Чтение онлайн

Большинство женщин разошлись по своим комнатам. Однако Лелиана задерживалась, разговаривая с другой жрицей. К’арлинд видел, что Лелиана следила за дочерью. Несмотря на его общепризнанное посвящение, она все еще не доверяла ему. Не полностью.

– Есть еще вопрос... Дом Эйлистри - действительно место, где мертвые счастливы?

Роваан, казалась, поражена его вопросом.

– Конечно. Что может принести большую радость, чем медленный танец с богиней?

К’арлинд понизил голос.

– Тогда почему ты так грустила, когда Лелиана умерла?

– Потому что я потеряла ее, – ответила Роваан, сделав паузу, она добавила.
– Вообрази, внезапно исчез кто-то, кого ты любил, и ты знаешь, что могут пройти столетия, прежде чем вы встретитесь вновь. Тебе бы было ужасно грустно видеть, как он уходит. Ты бы тоже заплакал.

«Нет», – подумал К’арлинд. – «Ни три года назад, ни сейчас».

– Тогда почему ты использовала свое кольцо, чтобы поменяться местами с ней?
– спросил он. – Случилось бы то же самое. Ты была бы мертва, а она жива, и могли пройти долгие годы, прежде чем вы бы встретились вновь.

Роваан вздрогнула.

– Моя мать - могучая жрица. Она нужнее Эйлистри здесь, на Ториле.

Она разглядывала рисунок коры дерева.

– Мы воскрешаем мертвых, потому что мы должны. Нас немного, и мы не можем позволить себе потерять даже одного приверженца Эйлистри. Именно поэтому нападение судьи было настолько разрушительным. Без тела мы не можем поднять кого-либо из мертвых, и все же еще многое необходимо сделать. Большинство дроу не были воскрешены. Каждый преданный Эйлистри хочет быть полезным в борьбе.

 Она смутила К’арлинда, и на мгновение он будто почувствовал что-то божественное, заглянувшее в его душу.

– Каждый.

К’арлинд вздрогнул.

Лелиана, стоявшая за спиной Роваан, закончила беседу с другой жрицей и шла к ним. Меларн поклонился, когда она приблизилась.

– О чем вы разговаривали? – спросила Лелиана.

Роваан, улыбнувшись, обернулась.

– Он спрашивал о Доме Эйлистри и на что походит танец с богиней.

Лелиана подняла бровь и повернулась к К’арлинду.

– Почему? Ты планирушь скоро умереть?

Он выпрямился.

– Едва ли, Леди. Пройдет еще много времени, прежде чем я, верный Эйлистри, ступлю в ее Дом.

Он подарил им одну из своих самых обаятельных улыбок.

– Знаете, я не лучший танцор.

Замечание подействовало положительно. Роваан засмеялась вслух.

В отличие от Лелианы.

– Я, честно говоря, думал о сестре, – поспешно продолжил К’арлинд.
– Хотел знать, что случилось с ней после ее смерти.

Лицо Лелианы смягчилось.

– Не волнуйся. Однажды ты снова увидишь ее в Сварталфлейме, – женщина сделала паузу. – Если не нарушите клятвы Эйлистри.

К’арлинд поклонился.

– Да, Леди.

Это было обещанием, которое он, вероятно, не сдержит, но это не имеет значения, пока он жив. Пока дышит, он может выбрать любое божество, если ничего не получится с высшей жрицей Эйлистри.

Пришло время переходить к действиям. Он поймал взгляд Лелианы.

– Вы сказали мне, что встреча с высшей жрицей возможна, - он указал на усыпальницу на дереве. – Теперь, когда похоронные обряды закончены, я задался вопросом, когда можно встретить Леди Куилью. Как я понимаю, она находится в вашем главном храме, Променаде?

Лелиана тряхнула головой.

– Мы не можем отказать никому из желающих встретиться Избранной. Но, не сейчас.

– Я могу телепортироваться, помните? Я не нуждаюсь в эскорте. Только опишите мне этот Променад, и я уже буду там.

– Нет, – твердо сказала Лелиана.

– Вы, по крайней мере, сказали Леди Куилью, что я хочу встретиться с ней?

Лелиана вскинула руки.

– Когда я могла сделать это? Между борьбой с драйдерами и погребением?

– Нападение произошло больше десяти дней назад, – продолжил К’арлинд, используя счет времени, принятый обитателями поверхности.

Он понимал причину задержки – жрицы были заняты усилением их обороноспособности после нападения, но это все еще раздражало его.

– Когда вы собираетесь сказать Леди Куилью, что я хочу увидеть ее?

Лелиана скрестила руки на груди.

 – Когда буду готова – и ни мгновением раньше.

К’арлинд горячился, желая избавиться от Лелианы при первой возможности. Понятное дело, будучи ответственной за Меларна с того момента, как он появился из портале, Лелиана вольна была отсрочить день визита к высшей жрице на неопределенный срок. Ведь именно от нее зависело, как примут К’арлинда другие верующие. И так будет до тех пор, пока маг не решит присоединиться к другой церкви или ордену. Однако, К’арлинд хотел больше, чем просто сидеть в туманном лесу и слушать, как поют женщины. Он хотел быть в потоке событий, там, где власть, что было бы гарантировано только после аудиенции у Куилью. Именно так мужчина преуспевал в жизни, как бы прилагаясь к сильной женщине и служа ей.

– Будет лучше, если ты пока останешься здесь, К’арлинд, – сказала Роваан. – Нападение драйдеров сократило наши силы почти вдвое. Если судья вернется, то нам будет необходима твоя магия.

К’арлинд показательно скромно склонил голову, про себя скрипя зубами.

– И если убийцы Ваэрона обнаружат себя здесь…

– Роваан! – сказала Лелиана, обнимая дочь. – Это не то, о чем должны беспокоиться прихожане.

К’арлинд прищурился. Роваан, очевидно, только что сказала что-то непредназначенное для его ушей. Казалось, что жрицы ожидают, что Ночные Тени вот-вот нанесут удар.

– Но К’арлинд - теперь один из нас, – настаивала Роваан. – Он…

– Не жрица, – сказала Лелиана. – Он - могучий чародей, да, но он ...

Она не закончила предложение. К’арлинд мог сделать это за нее. Мужчина.

Он склонил голову, покорно признавая превосходство Лелианы. Кому бы он ни поклонялся: Лолс или Эйлистри, все равно. Жрица была жрицей. Женщиной.

Но по его опыту, женщины часто имели слабости к красивым лицам, то, что К’арлинд мог использовать в своих интересах. Он улыбнулся Роваан, примирительной улыбкой мужчины, который знал свое место – просто не сумел сдержать желание выслужиться. Она слегка кивнула.

Меларн был уверен, Роваан доверяет ему. И этим можно воспользоваться.

*****

Куилью смотрела со смесью жалости и осторожности на существо, севшее на корточки перед ней. Халисстра Меларн – немногое осталось в ней от дроу, которой она когда-то была. Лолс расширила мускулистое тело Халисстры вдвое, увеличив его и придав лицу удлиненное, звериное выражение. Паучьи ноги, торчащие из ее ребер, и клыки, разрезавшие ее щеки, сделали Халисстру настоящим чудовищем. Но, несмотря на размер и мощь, ее взгляд говорил, что в ней осталось еще что-то от жрицы, которой она когда-то была. Куилью видела в нем тоску, слабую искру надежды, почти потерянную среди мучений и гнева.