Чтение онлайн

— Только женщины и знают, что творится на свете. Они наблюдательные. Про Агату Кристи слыхали?

— Про Агату Кристи? — изумился адвокат. — Естественно, слыхал. Да, вы правы. Женщины подмечают больше, чем мужчины.

— Ну вот, — сказала мма Рамотсве. — А что люди подумают, увидев вывеску «Женское детективное агентство № 1»? Они подумают: женщины знают, что творится на свете.

— Может быть, и так. — Адвокат поскреб подбородок.

— Может быть… — сказала мма Рамотсве и добавила: — У вас в одежде непорядок. Ширинка не застегнута.

Сначала она нашла дом — на углу Зебра-драйв. Найти помещение для агентства оказалось сложнее, но она отыскала подходящее на окраине, у горы Кгале. Место было хорошее — по дороге каждый день ходят люди, и вывеску непременно заметят.

Дом, который она купила, некогда был магазином. Долгие годы он пустовал, и в нем поселились бродяги. Владелец вернулся из Франсистауна, разогнал бродяг и выставил дом на продажу. Когда мма Рамотсве предложила заплатить наличными, продавец аж подпрыгнул от радости, и сделку оформили за несколько дней.

Работы предстояло немало: заново отштукатурить стены, починить крышу. А потом мма Рамотсве занялась покраской: снаружи выкрасила дом охрой, а внутри побелила. Купила на окна новые желтые занавески и, поддавшись минутному порыву, позволила себе пороскошествовать — купила новехонькую офисную мебель: два стола и два стула. Ее друг, мистер Дж. Л. Б. Матекони, владелец компании «Тлоквенг моторс», принес ей старую пишущую машинку, которая ему была ни к чему. Оставалось лишь найти секретаршу.

Это оказалось проще всего. Достаточно было одного звонка в Ботсванский колледж секретарей — и пожалуйста. Ей сказали, что у них есть подходящая кандидатура. Мма Макутси недавно успешно сдала экзамены по машинописи и делопроизводству и получила девяносто семь баллов из ста возможных.

Мма Рамотсве секретарша понравилась с первого взгляда. Это была худенькая женщина с узким, длинным лицом и крашенными хной косичками. Она носила овальные очки в толстой пластмассовой оправе и постоянно улыбалась.

Контору открыли в понедельник. Мма Рамотсве села за свой стол, а мма Макутси — за свой, с пишущей машинкой. Она посмотрела на мма Рамотсве и улыбнулась шире обычного:

— Я готова приступить к работе немедленно.

— Да рано еще, — ответила мма Рамотсве. — Мы только что открылись. Нужно дождаться первого клиента.

В глубине души она подозревала, что никаких клиентов не будет. Все предприятие — чудовищная ошибка.

В десять часов мма Макутси встала из-за стола и пошла в соседнюю комнату готовить чай. Мма Рамотсве попросила ее заварить травяной чай, который любила больше всего, его мма Макутси и принесла — две чашки. В сумочке у нее оказалась банка концентрированного молока, и она плеснула немного в обе чашки. Они пили чай и смотрели на улицу, где какой-то мальчишка швырялся камнями в тощую собаку.

В одиннадцать они снова выпили чаю, а в двенадцать мма Рамотсве сказала, что сходит в магазин купить себе духи. Мма Макутси должна остаться в конторе, чтобы было кому принять посетителей. Мма Рамотсве произнесла это с улыбкой. Разумеется, никаких посетителей не будет, и в конце месяца им придется закрыться.

Когда мма Рамотсве стояла у прилавка и выбирала духи, в магазин влетела запыхавшаяся мма Макутси.

— Мма Рамотсве! — воскликнула она. — У нас посетитель! Дело серьезное. Человек пропал. Нельзя терять ни минуты!

Жены, у которых пропадают мужья, ведут себя одинаково, подумала мма Рамотсве. Сначала боятся, что случилось что-то ужасное. Затем в душу закрадывается сомнение, и жена решает, что муж сбежал с другой (как чаще всего и бывает), и начинает злиться.

Мма Малатси дошла до второй стадии, решила Прешес. Она подозревает, что муж где-то веселится, и ее терзает ревность.

— Расскажите мне поподробнее о своем муже, — попросила мма Рамотсве, когда секретарша поставила перед мма Малатси чашку красного травяного чая.

— Его зовут Питер Малатси, — сказала мма Малатси. — Ему сорок лет, и у него есть… было… есть свое дело. Он торгует мебелью. Дела идут хорошо. Ни от каких кредиторов ему скрываться не надо.

Мма Рамотсве понимающе кивнула.

— Значит, причина не в этом, — сказала она и осторожно добавила: — Сами знаете, мма, каковы мужчины. Нет ли тут другой женщины?

Мма Малатси покачала головой:

— Не думаю. Год назад такое было возможно, но он стал христианином и посещает церковь, где только и знают, что псалмы распевать.

Мма Рамотсве взяла это на заметку. Церковь. Песнопения. Запутался? Дама-проповедница охмурила?

— А что это за люди? — спросила она. — Может, им что-нибудь о нем известно?

Мма Малатси пожала плечами:

— Честно говоря, я не знаю. Раз или два он звал меня с собой, но я отказывалась. Он ходил туда один, по воскресеньям. Он и пропал в воскресенье. Я думала, он в церковь пошел.

Мма Рамотсве посмотрела в потолок. Наверняка Питер Малатси сбежал с какой-нибудь христианкой. Остается выяснить, в какую именно церковь он ходил, и она его разыщет.

К концу следующего дня мма Рамотсве составила список из пяти христианских общин, которые подходили под описание, данное мма Малатси. В течение следующих двух дней она переговорила с людьми, возглавлявшими три общины, и выяснила, что про Питера Малатси им ничего не известно.

Когда она встретилась с преподобным Шадреком Мапели, то поняла, что поиски закончены. Она назвала имя Малатси, и преподобный Мапели аж вздрогнул.

— Вы из полиции? — спросил он.

— Из полиции, — ответила она.

— Вот оно как… — сказал он с тоской.

— Да нет, я не совсем из полиции, — быстро добавила она. — Я частный детектив.

Это слегка успокоило преподобного.

— Кто вас послал?

— Мма Малатси.

— Неужели?! А он сказал, что у него нет жены.

— Есть, — возразила мма Рамотсве. — И она очень хочет знать, где ее муж.

— Он умер, — ответил преподобный. — Отправился ко Всевышнему.

Мма Рамотсве поняла, что он говорит правду. Оставалось только выяснить, как умер Питер Малатси.