Женские лики столетней войны
Шрифт:
Король и королева старались как можно чаще бывать вместе, а в разлуке постоянно переписывались — Карл беспокоился о состоянии здоровья жены. 14 июня 1388 г. в десять часов утра родилась девочка, назвашгая Жанной. Это было нс совсем то, на что надеялась Франция, да и прожил ребенок всего два года, но молодые супруги были уверены, что небеса пошлют им еще много прекрасных детей.
Действительно, в мае 1389 г во время церемонии посвящения в рыцари королевских кузенов — Людовика и Карла Анжуйских—королева уже была на четвертом месяце беременности. В этот раз она переносила свое положение неожиданно тяжело. Празднества продолжались в течение шести дней; мистерии сменялись турнирами, турниры — религиозными церемониями. Во время этих увеселений произошло нечто, что бенедиктинский монах из Сен-Дени Мишель Пешуан назвал «позором прелюбодеяния», повлекшим за собой много бед. Он нс указал никаких имен, а официальные источники по понятным причинам об этом не заикнулись. Однако можно предположить, что речь шла о Маргарите Баварской, супруге старшего сына герцога Бургундии Жана Нсвсрского, и о брате короля Людовике Туреньском.
Людовик, единственный родной брат короля, получил воспитание благодаря свому гувернеру Филиппу дс Мезьс-ру. Оставшемуся в девять лет крутым сиротой принцу тот заменил и мать, и отца. Этот весьма просвсщстшй для своего времени человек стремился передать любимому питомцу все знания, которыми владел сам. В результате Людовик оказался самым образованным членом семьи и единственным, кто понимал классическую латынь. Преобладающими интересами Мезьера были волхвованис и чародейство — к этому он тоже сумел приохотить воспитанника. Принц увлекался оккультизмом, был в курсе некоторых колдовских приемов, часто в его окружении замечали чернокнижников и магов. На его груди постоянно висел мешочек с толчеными костями повешенного, а на руке красовался перстень, который держал во рту во время пытки подозреваемый. Он приобрел репутацию «верного служителя Венеры», а его власть над женщинами считалась сродни колдовской. Он хрешил легко, без угрызений совести. Предполагали, что благодаря волшебной силе талисманов дамы теряют способность сопротивляться любовным чарам их хозяина.
Людовик вырос человеком, страстно любившим дорогие удовольствия, но но временам впадал в благочестие. Несколько дней в неделю он проводил в монастыре сслсстин-цсв в Париже, бичуя плоть, и белые братья13 даже выделили благочестивому принцу собственную келью.
«Грустный, даже печальный, хотя и красивый, он кажется слишком меланхоличным для того, чье сердце столь же непроницаемо, как сталь», — писал о нем современный поэт.
В то время, Koi-да хронист упоминал о каком-то скандале, который впоследствии принес много бед, Людовик уже знал, что в авхустс должен жениться на своей итальянской кузине Валентине Вискоиги (1366—1408).
Она была единственной дочерью Изабеллы Французской и Джан Галсаццо Великого. Мать умерла, когда она была совсем ребенком, и сс воспитывала бабушка, Бьянка Савойская. Прекрасно образовать и сказочно богатая, Валентина считалась одной из самых желанных невест в Европе. Ес обручали четыре раза, но пи одну партию отец не посчитал достойной. Наконец, он решил остановиться на Франции, выдать сс замуж за младшего брата французского короля. Одпако принцессу нс отпускали к жениху до двадцати трех лет — до тех пор, пока новая жена отца пс родила сына-наслсдника.
Казалось, будущее Валентины лучезарно. Опа являла значительную персону: приносила в приданое Асти и, если не останется других наследников, права па герцогство Миланское. Королева Франции Изабелла приходилась ей двоюродной племянницей, и двум молодым женщинам сама судьба предназначила родственную любовь и дружбу. То, что Валентина была на шесть лет старше мужа, нс играло большой роли; династические браки заключались и с большей разницей лет.
Настораживало только то, что опа, как и королева Изабелла, принадлежала к ужасному роду миланских Висконти.
Нс было такого преступления, которым бы нс запятнал себя дом Висконти в прошлом. Но и последние его представители — три брата Маггсо, Галсаццо и Бернабо — имели дурную славу. Они унаследовали власть над герцогством Миланским от своего талантливого дяди Джовашш и вместе правили Ломбардией, изобильной страной, раскинувшейся за Альпами и служившей «ключом» ко всей Италии. Но братского согласия между ними пе было. Старший «по рождению и по совокупности достоипств» Маттео вскоре был отравлен братьями.
