Чтение онлайн

Ее румянец усиливается.

— Прости. Я просто… С Феликсом все в порядке? — пищит она.

— Да, а почему бы и нет? — Я смотрю на здание перед нами. — Он сказал тебе, что собирается сделать какую-то глупость?

Она так энергично качает головой, что ее длинные волосы развеваются вокруг лица, и прядь прилипает к ее блеску для губ. Она поспешно отрывает ее.

— Нет. Я просто…

Я делаю жест рукой, означающий «продолжай».

— Ты просто…

— Я сегодня от него ничего не слышала. — Она вытаскивает телефон из заднего кармана и протягивает его, как будто пытается решить, стоит ли мне это доказывать и показывать их переписку.

— И это странно?

Она кивает.

— Вчера вечером мы о чем-то болтали, и он сказал, что мы закончим разговор утром. Я писала ему несколько раз с тех пор, как проснулась. — Она показывает мне телефон. — Но он даже не прочитал.

— Может, он тебя игнорирует, — говорю я без эмоций.

— Может быть, — быстро соглашается она, ничуть не обеспокоенная моим пренебрежительным тоном или словами. — Но последние несколько дней он какой-то не такой, я волнуюсь за него.

Я смотрю то на нее, то на Гамильтон-Хаус.

— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я, и мой голос звучит гораздо резче, чем нужно. — В каком смысле «какой-то не такой»?

Она даже не вздрагивает и скромно заправляет прядь волос за ухо.

— Отстраненный, тише, чем обычно, и я не знаю, как это описать, но он был действительно… не вовлечен.

— Не вовлечен?

Она кивает.

— Как будто он просто выполняет привычные действия, но ничего его не интересует. Вчера вечером мы разговаривали о… чем-то, что обычно его очень интересует, но было такое ощущение, будто я разговариваю с другим человеком, и все казалось не так.

— Так ты беспокоишься о нем из-за своих ощущений? — спрашиваю я, не скрывая скептицизма в голосе.

Она пожимает плечами и смотрит на меня с беспомощным выражением лица.

— Я знаю, это звучит безумно, но что-то происходит. Ты знаешь, что он пропускает занятия?

Это привлекает мое внимание.

— Правда?

Она кивает.

— Он пропускал как минимум одно утреннее занятие каждый день на этой неделе. Это похоже на него?

Это заставляет меня задуматься. Феликс — один из тех ботаников, которые действительно любят школу и учебу. Он уже пропустил всю прошлую неделю, чтобы скрыть травму головы, поэтому то, что он пропускает кучу занятий на этой неделе без причины, странно.

— Нет, не похоже. — Я киваю в сторону здания. — Пойдем.

Она широко улыбается мне и следует за мной по ступенькам.

Несколько парней в холле бросают на нас странные взгляды, когда мы проходим мимо, но они достаточно умны, чтобы держать свои мысли при себе.

Я понятия не имею, что Джордан имеет против Иден, но я знаю, что лучше не оспаривать его приказы. И когда он сказал всем в доме держаться от нее подальше, иначе им придется иметь дело с ним, я понял, что это не пустая угроза.

Феликс, похоже, является исключением из его правила, и, насколько я знаю, Джордан никогда не имел проблем с тем, что они дружат. Какова бы ни была причина, это не мое дело, но я бы солгал, если бы сказал, что не задумывался, почему Джордан так сильно ее ненавидит и почему он поставил себе целью убедиться, что все в кампусе держатся от нее как можно дальше.

К счастью, Иден, похоже, рада просто следовать за мной и не говорит ни слова, пока мы поднимаемся в мою комнату.

Когда мы наконец подходим к моей двери, я открываю ее и распахиваю. Я ожидаю увидеть Феликса на диване или, может быть, за его столом, но он лежит в постели, укрытый одеялом, и все еще спит.

Иден бросает на меня обеспокоенный взгляд, когда я закрываю за нами дверь.

— Это странно, правда? — спрашивает она.

Я киваю. Уже почти обед. Он вернулся в комнату, чтобы вздремнуть, или просто еще не проснулся?

— Феликс? — зовет она, ее голос слишком тихий, чтобы кого-то разбудить. — Ты в порядке?

Она несколько раз смотрит то на меня, то на Феликса, явно спрашивая разрешения зайти дальше в комнату. Я киваю, и она спешит к его кровати, чтобы осторожно потрясти его за плечо.

— Феликс?

Он не шевелится, и я уже иду к ней, когда она поднимает глаза, на ее лице отражается страх и беспокойство.

— Что-то не так, — говорит она, когда я подхожу к кровати.

— Что ты имеешь в виду? — Я оглядываю пространство вокруг нас, чтобы убедиться, что нет никаких угроз — или подсказок — о которых мне нужно знать.

Она снова трясет его за плечо, достаточно сильно, чтобы встряхнуть все его тело на матрасе.

Он не шевелится. Даже его дыхание не меняется.

— Феликс? — Я откидываю одеяло, чтобы лучше его рассмотреть.

На первый взгляд, все кажется в порядке. Он свернулся калачиком на боку, обнимая запасную подушку, как плюшевого мишку. Никаких следов крови или травм, он дышит.

Почему, черт возьми, он не просыпается?

— Феликс. — Я беру его за плечо и встряхиваю.

Он выдыхает небольшой поток воздуха, но это все.

— Что нам делать? — спрашивает Иден, в ее голосе слышится страх. — Звонить школьному врачу?

— Нет. Пока нет. — Я прикладываю тыльную сторону ладони к его лбу. Он теплый, но это может быть из-за того, что он лежит под одеялом, а не из-за того, что у него жар.

— Ты должен использовать губы, — говорит Иден.

— Что? — я смотрю на нее с недоумением.

— Твои губы более чувствительны, чем руки, — объясняет она. — Они более точны для проверки температуры, если у тебя нет термометра.

— Да, я не буду целовать его лоб, чтобы проверить, есть ли у него температура.

Она закатывает глаза, бормочет что-то, что очень похоже на «токсичная маскулинность», и отталкивает меня, чтобы прижать свои губы к его лбу.

Я сдерживаю улыбку. Она думает, что я не хочу целовать его лоб из-за токсичной маскулинности? Очевидно, Феликс не рассказал ей, что неделю назад я без проблем дрочил ему и кончал ему в горло.

— Температуры нет, — объявляет она.

Феликс издает тихий звук, похожий на смесь вздоха и стона.

— Феликс? — Я осторожно вытаскиваю запасную подушку из его рук.

Он хватает ее и издает жалобный звук, все еще не открывая глаз.

— Феликс? — Иден нежно откидывает его волосы с лба.

Он снова издает полу вздох полу стон и морщит лицо, еще больше сжимаясь в комок.

— Феликс? — Я трясу его за плечо. — У тебя есть пять секунд, чтобы проснуться, или я вылью тебе на лицо ледяную воду.