Женские игры
Шрифт:
– Стараюсь. Профессия обязывает. Так как?
– Держусь. В реанимации сутки провалялся.
Самое страшное, что я не попал на Машкины похороны.
– Похороны прошли на уровне. Когда поправишься, обязательно сходишь на Машину могилку.
– Само собой. Мне, уже говорили, что все было нормально. А ты там была?
Я опустила глаза и сказала:
– Я не смогла. У меня уважительная причина.
У друга неприятности… Но к Маше я относилась прекрасно. Она была потрясающая девушка. Послушай, а что же тогда произошло в ванной?
– Да так. Один крендель решил свести со мной счеты.
– Ничего себе счеты… А ты обращался в милицию?
– Нет. Я с ним сам разберусь, без легавых.
– А может, лучше с легавыми?
– К легавым пусть лохи обращаются. А у меня достаточно связей, чтобы отомстить.
– А ты уверен, что справишься?
– Вполне. Главное, выработать нужную стратегию.
– У тебя дом такой крутой, а попасть туда проще простого…
– Да, получается, что так. Спасибо архитекторам! Впредь буду умнее – надо окна закрывать как следует.
Я помолчала несколько секунд, затем набралась смелости и спросила:
– Алексей, а твое ранение как-то связано с гибелью Маши?
– Думаю, что нет, – ответил он.
В палату зашла медсестра и сняла капельницу.
Алексей устроился поудобнее, и мы стали непринужденно болтать о всякой ерунде. Впрочем, болтала больше я, иногда привирая сверх меры, а Алексей слушал, открыв рот, лишь изредка перебивая меня вопросами. Я рассказала о том, что с Двух лет ездила с родителями за границу, а в десять впервые побывала в Соединенных Штатах. Мне безумно понравился американский образ жизни, и именно ему я старалась соответствовать в период взросления. Если бы не та давнишняя поездка в Америку, я, возможно, была бы другой.
Алексей погладил меня по бедру горячей дрожащей рукой и возбужденно сказал:
– Маргарита, я хочу знать о тебе все!
– Как все? – немного растерялась я.
– Ну, например, в какой школе ты училась?
– В английской, на Цветном.
– Наверное, ты была хулиганкой?
– Еще какой! Я разговаривала на уроках, я обижала мальчишек.
– Ты обижала мальчишек?
– Конечно. А что в этом такого?
– Еще скажи, что ты дергала их за косички, – рассмеялся Алексей.
– Ну, не за косички, но за воротники дергала точно. Ты знаешь, мне ничего не запрещали.
– Почему?
– А бесполезно было что-либо запрещать. Даже если директор говорил «нет» я все равно поступала по-своему.
Неожиданно Алексей замешкался и после небольшой паузы спросил:
– Рита, а в твоей жизни были глубокие чувства?
– Глубокие чувства? Пожалуй, да.
– Они и сейчас есть?
– А не слишком ли ты любопытен? Ну, ладно, ладно, скажу! Все мои глубокие чувства закончились еще в молодости.
– А почему они закончились?
– Потому что потому – все кончается на "у", – невесело рассмеялась я. – Этот человек сделал для меня очень многое, Алеша. И даже вытащил с того света. Я ему, конечно, благодарна, но… Спустя какое-то время обнаружилось, что нам скучно в обществе друг друга. И он, и я стали искать развлечений на стороне. Он искал активнее…
Я замолчала и отвернулась к окну. Не хватало еще только разреветься!
Алексей взял меня за руку и уверенным голосом сказал:
– Маргарита, выходи за меня замуж. Такую, как ты, я ждал всю свою жизнь. Поверь, это правда. Медовый месяц мы с тобой проведем на Бали.
Хоть туда и лететь двадцать шесть часов, но это стоит того. Я буду носить тебя на руках, я буду усыпать твою кровать лепестками роз, я буду угадывать твои желания. А потом мы вернемся в Москву. Мы будем оба работать, это поможет нам сохранить нежные чувства друг к другу. По-моему, жена-домохозяйка – это слишком скучно. В выходные дни мы будем с тобой путешествовать.
Возьмем билеты и улетим в Ниццу. В Париж тоже можно. Или в Рим.
– В Париже я была, – улыбнулась я. – Я везде была, кроме Бали.
– А затем ты родишь мне маленького мальчика, – не слушая меня, продолжал Алексей. – Он будет похож на меня, и мы назовем его моим именем. Это будет чудесный мальчик. Впрочем, глаза у него будут твои. Такие же большие и красивые. Я нормальный, обеспеченный человек, Рита, и я могу подарить тебе именно такую жизнь, какую ты заслуживаешь. Бедность тебе не грозит.
– Конечно, не грозит, – равнодушно пожала я плечами. – С чего бы она мне грозила, если я и сама в состоянии себя обеспечить!
– Да это я так, к слову. Рита, я знаю, что ты пока ко мне никак не относишься, но ты меня обязательно полюбишь, вот увидишь. А я полюбил тебя с первого взгляда…
– Алексей, мы с тобой говорим о каких-то непонятных вещах…
– Почему же о непонятных? Я сделал тебе предложение – что же тут непонятного? Кстати, ты можешь не отвечать сразу. Подумай, пока я лежу в больнице. А как только выпишусь, мы с тобой все обсудим. Надеюсь, ты примешь верное решение, дорогая.
– А как же Маша? – спросила я, стараясь не смотреть Алексею в глаза.
– Маша?!
– Ну, да. Ты же ее тоже любил.
– Маша умерла.
– Такты хочешь на мне жениться, чтобы побыстрее залечить свое горе?
– А разве горе можно залечить? Горе, оно и есть горе. А на тебе я хочу жениться потому, что меня очень сильно влечет к тебе. И я ничего не могу с этим поделать, Рита.
– Но ведь Маша умерла совсем недавно!
– Да, это так. Но ведь жизнь не стоит на месте.
Воспоминания о Маше я пронесу через всю свою жизнь. Мне будет трудно свыкнуться с мыслью, что ее не воскресить. И все же я не сломаюсь. А ты поможешь мне пережить беду. Ты и мои друзья.
Даже сейчас, в больнице, они посещают меня постоянно. На смену Маше придет совсем другая женщина – так уж устроена жизнь, моя дорогая, и мне бы хотелось чтобы этой другой женщиной стала ты. Такая, как ты, не оставит меня в трудную минуту. Я.., я верю в тебя.
– Но я же не служба помощи пострадавшим! – ляпнула я, не подумав.