Чтение онлайн

Вскоре Сергей Григорьевич и старший из оставленных Литвиновым людей беседовали с камерарием. Миссис Холливел он не знал, но знал мистера Холливела, причем как младшего, по всей вероятности, супруга дамы, так и старшего, отправившегося в мир иной лет десять назад. Камерарий объяснил, что английская фирма «Холливел и сыновья» имеет давние и тесные связи с семьей Великих князей Фортунских, вроде бы даже на протяжении нескольких веков.

– Они адвокаты? – уточнил Сергей Григорьевич.

– Ростовщики, – ответил камерарий.

– Так… – задумчиво произнес Сергей Григорьевич, потом вскочил с кресла. – Пойду-ка я сам познакомлюсь с этой миссис Холливел, а с княгиней-матерью они всегда успеют пообщаться.

Рогозин тронулся в направлении комнаты, где ждала миссис Холливел, представился, склонился над ручкой и предложил проследовать в отведенные ему апартаменты для беседы. Миссис Холливел задумчиво посмотрела на Сергея Григорьевича и поинтересовалась, чьи интересы он представляет в этой резиденции.

– Наследника великокняжеского престола Тараса Заблудайко, – отчеканил Рогозин.

– Бывшего наследника, – поправила миссис Холливел.

– Это еще бабушка надвое сказала, – заметил Сергей Григорьевич и повторил свое предложение.

Миссис Холливел кивнула.

«Типичная чопорная англичанка», – думал Рогозин, пока они шли в его апартаменты. Хотя старый адвокат всегда восхищался Маргарет Тэтчер как политиком, женщин он таких не любил никогда и вообще не понимал, как с такой можно связать свою судьбу. Сергей Григорьевич предпочитал пухленьких и эмоциональных, как его покойная супруга, как Лариса Тарасовна. Чтобы скандал – так скандал, с битьем посуды, криками, вырыванием волос, – а потом не менее бурное примирение. А эти англичанки, железные леди, чтоб их… Никаких эмоций наружу! Не поругаешься по-человечески! А этот их фирменный кивок… Что у Маргарет Тэтчер был, что у этой миссис Холливел. Словно обучались в одной частной школе для юных леди из благородных семей. Хотя духи у этой англичанки были обалденные… Даже старик Рогозин не мог на них не отреагировать. Умеют эти леди подбирать свой неповторимый запах!

В небольшой гостиной апартаментов Сергея Григорьевича (здесь все покои состояли, как минимум, из двух комнат – спальни и гостиной) старый адвокат предложил миссис Холливел что-нибудь выпить, и она, к его удивлению, в этот ранний час попросила виски с содовой. Рогозин налил, себе плеснул красного винца.

Когда они уселись в кресла у окна, миссис Холливел сразу же взяла быка за рога:

– Я слышала о вас.

– Очень приятно, – ответил Сергей Григорьевич. Ему на самом деле стало очень приятно.

– Поэтому я и разговариваю с вами, – продолжала миссис Холливел, словно не услышав старого адвоката. – Возможно, я захочу вас нанять.

– Э-э-э… в каком качестве? Понимаете ли, уважаемая миссис Холливел, интересы представляемых мною клиентов и интересы княгини-матери, с которой по вашим словам вы являетесь подругами, могут… э-э-э… не совпасть. И это еще мягко сказано.

– Я не говорила, что мы с княгиней-матерью являемся подругами. Ничего подобного. И… – она улыбнулась, впервые с момента их встречи, – это еще мягко сказано.

Сергей Григорьевич посмотрел на гостью заинтересованно.

– Я знаю о том, как вы выбили деньги на Тараса Заблудайко, и про то, что Алан все эти годы выплачивал алименты, – она опять улыбнулась и в это мгновение стала похожа на какую-то хищную птицу. – Вы – единственный, кому это удалось.

– Простите, а откуда вы знаете про мои скромные достижения? – Внутри у старика все пело: это известность, о которой он мечтал.

– Мой муж всегда очень внимательно следил за делами великокняжеской семьи, а его отец до него. Ну и я старалась быть в курсе. Мало ли, пригодится.

Далее миссис Холливел поведала Рогозину про фирму «Холливел и сыновья», основанную аж в одна тысяча восемьсот десятом году и успешно осуществляющую деятельность вот уж почти двести лет.

– Вы, если я правильно понял, даете деньги в долг? Под большие проценты?

– Я, – миссис Холливел подчеркнула это слово, – не работаю в фирме «Холливел и сыновья». Там работают мужчины семьи Холливел. Ну и, конечно, у них немало сотрудников, имеющих самую разнообразную специализацию. Правда, всегда – высшую квалификацию.

Она пояснила, что они – не банк и ведут дела несколько по-другому, в основном следуя традициям, заложенным еще отцом-основателем Патриком Холливелом в начале девятнадцатого века. Фирма дает деньги под залог драгоценностей или недвижимости, под большие проценты. Когда клиент не может выкупить заложенное в оговоренный срок, проценты увеличиваются, если он просит подождать с возвратом долга, или он лишается заложенного.

– У фирмы много постоянных клиентов, причем не в одном поколении. Клиенты фирмы «Холливел и сыновья» знают о ее надежности, порядочности и сохранении полной конфиденциальности.

Сергей Григорьевич внимательно посмотрел на даму.

– Если я правильно понял, то Великие князья Фортунские на протяжении многих лет (и поколений) обращались к вам, то есть в фирму «Холливел и сыновья» за деньгами.

– Именно так, – кивнула миссис Холливел.

– И последний Великий князь Алан взял у фирмы деньги, но не успел вернуть. Так?

– Да.

– Срок выкупа заложенного истекает?

– Пока нет.

– Но вас все равно беспокоит исчезновение Великого князя Алана и вы хотели бы знать точно, жив ли он?

– Это только один из вопросов, которые меня волнуют.

– Дражайшая миссис Холливел, – сказал Сергей Григорьевич, в голове которого уже выстраивались хитросплетенные комбинации, – могу ли я вас спросить, почему в княжество Фортунское приехали вы, а не ваш супруг, который, как я понимаю, является нынешним главой фирмы «Холливел и сыновья»?

– Тут мы подходим ко второму вопросу, который меня волнует. И, признаться, он волнует меня гораздо больше, чем первый. Дело в том, что мой супруг, Гарри Холливел, пропал.

– Как Великий князь Алан?

– Я не знаю, как пропал Великий князь Алан, – ответила миссис Холливел. – Думаю, что в случае князя это было добровольное исчезновение.

Сергей Григорьевич заявил, что мнение миссис Холливел совпадает с его собственным.

– Мой же муж не мог пропасть добровольно.

– Вы считаете, что его выкрали?

– Если бы его выкрали, то уже поступили бы требования о выкупе. Но никаких требований не поступало. Я думаю, что мой муж мертв.

– И вы считаете, что его убил Великий князь Алан?