Второй брат Галсаццо П (1319—1378) выстроил в Павии, которую Висконти получили в 1359 г., прекрасный дворец с роскошным парком, где обитали редкие животные и росли диковинные растения. Идеи просвещения были ему, как и братьям, далеко пс чужды. Галсаццо II основал в Павии университет, собрал богатую библиотеку. Пользуясь финансовыми затрущюниями Иоанна Доброго Французского, он заставил отдать в жены своему сыну Джан Галсаццо принцессу Изабеллу. «Продал свою плоть и кровь», — печально констатировал поступок своего суверена фрагаузский хронист. Получив за ней в приданое графство Вертю в Шампани, миланцы переделали его название на Вирту, что по-итальянски означает «добродетель или доблесть». После этого Джан Галсаццо стал прозываться «графом Вирту».
Джан Галсаццо и Изабелла Французская стали родителями Валентны.
После смерти Галсаццо II высшую власть получил Бернабо (1323—1385), наиболее способный и вместе с тем самый опасный и непредсказуемый из братьев.
Жестокость Бернабо казалась патологической даже в те суровые времена. Он выстроил особый дворец, в котором держал около 500 собак, но которым просто сходил с ума, и для забавы травил ими людей; заставлял своих поддашхых брать щенков на воспитание, женщин — выкармливать грудью собачье потомство. Он строго требовал отчета о самочувствии питомцев и карал смертью приемных родителей, если собака умирала. В своих владениях Берпабо сам пазна-чил себя напой, отнимал земли у церкви и подковывал босоногих монахов. Он скопил огромные деньга и дал в приданое своим семи дочерям более 100 тысяч дукатов.
Берпабо нс поддавался ничьему влиянию, кроме своей супруга Беатриче Режины делла Скалла. Несмотря па то что хранить ей верность он нс считал обязательным и имел множество внебрачных отпрысков, можно сказать, что он нашел в браке счастье. Беатриче Режина родила ему семнадцать детей, одной из дочерей была Таддея, которая стала матерью Изабеллы Баварской.
В 1385 г. племянник Берпабо Джан Галсаццо сверг дядю и заточил в замок Треццо, где его жестоко мучили и отравили в декабре того же года. Говоршш, что в старом дворце Бернабо появлялось привидение злодея, нс раскаявшегося в своих преступлениях.
Таким образом, в конце XIII века волею династических расчетов кровь Висконти в королевскую семью Фрашщи принесли сразу две молодые женщины.
В 1389 г. Изабелла была коронована в столице Франции. Она и до того была прекрасно знакома с Парижем, где в течение четырех лет– неизменно проводила зиму, однако хорош, любивший пышные празднества и церемонии, настоял па организации особо торжсствсшюго, театрализованного въезда государыни в свою столицу. Королеву, которая тогда была на шестом месяце беременности, везли в носилках, верхом на лошади её сопровождала Валентина Висконти. Жювеналь дез Юрссн оставил подробный отчет о знаменательном дне и живописал замечательные мистерии, которые устраивались но этому случаю.
На следующий день Изабелла в присутствии короля и придворных была торжественно коронована в Сент-Шапель.
Если раньше ей могли быть присущи провинциальная ментальность и неразвитый вкус, она успешно справилась с этими недостатками. Считается даже, что Изабелла, как много лет спустя Мария-Лнтуанстга, стала законодательницей повой моды. До нее волосы свободно струились по плечам и спине, каждая дама придумывала идущий, сс лицу головной убор. У Изабеллы волосы нс отличались густотой и пышностью, поэтому она придумала, как скрыть этот недостаток. Волосы полностью прятались под конусовидный колпак — эпнип, или атур, — а то, что нельзя было спрятать, безжалостно удаляли. В моде был высокий чистый лоб, длинная гибкая шея, бледный цвет лица и болезненно полуприкрытые глаза. Кожу отбеливали вредными свинцовыми белилами, волосы на лбу, висках и затылке сбривали, а брови и даже ресницы выщипывали. Предполагают, что Изабелла, обладая миловидным лицом, стремилась привлечь внимание именно к нему, а нс к волосам. Но лицо было прелестно — это признает даже автор бургундского памфлета, направленного против королевы. Нс только лицо, но и вся фигура Изабеллы, невысокая, но довольно стройная, несмотря на некоторую пошюту, привлекала взгляды и навевала греховные мысли. Она была красивой, притягательной, очень элегантной. Немудрено, что впоследствии се подозревали в распущенности: разве красивая женщина может быть порядочной?