Чтение онлайн

Споткнувшись на дедовом огороде о тяжелый бак с водой, я грохнулась прямо на грядки и взывала от сильной боли. Я так сильно ударилась, что даже не могла встать. Нога жутко болела, и эта боль становилась все нестерпимее и нестерпимее. Не придумав ничего лучшего, я поползла прямо по грядкам, волоча за собой тяжелое ружье.

— Матвей! Матвей! — громко позвала я деда, когда смогла доползти до лестницы и попыталась рядом с ней сесть.

— Что случилось? — перепуганный дед вылетел из дома, держа в руках полную стопку самогонки.

Посмотрев на стопку, я вытерла слезы и устало произнесла:

— Дай сюда стопку. Выпить хочу.

— Давай я еще одну налью, и вместе выпьем.

— Я ждать не могу. Дай мне эту.

— Да пей на здоровье, — дед услужливо отдал мне свою рюмку. — Я же сказал, что вы с Валькой мои самые желанные гости. Можете пить мою самогонку столько, сколько вам хочется.

Услышав имя Валентины, я дернулась. Выпив самогонку, я выкинула рюмку в огород и, поморщившись от боли, попыталась встать.

— Ты зачем посудой раскидываешься?

— А зачем ты баки с водой где попало ставишь?!

— Я где попало не ставлю, а в определенном месте, — пробурчал дед и пошел искать свою рюмку. — А ты об него споткнулась, что ли?

— Я об него чуть все ноги не переломала!!!

— Не понимаю, как можно было его не заметить. Это же бак с водой, а не лейка.

Не став спорить с дедом, я зашла в дом, посмотрела на спящего Жана и, не вынимая ружья из рук, села на пол и завыла белугой. Ничего не понимающий дед протянул мне носовой платок и, видя, что он не вызывает у меня никаких ассоциаций, сам принялся вытирать мои слезы.

— Ты что ревешь-то? Что случилось? Машина, что ли, не заводится?

— Да стала бы я реветь так из-за того, что машина не заводится, — немного успокоилась я. — Там Валю убили!

— Как убили?!

— Как людей убивают? Заточку в грудь воткнули!

— Свят, свят, что делается, — испугался не меньше моего дед. — А кто?

— Что, кто?

— Кто ее убил-то? — Дед понял, что задал глупый вопрос, и стал нервно покусывать свои губы.

— Не знаю, но догадываюсь.

— Это я виноват. Валю из-за меня убили.

— С чего ты взял?

— С того, что я этого француза спер и у нее неприятности начались. Если бы я француза не крал, то ничего бы такого не было! Я украл, а ей за это досталось. Они ее за француза грохнули! Вот ведь гады! Такую женщину не пожалели! Чтоб у них руки отсохли! И зачем она связалась с этим Владом? Ключи им от своей дачи давала. Вот они на ней балаган-то и развели. Я ей всегда говорил, что эта связь ее до добра не доведет.

— Ты ее об этом предупреждал?

— Постоянно, — заверил меня Матвей.

— Что ж она тебя не слушала?

А она вечно мне говорила, мол, Матвей, не лезь. Сама разберусь. Приводила пример, что у многих казанцев семьи есть, дети. Так я и пытался ей доказать, что семьи — это семьи, а у нее этого статуса нет. Она ведь старше этого Влада в два раза. В матери ему годится, а не в любовницы. Но ведь сейчас так модно. Она мне сама об этом говорила. Да я видел, как он к ней относится. Разве ж так к женщине относиться можно? Разве это нормально? Он и крикнуть на нее мог, и ударить.

Я уже не слышала то, что говорил дед. Я вспоминала Валины глаза… У нее был такой страх в глазах! Все произошло так быстро, что она не успела даже встать с кресла и оказать сопротивление. Это мгновенная смерть. Тут не может быть никаких сомнений. Валя умерла быстрой смертью. Странно, что ее не пытали, не спрашивали обо мне, о моем местонахождении. Это более чем странно. А валявшийся на полу телефон… Наверное, Валентина собиралась куда-то звонить. Но не успела. Тот, кто убил женщину, до сих пор не знает, что я нахожусь в соседнем доме, иначе уже бы был здесь. Она верила в то, что получит свою часть драгоценностей и купит себе новую жизнь. Не получилось. А за визит смерти никто не платил.

— Тома, а что теперь будет-то? — наконец услышала я голос деда.

— Мне с Жаном нужно уехать отсюда, а ты позвонишь в милицию. Скажешь, что увидел Валину машину, решил зайти к ней в гости и наткнулся на тело.

— А может, кто-нибудь другой позвонит в милицию?

— А тебе что, тяжело, что ли?

— Боязно мне.

— Что значит — боязно?

— Боюсь я Валюту мертвой увидеть.

— Тоже мне — неженка нашелся. И долго она так с заточкой сидеть будет? Пусть ее найдут, родственникам сообщат и похоронят по-человечески.

Я присела рядом с Жаном, потрогала его лоб и, глотая слезы, произнесла:

— У тебя телефон есть?

— Вон, в коридоре стоит.

— Дай мне визитку Марата.

Дед протянул мне визитку, я села на стул и, собравшись с силами, набрала номер Марата. К моему удивлению, в телефоне послышался один гудок, после которого Марат сразу снял трубку, словно ждал чьего-то звонка.

— Да, слушаю.

— Это добрый волшебник по имени Марат? — Я старалась говорить медленно и тихо, чтобы не было слышно, что я плачу.

— Тома, ты? — Он узнал меня сразу. Мне даже не пришлось представляться.

— Я.

— Куда ты подевалась?! Я тут сижу у Тимура уже сколько времени, а тебя все нет и нет! На улице уже темно! Лейсан за тебя волнуется, Все глаза выплакала. Ты сказала, что скоро придешь, а ушла до самого вечера! Тут от меня уже всем влетело за то, что они тебя отпустили!!!

— Не кричи на меня.

— Извини. — Голос Марата стал более спокойным.

— И не разговаривай со мной, как с ребенком. Как будто, чтобы куда-то пойти, мне отпрашиваться надо. И что значит задержалась до вечера? Сколько нужно, столько и задержалась. Так сложились обстоятельства. Ты можешь за мной приехать?

— Конечно, могу, — спешно ответил Марат. — Говори куда, и я подъеду.

— Но я не в Казани.

— А где? — недоумевал Марат, не скрывая того, что сильно нервничает.

— Я за Казанью. Далеко ехать.

— Как ты туда попала?

— Потом расскажу. Так ты приедешь?

— Конечно, приеду. Мне без разницы, куда за тобой ехать. Только ты обещай, что будешь меня ждать и никуда не сбежишь.

— А мне уже бежать некуда.

— Ты на меня не злись. Я и сам не знал, что жена заявится. Там она наговорила лишнего, — в голосе Марата послышалось сожаление. — Ерунда получилась.