Чтение онлайн

— У меня есть, — сказал Гроган. — Они у меня в голове.

— Рассел не знает, что вы помните эти номера, — сказал я. — Так что молчите об этом. Договорились?

Оба кивнули.

— Под дулом пистолета с людьми происходят странные вещи, — задумчиво произнес Гроган. — Мы не знаем, что сделают другие, если Рассел будет им угрожать.

Мы помолчали пару минут, потом Данцигер прошептал:

— Слушайте, можно сделать кое-что еще.

Я посмотрел на ревизора корпорации «Хаммонд».

— Вы заговорили о пароле принуждения, и я кое-что вспомнил. Недавно мы установили некоторые нововведения, но у нас не было еще случая их опробовать. Нечто вроде бесшумного сигнала тревоги. Если ввести девятку до и после ПИН-кода, включается бесшумная тревога. Это показывает служащему банка, что трансакция принудительная.

— И что тогда?

— Ну, во-первых, банк замораживает счет. Затем включается аварийная последовательность: звонки по списку. Мой кабинет, кабинет генерального директора, начальник службы безопасности. Всех оповещают, что, вероятно, служащего компании вынудили добраться до банковских счетов.

— Но узнают ли они, где это случилось?

— Конечно. Наша служба безопасности может раскопать место регистрации айпи-адреса.

— А Рассел не догадается, что мы подняли тревогу? — спросил я.

— Ни в коем случае. Он увидит ложный положительный ответ. И будет думать, что трансакция прошла успешно.

— До тех пор, пока не проверит баланс своего счета.

— Правильно. Но это неизбежно.

— Так что когда он поймет, что платеж не прошел, мы скажем, что, вероятно, он был перехвачен по дороге. Но к тому времени уже будет известно, что мы попали в беду.

— Именно.

— Может, и сработает, — сказал я. — На этот момент это все, что мы имеем.

Райан Фечер, сын управляющего, подполз ко мне поближе.

— Я узнал двух этих типов, — сказал он тихо.

— Где вы их видели?

— Здесь. На прошлой неделе у нас не было корпоративных групп, только частные вечеринки. Вот этот, вожак. И тот, что сторожит нас, ходит туда-сюда. Я думаю, они братья.

— Что они здесь делали?

— Они держались особняком, на рыбалку не ходили, в основном слонялись вокруг дома и фотографировали. Они назвались архитекторами, хотели знать, много ли здесь обслуживающего персонала. И какие у нас телефоны: кабельные или спутниковые. Есть ли Интернет. Как нам доставляют еду и прочее. Я сначала отвечал на все их вопросы, но мне нужно было работать, и я сказал им, чтобы сами смотрели.

— Они вам не показались подозрительными?

— Ну, это ведь действительно памятник архитектуры, один из самых старых охотничьих домов в Канаде.

Если они приезжали сюда на разведку, значит, кто-то дал им наводку.

— Они знали, что высшее руководство «Хаммонд аэроспейс» прибудет сюда, — сказал я управляющему. — У них был источник информации. Возможно, это кто-то из ваших сотрудников.

— Ерунда, — возмутился он. — Предварительным бронированием занимаемся только мы с сыном.

— А кто заказывает провизию?

— Я заказываю. Раз в три дня самолет доставляет продукты.

— Когда следующий самолет?

— В субботу.

Я кивнул. Интересно, знает ли об этом Рассел, учел ли он это в своем раскладе времени?

— Как вы думаете, как они сюда добирались? Лесом?

Он покачал головой:

— В лесу все дороги заросли. Скорее на лодке.

— Но должны же быть какие-то старые охотничьи тропы?

— Тоже заросли. Здесь уже много лет никто не охотится.

— С тех пор как здесь устроили заповедник?

— Даже еще раньше. Да и не на кого охотиться. Оленей мало. Давным-давно охотились на гризли. Но это было сто лет назад.

— А где ближайший охотничий дом?

— В бухте Килбелла. Это через залив.

— Так что они взяли лодку или гидроплан.

— Должно быть, так. Но в этот раз я не слышал звука мотора.

— Может, они шли на веслах?

— Может быть. Или сначала на моторной лодке, а потом выключили двигатель и остаток пути гребли.

— Значит, они, скорее всего, оставили лодку на берегу?

Он пожал плечами. И, помолчав с минуту, сказал:

— Я слышал выстрел.

— Мы все слышали.

— В связи с этим — я давно не видел Хосе, мексиканца. Я велел ему вымыть две лодки, но…

Я начал отползать, но он меня остановил.

— Понимаете, этот охотничий дом для меня — вся жизнь.

Я кивнул, стал слушать. Хочет говорить — пусть говорит.

— Сто лет назад какой-то богач оказался в этих краях, и здесь не было ничего, ну разве что пара рыбзаводов. И он решил построить этот прекрасный коттедж. — Он печально улыбнулся. — Я даже не владелец. Владелец в Австралии, приезжает сюда, только когда мы принимаем кинозвезд. — Он закрыл глаза. — Жена меня бросила. Не выдержала уединенности. А теперь и сын тоже хочет уехать отсюда.

— Неправда, папа, — вмешался Райан.

— Сейчас не время хитрить, — ответил Пол сыну и продолжал, обращаясь ко мне: — Когда он получит выкуп… Нас ведь не выпустят отсюда живыми, да?

Я не ответил.

Он закрыл глаза:

— Боже милосердный.

— Но это не значит, что мы не попытаемся что-нибудь сделать.

Мне пришла в голову одна мысль, и я подвинулся к Данцигеру.

— Если у нас есть страховка на случай похищения и выкупа, может, есть и договор с какой-нибудь фирмой, которая специализируется на освобождении заложников?

— Это только в кино. В реальной жизни почти нет компаний по риск-менеджменту, которые занимались бы освобождением. Они ведут переговоры, добиваются соглашения о выплатах. Но наша ситуация — это не выкуп. Похоже, Рассел слишком много знает о том, как все это делается.

— Вы тоже.

— Это моя обязанность. В «Хаммонде» ревизор одновременно и риск-менеджер. Это значит, что я вместе с Роном Слеттери и Джеффом Латимером разрабатываю специальные страховки для всех возможных рисков. Я же сказал, что вы уснете, если начну подробно рассказывать, чем занимаюсь. — Он обратился к Грогану: — Откуда он знает про «К» и «Р» страховки, как думаешь?