Женюсь на первой встречной-поперечной
Шрифт:
— Ладно. Идем. Но через три часа вернемся. Отвезете нас до гаража.
— Договорились.
***
— А слева, там родник. Вода чистейшая! — Дедок схематично рисует для нас карту. Чувствую себя исследователем Амазонки, не меньше: за спиной у парней по рюкзаку походному. Хотела предложить оставить все это и идти налегке, но не рискнула.
Озеро оказывается не так уж и близко. Или я устала, или отвыкла так далеко ходить ногами. Хочется с себя платье скинуть и занырнуть в бодрящую прохладу лесного водоема. И кажется, у мальчишек такие же мысли. Потому что не успеваем подойти к берегу, они на ходу сбрасывают поклажу и рубашки с брюками.
— Э! Так нечестно.
— Честно, — смеются и ныряют. А мне остается сидеть и смотреть. Завидовать и кусать локти, что такая стеснительная родилась.
— Лик, да ладно тебе! Залезай. Мы не будем пялиться, — заверяет Лобанов. Рос не очень-то уверенно ему поддакивает.
От нечего делать решаю исследовать походные наборы и нахожу много интересного: палатку, спальник, консервы и даже небольшой котелок для кипячения воды. Да с таким набором тут можно жить!
В желудке неприятно сводит при виде банки с тушенкой. Позавтракать мы почти не успели. А время ужина.
— Эй, как насчет еды?
— Поганок набрала? Или мухоморов? Хозяюшка… — ржут.
— Как хотите. Второй раз не предлагаю. Сама съем.
Уговаривать не приходится, парни тут же около меня.
— А пить из озера можно?
— Не знаю. Лучше не рисковать. Может, на родник?
— Точно.
Недалеко правее и правда бьет ключ.
— Давай, ты первый, — зачерпываю рукой и подношу Сафину на ладони немного воды.
— А если козленочком стану? — улыбается.
— Будешь у бабушки вместе с курами жить на полном обеспечении.
— Из твоих рук приму я даже яд! — делает драматическое лицо и пробует, прикрывая глаза.
— Вкусно?
— Сама попробуй, — зачерпывает и брызгает на меня ледяной водой. Тут же отвечаю. Бегаем друг за другом как маленькие и смеемся. Таким простым мне Рос гораздо больше нравится. Как будто парень с нашего двора, а вовсе не столичный богач, избалованный жизнью.
— Ты чего? — замечает, что я задумалась и подходит ближе. По носу пальцем проводит и от его милого жеста по коже мурашки. Внезапно так хочется, чтобы он меня поцеловал… но ничего не происходит. Сафин вообще уникум. Совершенно не проявляет ко мне интереса, я для него как сестра младшая, наверное. Не воспринимает серьезно.
— Нас Лобанов ждет, пойдем.
Молча набираем в котелок воду. Будет чай.
— Хорошо хоть тушенка съедобная, — Лобанов наворачивает так, что за ушами трещит.
Сидим на берегу, солнце за деревьями скрывается, ветерок прохладный. И я ощущаю какую-то странную радость и грусть от происходящего. И Макс вроде бы перестал хмуриться, и Ростик улыбается… А я сама не понимаю, чего со мной.
— Идти надо, иначе дед не дождется, — наш «водитель» на часы смотрит.
— Мне придется отлучиться на минутку, — краснею. — Без меня не уходите.
— Не заблудишься? Волки не утащат?
— Нет. Провожать не стоит, — отрезаю.
Иду и все кажется, что надо дерево пошире найти и куст пораскидистее. В платье свадебном по лесу не очень удобно бродить, но физиологию никто не отменял. В итоге наиболее подходящее место оказывается вовсе не удачным. Сажусь я ни куда-нибудь, а в самый большой муравейник.
Муравьям не очень нравится внезапный дождь, и они решают мне отомстить. Теперь понятно, что на самом деле означает поговорка «муравьи в штанах».
С криками: «Мамочка!» — выскакиваю из-за кустов и бегу прямо в воду. Забывая, что платье надо снять. Так в нем и окунаюсь.
— Вот и пойми этих женщин… С нами не купалась, как уходить — в озеро лезет, — слышу с берега. — Лика! Ты там жива?
— Да… — чувствую, что вода жутко холодная, и на улице уже совсем нежарко. Уж лучше бы потерпела. Как теперь идти? Зуб на зуб не попадает.
— Выходишь? Или остаешься? — Максим нервно посматривает в сторону тропинки.
— Выхожу. Ай! — стопу пронзает острая боль. Парни кидают рюкзаки и оба ко мне.
— Ты чего?
— Нога?
— Да, — шиплю. — Там в воде что-то…
— Коряга?
— Не знаю. Наступать больно…
— Вот же напасть! И как теперь? — причитает Максим. — Бери ее на руки и тащи.
— Макс, утихни. Сильно болит? — помогает из воды выбраться и осматривает ступню. — Здорово ты напоролась… Надо аптечку.
— В рюкзаке есть.
Усаживают меня на пенек и начинают проявлять заботу. Максим о своем джипе сокрушается, а Рос перебинтовывает под моим руководством ногу. Не зря же я первую помощь в горах изучала. Хоть что-то пригодилось.
— Идти сможешь?
— Могу прыгать на одной ноге.
— Так и вторую недолго повредить.
— Рос, а давай ее тут оставим? Она нам одни заботы приносит! — Лобанов делает хитрое лицо. Пугаюсь.
— Я пойду, как-нибудь… только не оставляйте, — цепляюсь за Сафина.
— Не пойдешь. Макс, ты иди один. Мы с Ликой тут останемся. Приедешь за нами, как колесо сменишь.
— Ладно, парочка Твикс, — бубнит. — Пошел. Не поминайте лихом.
Остаемся вдвоем. Я в мокром платье и с разодранной ногой. Хороша…
— Холодно? — смотрит. Киваю. — Надо костер.
Удивительно, но довольно быстро в его ловких руках разгорается огонь. В ход идут сухие ветки и уже через пятнадцать минут начинаю согреваться.
— Рос… Ты не сердишься? — спрашиваю, погладывая на парня. Он сидит на корточках рядом и поддерживает огонь.
— Нет.
— Правда?
— Угу, — поднимает глаза.
— Спасибо…
Хочется вытянуть ногу, но боюсь нарваться на новый муравейник.
— Неудобно?
— Потерплю.
Сафин несколько минут думает, а потом идет и принимается за кипучую деятельность. Смотрю с изумлением. Откуда он знает, как ставить палатку?! И зачем это делает?
— Не знаю, сколько Макс с колесом провозится и что там за гараж. А скоро ночь. И комаров все больше… зажрали, — машет руками. — Тебе бы в сухое переодеться. Возьми мою рубашку, — быстро стягивает и мне сует. Наверное, зря я про него так плохо думала. Хороший он. Добрый. Просто сам по себе. Интересно, что за семья у него? За все время ни слова ни про мать, ни про отца.