Чтение онлайн

– Что там случилось?

– Родригу встретился с Паулой и передумал возвращаться домой.

– Такого не может быть! – воскликнул Тадеу. – Это какое-то недоразумение. Поедем со мной в отель, и ты сама во всем убедишься.

Подкупленный Паулой администратор любезно подсказал им, как пройти в номер Родригу, и когда они туда вошли, то услышали гневный голос Паулы:

– Вы не имеете права сюда врываться! Любимый, прогони их!

Родригу, абсолютно голый, лежал рядом с ней в постели. При этом он не спал – глаза его были открыты.

Обескураженный Тадеу спросил:

– Как это понимать, Родригу?

Но тот лишь повернулся к нему спиной.

– Пойдем отсюда, - глухо произнесла Ниси. – Пойдем.

И они вышли, оставив ликующую Паулу наедине с невменяемым Родригу.

Утром он приехал домой совершенно разбитый. Голова его раскалывалась от боли, перед глазами плыло туманное облако.

– Паула меня вчера чем-то опоила, - пояснил он мрачно. – Последнее, что я помню, - это как я пью виски в баре. А потом – полный провал.

Ниси не захотела даже выслушать его, а Рикарду, наоборот, отнесся к сообщению брата с явным любопытством и, выяснив все подробности, заявил:

– Я вытрясу душу из этого администратора, устроившего ложный звонок! Не сомневаюсь, что Паула ему хорошо заплатила. И с барменом она, несомненно, была в сговоре. Поедем туда! Сейчас припрем их к стенке, и они все расскажут!

– Нет, я не могу, - простонал Родригу. – Мне плохо.

– Так надо вызвать врача, пусть зафиксирует отравление.

– А зачем? Ниси ведь мне все равно не поверит…

– Ладно, приводи себя в порядок, а расследование я проведу сам, - махнул рукой Рикарду.

Администратор, конечно же, отрицал свою причастность к интригам Паулы, а бармен, который действительно не был с ней в сговоре, охотно поделился наблюдениями:

– Я видел, как сеньорита высыпала какой-то порошок в рюмку с виски. Меня это несколько удивило, но я подумал, что она растворила успокоительное и сама его выпьет. У сеньориты ведь была истерика.

– Но виски с тем порошком выпил мой брат? – уточнил Рикарду.

– Да, - подтвердил бармен.

– И что было потом?

– Сеньор сразу же захмелел, а сеньорита перестала рыдать и увела его в номер.

Когда Рикарду пересказал этот разговор Ниси, она ему не поверила:

– Я не исключаю, что ты и сам мог подкупить этого бармена, только бы успокоить меня. Но я собственными глазами видела такую картину, которая не сотрется из моей памяти никогда. Если не веришь, спроси Тадеу – на него она тоже произвела впечатление.

– Но почему же тогда Родригу не остался с Паулой, а вернулся к тебе?

– Не знаю. Может, у него не хватает решимости уйти. Но любит он по-прежнему Паулу. Злится на нее, а все равно любит!

Свидетельские показания Маривалды позволили Селсо вновь вызвать на допрос Новаэса, но он, как всегда, утверждал, что это наглый оговор. А во время очной ставки даже перешел в наступление:

– Эта сеньорита – наглая шантажистка! Она услышала интервью Ниси Медейрус, обвинявшей меня в то, что я будто бы нанял какого-то Карлау для убийства Жозиаса, и решила воспользоваться этой информацией. Заявилась ко мне домой и, назвавшись невестой Карлау, стала вымогать деньги. Я, конечно же, выставил ее за дверь, потому что не был знаком ни с Карлау, ни с Жозиасом.

– Неправда, ты заплатил нам за молчание, но потом убил Карлау! – закричала Маривалда. – И за мной охотились твои киллеры, да я вовремя укрылась от них здесь, в полиции!

– Ложь! Оговор! – стоял на своем Новаэс. – Это же голословное обвинение. У нее нет никаких доказательств. Ее свидетельство против моего ничего не решит в суде!

Кайо и Селсо тоже это понимали. Но еще больше их удручало то, что они по-прежнему не знали, кто же все-таки убил Жозиаса. Маривалда подтвердила, что это был не Карлау. Но кто же?

– Ясно только одно: Жозиаса убил не профессионал, - в раздумье произнес Кайо. – Но вряд ли это были отец или мать Ниси.

– А ее ты окончательно исключил из числа подозреваемых? – спросил Селсо.

Кайо оставил этот вопрос без ответа, зато высказал предположение:

– Надо устроить очную ставку Маривалды с Олавинью. Ведь она видела его вместе с Ширли, которая затем была убита, и вообще не исключает, что Жозиаса мог убить Олавинью. А он, как известно, не является профессиональным убийцей. Так что все это вполне согласуется с нашей версией.

Во время очной ставки Олавинью тоже отвергал все обвинения, но делал это гораздо менее уверенно, чем Новаэс. Было очевидно, что он очень напуган.

– Все знают, что Ширли была проституткой. Ну вот и я тоже пользовался иногда ее услугами.

– А как часто вы прибегаете к услугам Фатимы? – неожиданно ввернул Кайо, заставив Олавинью побледнеть. – Она ведь, кажется, не проститутка.

– Да, Фатима – порядочная девушка, и у меня с ней, так сказать, роман.

– А ее жених Агенор не возражает против вашего романа? – проявил осведомленность Кайо, фактически уличив Олавинью во лжи.

– Ну какой же нормальный мужчина станет это приветствовать! – нашелся, тем не менее, тот. – Еще как возражает! Но право выбора остается за Фатимой, а она еще не решала, кто из нас двоих ей дороже – я или Агенор.

– Я думаю, мы узнаем это от сеньориты Фатимы во время следующего допроса, - «утешил» его Кайо. – Почему-то мне кажется, что в изменившихся обстоятельствах она сумеет сделать правильный выбор.

Он не ошибся в своих предположениях. Узнав из газет и от Агенора, в каких грехах обвиняется Новаэс, Фатима не захотела и дальше прикрывать его, боясь, что ее тоже могут привлечь за соучастие в убийстве. Поэтому на сей раз она предпочла признаться в лжесвидетельстве, выбрав, таким образом, меньшее зло:

– В ту ночь я была не с Олавинью, а с Агенором. Он может это подтвердить.

– А кто просил вас обеспечить алиби Олавинью?

– Сеньор Новаэс.

– Вы не побоитесь повторить это в его присутствии?

– Нет.

– Хорошо. Но для начала вам предстоит очная ставка с сеньором Новаэсом.

– Я готова.

Узнав, что Фатима изменила показания, Олавинью тоже не стал отпираться.

– Я хочу сделать заявление и прошу отметить это в протоколе, - сказал он, гордо подняв голову. – Я никогда не служил Рую Новаэсу. Наоборот, моей целью было его разоблачение!