Чтение онлайн

– Каким списком?

– На следующий раз. Как только я захочу к ней прийти, то чтобы этот список продуктов ей принес. Ох, Валентина, всю душу она мне вымотала. Как дорого она мне обходится, и бросить я ее не могу. Люба она мне. Ой, как люба. Я ведь на это преступление ради нее пошел.

– И на что ты рассчитывал?

– На то, чтобы француз в свой Париж звонил и требовал, чтобы кто-нибудь оттуда вылетел и деньги ему привез. Он сначала наотрез отказывался, а вот совсем недавно все-таки согласился и жене позвонил.

– А она?

– Там трубку никто не взял. Ни дома, ни на работе. Он тогда родственнику позвонил и сказал, чтобы он деньги сюда передал.

Дед встал на колени, схватил Вальку за коленки и заголосил:

– Валя, если можешь, прости. Все из-за этой Матрены. Из-за нее, окаянной, я на преступление пошел. Я уже и сам потом пожалел, что этого француза украл на пьяную голову, но деваться уже некуда было. Думал, если ему денег не передадут, то шлепну его, чтобы никто не знал, погружу в повозку и отвезу к реке, а там сброшу. Я боялся, что ты прознаешь или кто из ребят. Валя, не говори ребятам! Я тебя прошу! Ведь я твоей покойной тетке жизнь спас. Я ее из реки вытащил, когда она тонула. Искусственное дыхание ей сделал. Да если бы не я, то она бы еще раньше умерла. Валя, вспомни все хорошее. Не губи меня! Не губи!

– Дед, встань с колен, - властно приказала Валентина и закурила сигарету.
– Томка, мы вовремя. Успели до того, пока Матвей твоего француза в повозку не погрузил и в воду не скинул. Маловероятно, что за него даже цент получить можно. На счету пусто, да и наличку вряд ли бы кто передал. Видно, там, у себя на родине, его не очень-то жалуют.

Но я не слышала, о чем говорит Валентина. Я вообще ничего не слышала. И плохо соображала, но то, что в этой страшной игре удалось уцелеть и мне, и Жану, я знала твердо. И совершенно не хотелось думать о том, что было бы, если бы я случайно не встретила Валентину. Господи, что бы было...

– Дед, где Жан?
– глухо спросила я и, подойдя к нему вплотную, с трудом сдержала себя от того, чтобы не двинуть ему по физиономии.

– В подвале, - испуганно ответил он.

– Показывай!
– скомандовала Валентина и толкнула деда к двери.

Как только мы вошли в сарай, дед сразу нагнулся, потянул за лежащее на полу кольцо и откинул люк.

– Вот где узников держать надо было, - присвистнула Валентина.
– Не у меня, а у тебя. Вот это система. Захочешь, не найдешь.

Увидев лестницу, ведущую вниз, Валентина толкнула деда вперед и пригрозила:

– Пойдешь первый. И смотри мне, без глупостей.

– Валюта, да ты чего? Мы же с тобой столько лет друг друга знаем.

– И не говори! Столько лет друг друга знаем, а все узнать не можем, воришка.

– Валя, да воровать - это одно, а плохого я тебе никогда не сделаю.

– После того как ты француза уволок, я уже ничего не знаю. А то сейчас спустимся вниз, ты крышку люка сверху закроешь и оставишь нас с Томкой здесь помирать. А потом, когда мы тут все сдохнем с голоду, всех троих на свою повозку положишь и повезешь в реку скидывать.

– Валюша, что ж я, ирод какой, что ли? Что ж ты из меня маньяка-то делаешь?! Я просто хотел денег заработать, чтобы Матрена со мной сошлась.

Я заглянула вниз и ничего, кроме темноты, не увидела. Затем подняла голову и посмотрела на деда вопросительно:

– Там же ничего не видно. Как мы будем спускаться? Разобьемся тут, к чертовой матери.

– У меня фонарик есть.

Дед пошел первым, я посмотрела на Валентину и кивнула ей головой:

– Иди, что не идешь?

– Боишься второй идти? До сих пор мне не доверяешь, - ухмыльнулась моя соседка.

– Я тебе доверяю, - сказала я и в доказательство своих слов на свой страх и риск стала спускаться второй.

– Спасибо за доверие, - удовлетворенно произнесла Валентина и принялась спускаться за мной.

Как только мы все спустились вниз, дед посветил фонариком, и от увиденного я чуть не упала в обморок. Жан лежал на сыром полу ничком и не шевелился. Неподалеку от него сидела толстая крыса и облизывала усы.

– Мамочки, крыса!
– громко крикнула я и завизжала, как сирена.

Крыса моментально среагировала на мой крик и ретировалась.

– Дед, да у тебя здесь крыс полно, - испуганно произнесла Валентина.
– Что ж ты живого человека к крысам-то поселил? Может, они его уже растерзали, и он мертв?

– Да я был недавно. Он жив был, и крыс никаких не было.

Дед подошел поближе к Жану и направил луч света ему в лицо.

– Эй, француз, ты жив? За тобой пришли! Слышишь, ты свободен.

Жан молчал и не издавал ни единого звука. Я сделала шаг в его сторону и споткнулась об эмалированное ведро.

– Что это?

– Осторожно. Это его горшок, - объяснил мне дед.

– Надо же, какой ты у нас заботливый, - злобно хихикнула Валентина.
– А то что у тебя здесь запах такой, что сознание потерять можно?! Тут случайно никаких человеческих останков нет?

– Валюта, ну о чем ты таком говоришь? Просто это плесень и сырость так пахнут.

– Ничего себе запах. Как будто сдох кто-то. Томка, что-то мне кажется, что с французом не все в порядке. Может, он того?

– Что значит того?
– Я ощутила, как бешено застучало мое сердце.

– Я имею в виду, жив ли он?

Подойдя к Жану вплотную, я села на корточки и потрясла его за плечи:

– Жан, милый, родной, любимый, ты жив?

– Ты его тут голодом уморил, что ли?
– пнула старика Валентина.

– Да ты что, Валюта, я ему и воду носил, и поесть давал. Просто он сам от пищи отказывался.

Громко всхлипнув, я увидела, что Жан слегка приподнял голову и проводит ладонью по моему лицу, пытаясь вытереть слезы.

– Не плачь, - тихо произнес он и сморщился от направленного на него света.

Я тут же повернулась к деду и прокричала:

– Слышишь, ты, старый хрыч, мало того, что ты человека изуродовал, так еще светишь в лицо. Себе посвети!

– Да я хотел как лучше...

– Как лучше ты уже сделал!

Я вновь посмотрела на Жана и прошептала:

– Жан, я тебя люблю.

– И я тебя тоже...

– Откуда ты здесь?

– Я пришла, чтобы тебя спасти. Тебе плохо?

– Когда я вижу тебя, мне всегда хорошо. После эти слов я не удержалась и, упав Жану на грудь, стала громко рыдать.