Чтение онлайн

Смертельно уставшая, скажет тогда:

«Я не могу, он мне надоел,

Плачет все время, а тут заболел,

Он перепачкал все мои блузы,

Кто ж знал, что дети – такая обуза?

Я хотела у вас спросить:

Как своего вы умели растить?»

Мы ее впустим в дом,

Малыша сморит сном.

Мы ей скажем: «Дай соску ему,

Мальчугану твоему».

Они как девчонки, только покрепче,

Но красоты в них нисколько не меньше,

А когда маленькие, они большие милашки —

Мальчишки.

Ты будешь в синее их наряжать,

Будешь волосы им подстригать,

Будешь им покупать штанишки —

Мальчишкам.

Ты будешь закармливать их любовью

И кетчупом, зная, что вскоре

Они тебе это вернут, и с лишком, —

Твои мальчишки.

Припев

А это маленькое чудо твое

В объятиях задушим мы вдвоем

Как сумасшедшие, как сумасшедшие,

Как сумасшедшие.

СРЕДА (Адажио) [20]

РАЗРЕШЕНИЕ

Всегда обращай внимание

на то, что они говорят,

входя в кабинет.

Карма протянул руку пациентке и бархатным голосом, наблюдая за мной краем глаза, спросил:

– Здравствуйте, мадам! Вы не против, если наш интерн, доктор Этвуд, будет присутствовать на консультации?

Она посмотрела на него, потом на меня, потом снова на него:

– Почему бы и нет?

Она опустила глаза и, избегая наших взглядов, пожала плечами:

– Мне все равно.

Она улыбнулась:

– Конечно, никаких проблем.

Она равнодушно покачала головой:

– Как хотите. Я к этому уже привыкла.

Она посмотрела мне прямо в глаза:

– Девушке ведь нужно учиться.

Она посмотрела на Карму, поколебалась и, наконец, сказала:

– Да, но не во время осмотра.

Она долго молчала, затем вздохнула и сказала:

– То есть…

– Вы не обязаны, вы же знаете.

– Правда?

– Конечно. Поэтому я вас и спрашиваю. Ваше согласие необходимо. Если вы не хотите, доктор Этвуд подождет в коридоре.

– Тогда я бы предпочла, чтобы на консультации присутствовали только вы.

*

Я это ненавижу.

Ненавижу, что он их постоянно об этом спрашивает, ненавижу тон, которым он задает этот вопрос. Ненавижу то, как они отвечают или не отвечают. А больше всего я ненавижу долю секунды, когда он останавливается на пороге двери, чтобы задать этот проклятый вопрос, и когда мне приходится ждать, пока она примет решение, внимательно на меня посмотрев или не посмотрев вовсе, подумав некоторое время или же ответив машинально. Я ненавижу это мгновение, когда стою в ожидании своей участи – обрадуются ли мне, примут ли, смирятся ли со мной или от меня откажутся?

*

– Тогда я бы предпочла, чтобы на консультации присутствовали только вы.

Вскользь взглянув на меня и как-то странно улыбнувшись, она добавила: «Сожалею», а Карма сказал: «Никаких проблем», впустил ее в кабинет и закрыл за собой дверь.

Дверь захлопнулась перед самым моим носом, и я почувствовала себя обманутой и униженной.

Неужели этой бабе есть что от меня скрывать? Что настолько уж важного и интимного она может сказать этому типу, чтобы это могло оправдать мое изгнание? Неужели она думает, что мне есть дело до ее ягодиц и прочих прелестей?

Неужели она думает, что я неспособна забытьвсе, что она будет рассказывать и до чего мне нет ну никакого дела? Все, что меня интересует – да и это еще не факт, – так это ее симптоматика, история болезни, зуд или жжение, или у-меня-болит-здесь, или у-меня-болит-там, месячные идут как-то странно, почему они в этом месяце приходили два раза, симптомы, которые она подсунет ему под нос, и решение, которое он ей даст: Это не страшно, это пройдет…или для ее микоза-вагинита-болей-кровотечений все же требуется лечение… Все эти вопросы, в которых нет ничего интересного, но которые так их занимают и на которые необходимо дать простые ответы, чтобы они нас этим не допекали, чтобы наконец можно было перейти к серьезным вещам.

Я знаю, я должна поблагодарить ее за то, что она отказалась от моего присутствия, у меня и без того ощущение, что я зря теряю время, что задыхаюсь на этом дефиле жалоб, стонов, сетований и причитаний, что небольшая передышка даже пойдет мне на пользу, пока он обволакивает ее своими медовыми речами и осуществляет наложение рук.

Если только не…

Что означала эта улыбка? Она смеялась надо мной? Или же эта улыбка предназначалась ему? Может быть, ее смущение и нерешительность, ее удивленный взгляд были всего лишь маскарадом, цель которого – ввести меня в заблуждение? А он, это его «Вы не обязаны», может быть, было частью сайнеты [21] , постановки, призванной заставить меня поверить, что он соблюдает протокол и уважает пациентку, в то время как на самом деле все было предусмотрено, ее улыбка «Сожалею» – это игра, уловка, они в заговоре, они подготовились, а я, как дура, растерялась, но я знаю, что происходит, понимаю, что они затеяли, чем хотят заняться за дверью наедине.

Она положит сумку на кресло, затем повернется к нему и станет развязывать пояс плаща, а он подойдет вплотную, засунет руки под плащ, обнимет ее за талию, а она положит руки на него, как будто чтобы оттолкнуть, закроет глаза, поднимет лицо к нему, приоткроет губы, чтобы что-то сказать, но в этот момент он прикоснется к ним, ущипнет их и проглотит, а затем запустит свой язык, обшарит ее рот и едва не задушит ее, а она, несмотря на внезапность его действий, положит руки на затылок этого мерзавца, и ее язык вытолкнет его и скользнет в его рот, их языки станут биться друг о друга, как на дуэли, как Андре и Ноэль на балконе театра в «Скарамуше»,и, все еще крепко держа его голову, она почувствует, что он роется у нее под плащом, тянет за блузу, скользит горячими руками по ее спине, бедрам, ягодицам и снова по спине, потом его руки поднимутся к застежке бюстгальтера, расстегнут ее и освободят моигруди, он перенесет руку вперед, сожмет в ладони ее левую грудь, как всегда это делал, и сожмет другой рукой моюправую ягодицу, моярука опустится вниз и расстегнет его пояс, другая рука отпустит его затылок, а наши языки все еще будут бороться, и пока нельзя…

Я очнулась.

Во рту пересохло.

Я лежала на животе.

Левая рука была зажата подо мной, ладонь лежала на левой груди.

Правая рука застряла между бедрами и была очень влажная.

Черт побери!

Я вытянула руку. В постели рядом со мной было пусто.

Конечно, пусто. Он ушел.

Тогда почему я продолжала его искать?

И откуда взялся этот абсурдный сон, в котором этот дурак Карма…

Я посмотрела на будильник. Четверть шестого.

Чертчертчерт.Нужно заснуть нужно заснуть нужно заснуть. Нельзя лежать без сна.

Я перевернулась на спину и смотрела на потолок до тех пор, пока он не превратился в операционные поля [22] . Четыре поля, такие синие, такие чистые, окружали бритый лобок.Я не шевелила головой, только глазами, и справа от поля увидела лоток, на котором в безукоризненном порядке были разложены инструменты. Я взяла скальпель, вытянула указательный палец, чтобы твердо положить его на спинку лезвия, другой рукой раздвинула кожу больших половых губ и положила скальпель в щель, которая начала сочиться обожемойчертпобериобожемойчертпобери…