаешь, только отчитываться твоей мамочке не намерена. Да, третий год ищу, и что? Мы что, с голоду пухнем? Тебе так не хватает моего вклада в семейный бюджет? Ах, не в деньгах дело! Да как же не в них? Ты вот, к примеру, не находишь, что унижаешь в первую очередь себя, не перечисляя мне деньги на карточку? Как это зачем они мне? А это нормально, когда я у тебя на маникюр деньги выпрашиваю? Одним словом, надоело мне твое жлобство. Поэтому поживи-ка, милый, недельку без меня. Может, соскучишься и поймешь, что тебе со мной вовсе не так уж плохо. А я поехала к маме, в себя хочу прийти и карму после «родственного» общения почистить. Не звони мне – трубку не возьму, мне от тебя отдохнуть надо. И маме моей можешь не названивать, я к телефону все равно не подойду. Все, Вовчик, пока! Надеюсь, к моему возвращению ты по-другому будешь смотреть на наши отношения.