Жестокий Нью-Йорк
Шрифт:
– Continue? (Продолжить?) – удивилась Барбара, сказав это полушепотом. – Может быть connect (соединить)?
Сергей понял, что сделал ошибку, перепутав слова. Одно дело говорить с носителем английского языка вживую, другое дело по телефону. Подобного опыта у него никогда не было.
– I’m sorry. Could you connect me with mister Dombrovsky? He lives in your hotel since today. I’m his cousin. He waits my call (Я извиняюсь. Не могли бы вы соединить меня с мистером Домбровским? Он живет в вашем отеле с сегодняшнего дня. Я его кузен. Он ждёт моего звонка), – Сергей исправил свою ошибку. Друзьям он показал лицом мимику, сделав выдох, что не ожидал, что сделает такой промах в общении по телефону. Дмитрий и Аня слегка улыбнулись, Барбара никак не отреагировала. Она лишь сжимала свою белую сумочку в руках, сняв её с плеча.
– Oh, Okay. Wait a second, please (О, Окей. Подождите секунду, пожалуйста), – сказал портье.
– Thank you (Спасибо), – поблагодарил Сергей. – Сейчас будут так долго соединять, что монет не хватит на продолжение разговора, – Сергей посмотрел в сторону своих друзей.
– Так всегда бывает, но, думаю, ты успеешь, – сказал Дмитрий.
Через несколько секунд Сергей услышал в трубке знакомый голос двоюродного брата.
– Вы сим карты купили что-ли? Откуда ты звонишь? – удивился Вячеслав.
– Я с таксофона станции метро звоню, у меня мало времени, скоро монеты закончатся. В общем, мы немного задерживаемся. У нас две пересадки в метро, поэтому мы не успеем к вам приехать к 2:00, – Сергей говорил крайне быстро.
– Ладно, сейчас 1:41. Мы вас подождем, без вас не уедем, не переживай, – успокоил брата Вячеслав.
– Хорошо, мы где-нибудь через полчаса будем.
– Окей, – сказал Вячеслав и положил трубку.
– Ну вот, а ты волновался, – обратилась Барбара к Сергею, когда он отошел от аппарата.
– Я хотел предупредить, чтобы нас не теряли.
– Серёжа, я думаю, брат в тебе никогда не сомневается, как и мы. Мы всегда тебе доверяем, ты никогда нас не подводил, – Аня решила сделать комплимент Сергею.
– Спасибо, Аня, но это Нью-Йорк. Мы здесь первый день. Всего знать невозможно.
– Пойдемте уже, а то того и гляди, маньяк выскочит из-за угла и набросится на нас, – с улыбкой пошутил Дмитрий.
– Здесь, Дима, крысы только и духота, – ответила Барбара.
– Пока ни одной не видели, – улыбнулся Дмитрий.
– Еще увидишь и не раз, – сказал Сергей.
– Помимо духоты здесь еще улавливается запах, что кто-то справил недалеко мочу или это другой какой-то вонючий запах, я понять пока не могу, – поморщилась Аня.
Внезапно с противоположной стороны тоже прошел поезд, хоть его и не было видно из-за разделительной стены. Барбара аж вздрогнула от неожиданности. На самом деле станция имела четыре пути: посередине проезжали экспресс поезда, не останавливаясь на этой станции. Боковые же пути принадлежали локальным маршрутам. Слабое освещение на станции тоже добавляло антуража. Наконец, дойдя до конца платформы, они вышли на лестницу. Пройдя два пролета, дорога по тоннелю заворачивала налево. Стены были уложены старой серой кафельной плиткой, а вот поручни у лестниц были новыми.
– Действительно как-то стрёмно тут идти по этому переходу при слабом освещении ночью, – подметил Сергей.
– Дэни мне говорила, что лучше брать такси, но я знала, что ты откажешься, – Барбара опять решила напомнить об этом Сергею.
Резко из-за угла выбежала крыса и побежала в противоположную сторону. Аня сделала шаг назад, чтобы крыса не пробежала по её ногам.
– Вот тебе и крысы, – Сергей посмотрел на Дмитрия. Тот ничего не ответил.
Пройдя тоннель, они увидели две таблички: одна гласила, что маршруты F и G следуют на Манхэттен и в Квинс, другая гласила, что эти же маршруты идут на Кони Айленд и Чёрч авеню соответственно.
– Нам куда? – спросил Дмитрий.
– В Квинс, конечно, – уверенно сказал Сергей.
Пройдя участок по мезонину, где вдоль одной стены находились бетонные колонны и чёрные перила, отделяющие нижний ярус станции от верхнего, и, сделав два поворота, они, наконец, вышли к лестнице, ведущей на надземную станцию Четвертая авеню.
– Блин, здесь такие сложные и опасные переходы. Как здесь вообще можно ориентироваться? Я одна бы тут точно заблудилась, – призналась Аня.
– Бывают еще сложнее станции по архитектуре, – сказал с улыбкой Сергей.
– Одна ночью в метро я точно не поеду!
Надземная станция также имела четыре пути. Вдоль стен стояли большие контейнеры для мусора. В отличие от подземной, платформа этой станции была намного шире. Народу на станции не было. Освещение на станции было недостаточным, чтобы можно было почувствовать себя комфортно, как днём.
– Ты перепутал слова в телефонном разговоре, я тоже вспомнил, что тоже иногда путаю except and expect. Пишется почти одинаково, однако одно слово означает «исключать», а другое – «ожидать», – сказал Дмитрий, когда они ждали нужный поезд на надземной платформе линии Калвер.
– А я никак не могу запомнить все эти suppose, compose, purpose, propose, expose. У всех одинаковые окончания, и пока в голове подбираешь нужное слово, всегда перепутаешь, – Барбара тоже не владела английским в совершенстве.
– Ребята, я на вас смотрю и понимаю, что мне всех тяжелей будет. Я вообще по-английски практически ничего не знаю, – расстроилась Аня.
– Славка тоже плохо знает. Понимать еще понимает, а строит фразы очень плохо, – Сергей решил этим немного подбодрить Аню.
– Мне бы хоть базовые фразы для начала выучить…
Тут они услышали шум приближающегося поезда. Когда он проезжал и обдал всех ветром, Сергей сразу увидел, что это был маршрут F. Дмитрий уже было начал заходить в вагон, но Сергей его остановил:
– Это не тот маршрут, – сказал он другу.
– Разве по одной линии ходят несколько маршрутов? – удивился Дмитрий.
– Здесь по одной линии по три или четыре маршрута могут ходить. Некоторые маршруты в одних боро ходят как локальные маршруты, а в других как экспрессы. Иногда днём ходят, как экспрессы, а ночью как локальные. Вот эти центральные пути на станции, это экспресс пути, – Сергей показал рукой на средние пути станции.
– А что такое вообще экспресс маршруты? – спросила Аня.
– Они на самых загруженных станциях только останавливаются, чтобы люди могли быстрее добраться на работу. Метро действительно очень сложное. Это вам не как в Екатеринбурге с одной линией и девятью станциями.
Через три минуты пришел нужный маршрут G. Он имел на удивление всего четыре вагона. В них, как ребята заметили, не было ни одного пассажира. Вагоны были такого же типа, как и вагоны маршрута D, то есть R68. Они зашли в третий вагон и опять расположились на оранжевых боковых и поперечных сидениях.